Мы вынуждены сообщить вам, что завтра нас и нашу семью убьют. Истории из Руанды

Книга написана больше двадцати лет назад по следам жуткого геноцида в Руанде, когда представителями народа хуту за сто дней было убито свыше 800 тысяч людей народности тутси. Американский журналист еврейского происхождения Филипп Гуревич проделал гигантскую работу, чтобы написать это свидетельство произошедшей трагедии. Он поговорил с родственниками жертв и убийцами, с простыми людьми и высшими чиновниками, включая президента страны Поля Кагаме (кстати, очень любопытно, что он думает о Кагаме и президенте соседней Уганды Мусевени сейчас, когда они оба находятся у власти и по сей день, политические поляны зачищены, и уходить со своих постов они не собираются - международное сообщество по этому поводу "выражает озабоченность правами человека", но что Кагаме, что Мусевени, памятуя о том, как это самое международное сообщество вело себя в середине девяностых, клали на их мнение большой и толстый). Книга не хроника геноцида, а обстоятельный рассказ о стране, ее истории, людях в ней, предпосылках, последствиях, и в целом о том, что все мы люди из мяса и костей и не так уж друг от друга отличаемся, будь мы руандийцы, русские, американцы или камбоджийцы.

Коллективный Запад Гуревичем тут показан в неприглядном свете - признаться, я ожидала, что он будет как-то отмазывать и обелять, но нет, все он рассказал честно, как оно и было. Как Франция покровительствовала Хабьяримане, а США и их союзники покрывали "своего сукина сына" Мобуту, как усердно в ООН закрывали глаза на вопиющие факты резни тутси, и как вообще колонизаторами было искусственно создано это разделение руандийцев на "высших" и "низших", что аукнулось через сто с лишним лет. Особенно меня возмутило (не то чтобы я об этом не знала, но тут были подробности), как уже после подавления геноцида силами РПФ тысячи хуту ломанулись через границу в соседний Заир, и тут же этих "беженцев" начали осыпать деньгами, едой и прочей помощью, на деле вскармливая боевиков, прикрывающихся мирными женщинами и детьми. Очень напоминает нынешнюю ситуацию в Ливии и с "сирийскими беженцами".

Мне понравился в книге образ Поля Кагаме, который считай всю жизнь провел в бегах и на войне, но достаточно мудр, чтобы пытаться примирить народы, живущие в стране, а не возглавить войну на тотальное уничтожение. И не меньшее восхищение вызывает Пол Русесабаджина, с которым Гуревич тоже встретился и поговорил - этот смелый человек в разгар бойни прятал людей в отеле "Миль Коллин", которым управлял, и таким образом спас от смерти 1268 человек. Эта история легла в основу фильма "Отель Руанда". Что примечательно, в настоящее время Кагаме и Русесабаджина являются непримиримыми врагами - отельер утверждает, что Кагаме привел к власти небольшую кучку элиты тутси, которая теперь заправляет всем в стране, а Кагаме говорит, что никаких людей Русесабаджина не спасал и вообще торговал геноцидом, а в прошлом году Кагаме вообще упек своего критика и оппонента в тюрьму. У каждого своя правда... История всех рассудит.

