Уединенный домик на Васильевском

Об этой небольшой повести известно, что она написана по сюжету, подсказанному молодому писателю Владимиру Титову самим Александром Сергеевичем Пушкиным. В некоторых изданиях даже ставят две фамилии авторов, прибавляя к Титову еще и Пушкина. Но, если принять такой подход, то в таком случае, и у шедевров Гоголя - "Ревизора" и "Мёртвых душ" - должно быть два автора, ведь их сюжеты были подсказаны Гоголю тем же самым Пушкиным. Так что, будем помнить, кто подкинул идею Титову, но все же признаем его полноправным и единственным автором повести.

Этот автор имел литературную молодость, когда общался с Вяземским и Пушкиным, именно в эту пору написаны им повести "Уединенный домик на Васильевском" и "Монастырь святой Бригитты", последняя под псевдонимом Тит Космократов. Кстати, Владимир Титов выведен Пушкиным в неоконченной повести "Мы проводили вечер на даче" под именем Вершнева.

В конце 30-х, как раз после смерти Пушкина, Титов отошел от литературы и сделал блестящую карьеру чиновника, дослужившись до действительного тайного советника, что соответствует 2-му классу Табеля о рангах.

Повесть, о которой мы сейчас разговариваем, достаточно традиционная и предсказуемая, а вместе с тем и скучноватая. Классика романтической мистики первой половины XIX века, очень напоминает "Упыря" А.К.Толстого. Хотя толстовская повесть будет поинтереснее, в ней несколько уровней, а у Титова - один, и, как я уже сказал, предсказуемый.

И все же повесть Титова выглядит неким связующим звеном между "петербургскими" произведениями Пушкина с мистическим оттенком - "Медный всадник", "Пиковая дама" и петербургским циклом повестей Гоголя, в первую очередь "Невский проспект", который чем-то отдалённо тоже напоминает "Уединенный домик".

Суть в том, как нечистый вмешивается в дела людей, будучи заинтересованным, конечно же, в их душах. Так в повести черт скрывается под ликом некого молодого человека по имени Варфоломей. Он разрушает жизни главного героя Павла и родственного ему семейства, обитавшего в том самом уединенном домике на Васильевском. Правда, душа ему достается только одна - матери девушки Веры, которая его стараниями умирает без церковного покаяния. Вера и Павел смогли сохранить свои души, освободись от влияния Варфоломея, но это обошлось им тем, что они быстро покинули этот мир: Вера почти сразу после трагических событий, Павел несколько погодя. А ведь они могли быть вместе и могли быть счастливы...

Мораль: будьте внимательны, молодые люди и девушки, не подпускайте к себе нечистого ни в качестве друзей, ни в качестве поклонников. А уединенный домик на Васильевском сгорел...

Был такой человек Владимир Титов, дипломат, дворянин, действительный тайный советник. Жил он фактически весь 19 век. И написал повесть о влюбленном черте, невинной девушке и ее незадачливом женихе - «Уединённый домик на Васильевском». В повести есть и бал чертей, и число 666, и рога прикрытые париками, и игра в карты на души грешников, и ходячие скелеты, и сцены разврата и много чего еще.

Но ключевое тут "написал". Не придумал. История самой повести не менее забавна, чем ее содержание.

Будучи двадцатилетним парнем Титов провел вечер в гостях у Карамзиных. И там же был Пушкин.

Пушкин развлекал гостей "страшилкой" - сочинял на ходу. Именно эту страшилку. Должен был впечатлить влюбленными чертями барышень и дам, а впечатлил Титова. Титов записал пушкинскую историю и заявился к нему, заставил прослушать и спросил, можно ли опубликовать. И Пушкин разрешил и отправил Титова к Дельвигу. Изначально повесть публиковалась под именем Титова, потом Пушкина, а в последнее время публикуется под именами обоих своих "родителей".

И это не единственный, когда Пушкин странным образом оказался связан с Титовым. Титов женился на графине. О ней его современник написал так:

"Я все забывал рассказать вам о младшей Хрептович, вернувшейся с вод уродливей, чем когда бы то ни было, и невероятно растолстевшей. Особенно руки у нее толсты до неприличия, прямо как ляжки".

Этим токсичным современником был, нет, не Альберт Эйнштейн, а Жорж Дантес.