Restore Me

“- Пока！Я рад, что тебе легче！
От чего-то мне стало хуже.”

"Только не поддавайся влиянию дураков, это сбивает с пути."

"Прогресс любит продуманные решения."

"Что за ерунда, мы расстались целую вечность назад, но вижу, что он смотрит на меня, а пол весь в моих мыслях."

Вот и все, что требовалось. Обстановка разрядилась. Теперь, когда они могут спокойно ненавидеть друг друга, они общаются абсолютно дружески! Никогда мне их не понять.

Wars require enemies, and I can't seem to find any.

Быть лидером - неблагодарное занятие. Мало кто скажет тебе спасибо за то, что ты делаешь, или за изменения, которые ты вводишь. Людская память коротка и удобна: любой твой успех будет сбрасываться со счетов, зато появятся завышенные ожидания тех, кто тебя окружает.

– Дай мне еще шанс, – шепчет он, касаясь лбом моего лба.
У меня ноет сердце.
– Пожалуйста, – тихо повторяет он, придвинувшись еще ближе, и его губы касаются моих. Осторожно взяв мое лицо ладонями, он говорит: – Клянусь жизнью, я тебя не разочарую!

Что с тобой творится, парень?
– Я не могу дышать, – шепчу я.
– Вот еще! Как это – не можешь? Она тебя снова подстрелила, что ли?

Джульетта меня никогда не простит.
Я ее потеряю.
И это меня убьет.

Джульетта, пристально наблюдавшая за нами, говорит:
– Отпусти его.
Ее ровный голос, в котором слышится еле сдерживаемая ярость, привлекает внимание Хайдера. Он отпускает мою руку и пораженно оборачивается.
– Еще раз до него дотронешься, – тихо продолжает Джульетта, – и я вырву сердце у тебя из груди.

Она так прелестна, что я готов расцеловать ее при всех.

– Господи, он тебе ничего не сказал…
– Да о чем, черт побери?!
– Правду, – роняет Касл, – о мисс Феррарс.
Мне вдруг становится трудно дышать от нахлынувшего страха.
Касл качает головой.
– Он так и не сказал тебе, откуда она на самом деле? Не рассказывал о ее родителях?

Но снисходительность дается мне с трудом. Тебе, любимая, придется проявить терпение с таким учеником.

– Какая война?! Джей, ты меня не  слушаешь! Твой бойфренд бьется в истерике, иди и разберись с ним, пока я за него не взялся!

Нет, конечно, твой гаденыш – тот еще паникер, но это уже ни в какие ворота…

... Потерпев поражение от более сильного, ты всякий раз возраждалась, восставала из пепла, изумляя всех вокруг.

Есть странная свобода в том, чтобы перестать бороться. Свобода есть и в ярости. И в одиночестве.

Я очень старалась задобрить невежд. Я страстно хотела ублажить дураков, судивших меня за глаза. Пока я это делала, я теряла себя.