Честно признаюсь, читать эту книгу мне было очень тяжело. Главным образом потому, что история эта - недавняя, и абсолютно документальная, а значит, в ней не удастся спрятаться за мысль о причудливости писательской фантазии, и понадеяться на то, что в реальности такого быть не могло. Как раз наоборот. Это не глупые развлекательные триллеры-страшилки на тему того, как далеко может зайти человек. Это подлинное свидетельство того, что в нашей реальности для человека вообще нет никаких разумных границ в его звериной жестокости. Очень страшное свидетельство.
Впрочем, дополнительный вес придает этому тексту не столько описание самих событий геноцида в Руанде, а размышления о том, как им, руандийцам, потом рядом жить. На одних улицах, в соседних домах - убийцам и выжившим, тем, кто на своем опыте знает, что такое геноцид, и тем, кто приехал из эмиграции, из совершенно другого мира... Тем, кто готов к примирению, и тем, кто жаждет мести... Невероятно. Не знаю, как это даже представить. И ведь для всех них - это Родина, Руанда. Крошечная страна в Центральной Африке, с одной из самых высоких плотностью населения, плодородная (для некоторых культур по 4 урожая в год), христианская в своем большинстве, и со всего тремя основными народностями - тва (пигмеями), которых так мало, что даже руандийцы забывают их упоминать, а также теми самыми кровавыми участниками событий геноцида - хуту и тутси.
Я услышала о геноциде в Руанде, когда в середине 90-х об этом начали кричать новости, но конечно, тогда я и представить себе не могла, что счет шел на сотни тысяч людей, убиваемых постоянно, жестоко, и убиваемых не властями, не солдатами, полицией или какими-то специальными подразделениями. Самое страшное в этой истории то, что убивали обычные люди - учителя, священники, крестьяне, продавцы, врачи, рабочие... Убивали своих соседей целыми семьями, не жалея детей, женщин, используя для этого сельскохозяйственные орудия - мотыги, топоры, мачете. То есть это была просто резня, и страна практически потонула в крови. А чего еще ждать, если за три месяца был убит практически миллион жителей - около 20% населения страны?..
Наверное, я не стала бы покупать эту книжку, и вряд ли стала бы её читать, если бы в книжном магазине при взгляде на её обложку мне не вспомнилась чудесная Олеся, чернокожая няня моего сына, папа которой был из Руанды. Конечно, она не знала особых подробностей тамошних событий, потому что её отец эмигрировал из Руанды в Бельгию, но в начале двухтысячных, когда она водила гулять моего сына, а американский журналист Филипп Гуревич только что написал эту книгу, она говорила, что множество её родственников были убиты, а кто-то успел эмигрировать, как и её отец. И ведь я даже не знаю, хуту они были или тутси... Впрочем, как оказалось, это было неважно. Жертвой интерахамве могли стать и те, и другие, а уж если вспомнить, что в этой стране всегда приветствовались смешанные браки, один и тот же человек мог для одних оказаться хуту, а для других - тутси.
Три года назад я читала потрясающий роман "Половина желтого солнца" о событиях шестидесятых годов в Биафре. В нем автор словами своих героев спрашивает нас с вами - почему "мир молчал, пока мы умирали"? Оказывается, это вообще нормально для мира - молчать, когда где-то творится ужас. Потому что в Руанде людей убивали буквально на глазах у подразделений ООН, а воинствующие силы годами снабжались оружием из "нейтральных" стран. И слово геноцид было под запретом для использования в официальных комментариях западных лидеров, потому что иначе надо же было бы вмешаться! Потому что есть международная конвенция по геноциду, и у подписавших её стран есть определенные обязанности.
Не знаю, почему надо было стремглав мчаться бомбить Югославию, а здесь даже пальцем не пошевелить, но из песни слова не выкинешь - так было. И Филипп Гуревич долго и темпераментно ругается на ООН, лидеров США, мировое сообщество... Я его понимаю. После того, что он увидел и услышал в Руанде и соседних с ней странах - никак не удается понять, чем можно объяснить подобное невмешательство. Расизмом? Но Кофи Аннан мало похож на расиста. По крайней мере, внешне.
Впрочем, Гуревич - настоящий еврей и американский журналист, и поэтому он генетически точно понимает, что молчать об этом нельзя, и что свидетельств нужно собрать как можно больше. Поэтому он говорил и с убийцами, и с выжившими жертвами, и с политическими лидерами, и с простыми людьми, и с освободителями, и с изгнанниками, и с хуту, и с тутси, и с теми, кто предал человеческий облик, и с теми, кто остался человеком, несмотря ни на что...
Я не знаю, кто вам покажется подлинным героем в этих историях, но для меня таким героем стал управляющий отелем Поль Русесабагина, человек, который ни на секунду не усомнился в том, что его поступки - нормальны, что он действует также, как большинство других людей в подобных ситуациях. Ах, если бы это было так, Поль...
Страшная штука - эта книга. В прошлый раз нечто подобное я переживала, когда прочитала лет в двенадцать книгу "Стадион в Сантьяго", посвященную военному перевороту и террору в Чили - до сих пор помню её в жутких подробностях. Как я и подозревала, человечество ничему не учится, история повторяется, и нет пределов людской жестокости. Словом, если вы готовы питать иллюзии - не читайте. На всё это нет никаких сил.

