Американха

Ей нравилось, как смело он ни от кого не прячет их отношения, носит их на себе, как яркую рубашку.

Ей всегда нравился собственный образ «хлопот не оберешься», образ не такой, как все, и иногда он представлялся ей панцирем, под которым безопасно.

...она из тех женщин, какие подталкивают мужчин запросто перевернуть свою жизнь, из тех женщин, какие, поскольку не просят определенности и не ждут ее, позволяют возникнуть своеобразной уверенности.

Как можно скучать по чему-то, чего уже не хочешь? Блейну было нужно то, чего она не могла ему дать, ей — то, что не мог дать он, вот это она оплакивала: утрату чего-то, что было лишь в принципе возможно.

«Хотелось сказать ему: „Не проходило недели, чтобы я о тебе не думала“. Но правда ли это? Конечно же, были недели, когда он был запрятан в...»

«Единственная история порождает стереотипы, и проблема стереотипов не в том, что они неверны, а в том, что они неполны».

«Расизм никогда не должен был существовать, поэтому вы не получите награду за его искоренение».

Обинзе по-прежнему не понимал, действительно ли Эменике стал человеком, считавшим, что нечто красиво только потому, что сделано бедняками из зарубежной страны, или попросту научился это изображать.

Ифемелу знала, что Лора ещё долго не размотает на себе шерстяную шаль обиженной.

- Видел тебя с Джеймсом Хедли Чейзом, у лаборатории. И сказал, во, точно, есть надежда. Она читает.

Платили хорошо, требовали мало.

Он взял ее за руку, лежащую на столе, обеими своими, и между ними проросло безмолвие — древнее безмолвие, знакомое обоим. Ифемелу была внутри этого безмолвия — невредима.

Цель семинаров по этническому многообразию, бесед о множественности культур — не подталкивать настоящие изменения, а подкреплять в людях самодовольство. Никому не нужны ее мысли — им нужен жест, ее присутствие.

Иногда в Америке раса есть класс.

Они часто смотрели на павлинов на крыше заброшенного дома, стоя у нее на веранде, время от времени держались за руки, и она думала о следующем разе — и следующем после, как они опять будут вместе. Это и была любовь — устремление в завтра.

— Лучше всего в Америке то, что она предоставляет тебе пространство. Это мне нравится. Мне нравится, что ты ведешься на мечту, это ложь, но ты на нее ведешься, и это главное.