Дом Аниты

Начав читать этот роман я представлял его как нечто развращённое и трагическое, ведь темы которые там поднимаются довольно таки непростые и редко когда автору удаётся правильно их преподнести. Сохранить некую золотую середину... В общем не быть ханжой, но и не становиться проституткой. Так что же в итоге?

Со временем хохоча почти от каждого эротического и порнографического эпизода, я пришёл к выводу что это не серьёзно.

Возможно это такая своеобразная насмешка над жанром или что-то ещё, но ничего трагического, трэшового и эротического я в нём не нашёл. Все сцены насилия, секса, издевательств... механические, смешные. Автору не удалось наполнить их подлинным ужасом и страданиями.

Такое ощущение будто он начитался Маркиза де Сада, Габриэль Витткоп, Эрве Гибера и прочих авторов писавших маргинальную прозу... А затем просто перенёс прочитанное и добавил что-то от себя. Да и все герои словно роботы выполняют одни и те же действия... Совокупляются, отдыхают, занимаются делами и всё это настолько монотонно и серо; нет эмоций, нет чувств. Просто сухое повествование со смешными сценами, которые в идеале должны быть жуткими, а для кого-то возбуждающими...

Читать эту книгу скучно, а местами смешно. Но не противно и не страшно. Не ощущается ровным счётом ничего. Поэтому это просто суховатая рукопись, над которой стоило бы поработать. Возможно тогда она смогла бы занять своё место среди хороших порнографических романов.

Меня книга не зацепила и дочитывать её я не стал.

В сравнении с этой книгой "Благоволительницы" кажутся сочинением первоклассника. Не в плане литературных достоинств, а в концентрации боли на квадратном сантиметре текста. Можно досконально изучить материал, проникнуться психологией, блестяще владеть литературным мастерством, но если ты сам это не проживал, будет чувствоваться какая-то фальшь. И, читая книгу "Дом Аниты", я раз за разом ловила себя на мысли, что весь этот артхаус в крови, сперме и дерьме настоящий, а он же, но в исполнении писателя сильно послевоенного поколения - театральный. Сюжет здесь вторичен, главная ценность книги - спрятанные под метафорами отсылки к чудовищным реалиям нацистских концлагерей, в которых автор провел несколько лет, будучи подростком и юношей. Эти жуткие годы оставили неизгладимый отпечаток на его личности и "наградили" всепоглощающим чувством вины жертвы, оставшейся в живых. Автор не щадит читателя и не стремится урвать славы на горячей теме - нет, он просто выплескивает в мир свою боль. Текст, над которым Лурье работал с семидесятых годов до самой смерти в 2008, настолько плотный, что ни одно слово не кажется лишним. Переводчики проделали титаническую работу над комментариями к книге, и я безумно счастлива, что один из семисот напечатанных экземпляров занял место в моей домашней библиотеке.

Книга Бориса Лурье  "Дом Аниты" - новинка от креативного издательства Kolonna Publications

Это роман о сексуальном КОНЦЛАГЕРЕ в центре Нью-Йорка, где рабы угождают госпожам, выполняя их прихоти, где обитают призраки убитых евреев, где вместе с героями вы переживаете множество сексуальных издевательств и экспериментов над человеческим телом. И подозрение, что Дом этот не просто необычаен, впервые закрадется у вас только тогда, когда герой Бобби увидит выбитые на руках номера в собственном зеркальном отражении...

Текст содержит множество секретных, закодированных указаний на преступления во время ВОВ

Лурье позволяет себе быть безжалостным к читателю, обнажая психическую травму, нанесенную  ему концлагерем. 

А на каком же еще языке ему рассказывать о концлагере, ведь других впечатлений от жизни у него не осталось.

Ну, представьте себе, что вы из благополучной семьи попадаете в семнадцатилетнем возрасте в ад. И ваше половое созревание приходится на тот период и в том месте, где сверхнасилие было нормой жизни и смерти.

Поэтому концлагерь Лурье видел во многих, достаточно безобидных и привычных чертах окружающей действительности. И все оценки жизненных обстоятельств строились на этом опыте.

Сочетание несочетаемых вещей в романе отражающих друг друга, как через призму, таких как - холокост и половой акт с замученным евреем, живущем в шкафу, на мой взгляд, это своего рода протест миру, где все рассматривается с позиции жертвы. И шок от соседства таких описаний не проходит на протяжении чтения всей книги.

А также в "Доме Аниты", пестрящем нацистскими метафорами, можно обнаружить немало пренебрежительных, иронических портретов представителей нью-йорских арт-кругов конца 50-х-начала 60-х. 

Американские галереи  не заинтересовало искусство Лурье, как художника. В Америке цвела вполне естественная послевоенная эйфория, и начиналось то, что позже было названо обществом потребления, и всякие напоминания об ужасах войны никак не котировались. Но для Лурье-то они были криком души! Он не мог и не хотел делать ничего другого. А арт-рынок требовал от него этого другого. Или превращал в маргинала. И Лурье увидел тут привычный концлагерный механизм подавления свободы и принуждения. Концлагерь Бухенвальд дал ему это знание и точки отсчета, ясное представление о пути, ведущем от компромисса в жизни и искусстве к концлагерю – он там был, и эту связь хорошо видел. 

И не только языком картин, но и даже своим романом Лурье не прекращает орать - "НЕТ!" всему миру с его обанкротившимися ценностями.

Я была безумно рада, что в книге содержится прекрасное предисловие, которое дает возможность "перевести " смысл описываемых ситуаций и позволяет читать книгу не прыгая по верхам, а смотря в самую глубь каждого написанного слова. А слова в книге бескомпромиссные, страстные, агрессивные, полные боли и отрицания. Слог автора абсолютно игнорирует общепринятые правила и приличия. Эта сила слова бьет по мозгам и стремится донести до нас всю суть обвинительного контекста.нее:

"В этом мрачном театре вселенная вывернута наизнанку". И, если вы не подготовленный читатель, то в этой книге Вы заметите лишь пошлость садомазохизма.