Тема книги - массовые убийства представителей народа тутси в африканском государстве Руанда в 1994 году. В Руанде, где большинство составляют граждане национальности хуту (примерно 80%), и раньше случались убийства на национальной почве, но в 1994 году они приобрели колоссальный масштаб. Власти страны практически полностью состоявшие из хуту в открытую применяли термин "окончательное решение" и призвали к полному уничтожению тутси. Практически сразу же в отношении этих событий стал применяться термин "геноцид".

Самый известный геноцид, известный как холокост, проходил за закрытыми воротами лагерей смерти, применялись высокие технологии - газ, сжигания в крематориях. Несмотря на то, что преследования евреев в Германии было частью публичной политики, о поголовном физическом уничтожении целого народа скромно умалчивали (но все всё знали или догадывались). В Руанде же геноцид вышел на качественно другой, более высокий уровень - призывы убивать тутси транслировались на национальном радио и телевидении, убийства совершались прямо на месте - на улицах, в домах, церквях, на стадионах, применялись мачете, легкое стрелковое оружие, гранаты. Хуту в течение трех месяцев (апрель, май, июнь), с утра позавтракав, шли на работу - убивать тутси. Трупы плыли по рекам, валялись кучами на полицейских блокпостах, женщин перед убийствами массово насиловали.

Автор книги, американский журналист Филипп Гуревич , впервые посетил Руанду в 1995 году, когда уже армия Руандийского патриотического фронта (РПФ), сформированная из руандийских эмигрантов в соседних африканских странах и состоявшая из тутси и хуту - противников геноцида, победила в гражданской войне.

Гуревич в течение нескольких лет приезжал в Руанду, ездил по стране, встречался с "выжившими", с руандийскими политиками, в том числе с Полем Кагаме - сегодняшним президентом Руанды. Автор выезжал в соседний Заир в лагеря беженцев-хуту, беседовал там с людьми причастными к геноциду. Книга собственно и является результатом этих поездок и размышлений автора о том, как в XX веке можно было убить миллион человек за три месяца, просто изрубив их на куски из-за их "плохой" национальности.

Говоря о вражде хуту и тутси и страшных событиях геноцида, автор, являясь гражданином США и представителем "цивилизованного мира", постоянно задается вопросом о роли в этом ужасе развитых демократий, международного сообщества в лице ООН и благотворительных организаций. Гуревич приходит к печальным выводам.

Европейские колонизаторы, придя в Руанду и застав там вражду между господами тутси и людьми низкого происхождения хуту, воспользовались ситуацией и еще более стали поощрять межнациональные распри. Когда в постколониальной независимой Руанде власть захватили хуту, страну стали накачивать оружием. Руандийский режим считался прозападным и в условиях холодной войны "развитые демократии" его активно поддерживали, несмотря на многочисленные убийства, гонения, нарушения прав в отношении меньшинства - тутси.

В дни самых жесточайших убийств международное сообщество делало вид, что ничего серьезного не происходит, пятитысячный контингент "голубых касок" ООН, находившийся в стране, бездействовал.

После того, как отряды РПФ стали побеждать руандийскую правительственную армию Франция ввела в страну воинский контингент, который создал так называемую "бирюзовую зону", куда стекались бегущие от РПФ участники геноцида. В соседнем Заире для беженцев создали лагеря, которые щедро финансировались международными благотворительными организациями. При этом международное сообщество не хотело замечать, что власть в лагерях захватили те, кто были активными участниками геноцида, туда продолжало поступать большое количество оружия. Боевики хуту стали терроризировать заирских тутси и совершать рейды через границу в Руанду, фактически продолжая геноцид под прикрытием международного сообщества.

Гуревич делает неутешительный вывод

Один из членов новых властей Руанды в интервью говорит Гуревичу

В общем он прав и, по-моему, данный взгляд на Африку превалирует до сих пор - дикари убивают дикарей и это их дикарский образ жизни.

В конце книги автор рассуждает над проблемой правосудия и наказания виновных в страшном геноциде. Миллионы людей оказались замешаны в убийствах миллиона своих сограждан, своих соседей. После возвращения в Руанду беженцев хуту в 1997 году сложилась ситуация, когда убийцы снова стали жить рядом с "выжившими", которые стали встречать на улице виновных в смерти своих детей, родственников. Что делать властям - забыть как рекомендует международное сообщество? Поль Кагаме с горечью говорит

Но и наказать всех виновных тоже невозможно

Необходимо наказать хотя бы организаторов, но и тут вмешалось международное сообщество - главные убийцы бежали в западные страны, прихватив многое из награбленного, и теперь живут там безбедно, прикрываясь многочисленными адвокатами и вообще отрицая, что геноцид имел место быть.

В целом хорошая книга с мрачным, но правдивым взглядом на международное право, международные благотворительные организации и миротворческие миссии.

Филипп Гуревич — американский журналист. В 1994 году его потрясла новость о геноциде в Руанде. В следующие несколько лет он совершил около десяти поездок в эту страну и взял сотни интервью у руандийцев всех уровней: от простых крестьян до президента страны Поля Кагаме.

Итогом работы Гуревича стала эта потрясающая книга, настоящий образец топовой журналистики. Автор раскопал все, до чего смог дотянуться, и при этом до самого конца держался золотой журналистской максимы "Дай факты, а судит пусть сам читатель". В конце, правда, Гуревич все же дал слабину, обрушив кучу критики на пассивные миротворческие структуры (заслуженно, но все же), а также слишком уж возвеличив президента Кагаме. Не мог же Гуревич знать, что этот "эталон демократии" будет оставаться президентом и через 20 лет, собирая на выборах по 93% голосов!

Главное чувство, остающееся по прочтении книги — это тупая безысходность. Она вызывается десятками вопросов, ответа на которые нет — либо есть, но они уж очень печальны. Как человечество может вновь опуститься до геноцида, если уже был Освенцим? Как человек может взять мачете и пойти резать соседа только потому, что так сказали по радио? Как может журналист этого самого радио читать на всю страну подобные приказы? Как можно носить звание миротворца, но при этом просто стоять и смотреть, как одна часть страны методично вырезает другую? Что делать после геноцида, если 80% населения — убийцы, а за убийство положена смертная казнь? Как жить, если при тебе зарезали твою семью и пытались зарезать тебя, а теперь ты живешь с убийцами на одной улице? Наконец, что будет с бедной Руандой после смерти Кагаме, который реально воссоздал страну и сделал ее процветающей, но от которого зависит слишком многое? Очень велика вероятность, что после Кагаме руандийцы снова возьмутся за мачете...

Книга тяжелая, но крайне полезная. Она еще раз напоминает слова Ницше о том, что культура — лишь тонкая яблочная кожура, натянутая над раскаленным хаосом. И из-под этой кожуры в любой миг может прорваться новый Освенцим или новая Руанда. И потому защищать кожуру должен каждый из нас, каждую минуту. 

5/5

Честно предупреждаю: впечатлительным книгу не читать!!!

Помню, как, закрыв самую первую главу, я поняла, что… не могу дышать. То есть буквально в груди всё перехватило, как если бы на меня упала бетонная плита, — и я задыхаюсь, хватая ртом воздух, точно рыба… Так что если какой-нибудь «Кровавый меридиан» Кормака Маккарти кажется вам чересчур жестокой книгой (для сравнения — Маккарти я читала совершенно спокойно), то про геноцид в Руанде даже не думайте, поберегите своё здоровье.

И всё же — вот парадокс! — мне бы хотелось, чтобы эту книгу, полную жутких кровавых подробностей, прочитало как можно больше людей. Но я не знаю, как рассказать о ней так, чтобы моя рецензия не превратилась в публицистическую статью или даже в манифест… ведь буквально каждая страница авторского текста полна готовых цитат.

Скажу только, что автор этого нонфикшена, журналист Филипп Гуревич (потомок жертв Холокоста, а потому лично заинтересованный разобраться в проблеме геноцида в принципе) проделал очень сложную работу, за шесть лет собрав множество свидетельств и историй, причём с каждой из сторон конфликта, достигшего апогея в 1994 году. Нам подробно расскажут и об истории, и о политическом устройстве в маленькой африканской стране, так что будет сложно спутать низкорослых пигмеев (коренных обитателей джунглей на склонах местных вулканов), высоких и худых северян-тутси, занимающихся скотоводством, и коренастых южан-хуту, занимающихся земледелием.

При этом — казалось бы, вот ещё один парадокс! — сам автор на примере руандийских беженцев смешанной этнической принадлежности убедительно докажет, что все эти «исторически сложившиеся культурные различия» на самом деле не стоят и выеденного яйца, а люди делятся не на высоких и низких, а на героев — делающих всё, что в их силах, чтобы спасти как можно больше жизней, и подлецов, ищущих оправдания. И эти истории и судьбы конкретных людей — лучшее, что есть в книге.

«Пройдется» автор и по международному гуманитарному сообществу, способному в лучшем случае «выражать озабоченность» (а в худшем — участвовать в конфликте на стороне палачей), и по самой природе диктатур, использующих определённые нарративы, чтобы управлять нищими и необразованными массами…

В общем, книга отличная и очень своевременная, но готовы ли вы к тому ошеломительному эффекту, который она, скорее всего, на вас произведёт, решайте сами.

Что я знала о геноциде в Руанде на момент, когда брала эту книгу? Почти ничего. Была где-то в Африке эта самая Руанда, в которой жили два этноса: хуту и тутси, и какой-то из них начал вырезать второй. Спроси меня: когда это было? Я бы ответила: 50-е, ну край - 60-е. Точно не позже.

А что на самом деле?

Начнем с того, что геноцид произошел в 1994-м году. Само по себе это всерьез меня бахнуло по голове: в смысле, в 94-м? Не могло же быть геноцида после холокоста, когда самые страшные уроки за эти десятилетия должны были быть выучены и накрепко вбиты в голову вообще всему мировому сообществу. Или могло?

Продолжим тем, что в геноциде погибло порядка миллиона человек. Это непредставимо. Это как если бы с лица земли исчез Саратов, откуда я родом. Просто раз - и нету, со всеми жителями.

Факт, который меня добил: все произошло за 100 дней. За 100 дней уморили миллион человек. 10 000 человек в день: как если бы раз в 4 дня исчезал пригород Питера, например, Гатчина.

И это я только успела прочитать введение. Оставалось еще больше 500 страниц убористого текста и страшных, убивающих что-то внутри, цифр.

Сам Филипп Гуревич, американский журналист, ездил в Руанду несколько раз сразу после трагедии, в 95-м году, а потом в 97-м. Говорил с выжившими, от крестьян из маленьких деревень вплоть до Поля Кагаме, нового на тот момент руандийского президента. На читателя льется боль и горечь очевидца, страницы кровоточат необъятным, непредставимым человеческим горем.

Книга делится на две логические части.

Первая рассказывает об истории и хронологии геноцида: о предпосылках, начиная с колониального периода, и вплоть до финальной точки смены правительства. О том, как сначала Бельгия, а потом и Франция подогревали межэтнический конфликт. О том, как случился военный переворот, и хунта захватила власть, а чтобы удержаться, продолжила подогревать котел конфликта и стала откровенно призывать хуту убивать тутси. Тогда тутси еще умирали всего лишь тысячами. "Всего лишь" - какие жуткие слова, но куда деваться от контекста.

Подробно рассказывается о том, как зародилась государственная пропаганда на уровне массмедиа, рекламирующая "окончательное решение вопроса тутси" (где-то мы это уже слышали, да?), и счет пошел на десятки тысяч. О трех страшных, кровавых, безумных месяцах, когда соседи убивали соседей в пароксизме ненависти, в упоении властью и садизмом. О том, что агонизирующей стране никто не помогал: даже корпуса миротворцев на территории Руанды остались лишь наблюдателями.

Все закончилось, когда армии военных-тутси удалось силой захватить Кигали, столицу Руанды, и силой заткнуть остатки хунты.

А закончилось ли?

Вот об этом вторая часть книги. О том, что происходило с момента, как геноцид завершился.

Руанда вышла из него официально беднейшей страной в мире. Каждый 10-й ее житель был уничтожен. Все, что можно было разграбить - разграбили, а что нельзя - разломали и бросили. Промышленность была полностью разрушена, экономика и инфраструктура - тоже. У нового правительства была нехватка даже ручек с карандашами для бумажной работы.

Но и это не все. Боевики-génocidaires ушли на территорию Заира (нынешний Конго) и устраивали оттуда набеги на границы Руанды, продолжая убивать выживших тутси. Кроме того, они начали убивать тутси, живших в Заире, а диктатор Мобуту покрывал происходящее.

На территории Заира, на границах с Руандой, сформировались лагеря беженцев-хуту на сотни тысяч человек. В эти лагеря вливались миллионы долларов гуманитарной помощи (многое, ясное дело, пилилось по ходу), в этих же лагерях тоже обосновались génocidaires и устроили там локальную криминальную диктатуру. Сущая катастрофа: расселять такие лагеря было невероятно сложно.

Когда же справились с расселением, все эти сотни тысяч (плюс беженцы из Заира) вернулись обратно в Руанду. Перед правительством встали невероятные по сложности задачи. Куда девать полтора миллиона вернувшихся человек? Дома разрушены, напоминаю, инфраструктуры нет, денег нет, ничего нет. Как объяснить тутси, что не надо линчевать вернувшихся хуту, особенно, тех, в ком узнали убийц родных? Кого наказывать за преступления во время геноцида и как? Где наказанных содержать? Как требовать экстрадиции военных преступников и авторов геноцида из соседних стран и от Запада? Что делать, если экстрадировать не хотят?

Израненная, разломанная, измученная страна столкнулась с тяжелейшим кризисом, как экономическим, так и социальным. Выбиралась тяжелейшим трудом, и частично об этом тоже Гуревич расскажет.

Если резюмировать, "Мы вынуждены сообщить вам, что завтра нас и нашу семью убьют" - это потрясающей силы и мощи публицистика, отменного качества журналистская работа, бережно (по отношению к материалу) и сурово (по отношению к читателю) доносящая до "западного мира" одну из страшнейших трагедий 20-го века.

Местами, я плакала, когда читала: невозможно было читать спокойно, отстранившись и не впустив эту историю в себя. Собрала цитат объемом примерно на четверть книги и перечитала еще раз, чтобы достроить пробелы.

А когда закончила, почувствовала, что лишилась еще одного кусочка веры в хороший и справедливый мир. Вероятно, как-то так люди и взрослеют.

Несколько лет назад читала книгу "Завтра я иду убивать" про мальчика, пережившего ужасы гражданской войны в Сьерра-Леоне, которая лишила его детства и заставила делать ужасные, чудовищные вещи. Тогда эта книга шокировала, но немного разочаровала, потому что в итоге пелись дифирамбы США, куда после войны смог уехать мальчик.

Но эта рецензия о книге Филиппа Гуревича.

У этой книги такое же провокационное название: "Мы вынуждены сообщить, что завтра нас и нашу семью убьют" и она тоже о трагедии в маленькой африканской стране. Но только написана она не жителем страны, не очевидцем событий, а американским журналистом. И эта книга намного больше меня впечатлила. Гуревич приехал в Руанду через несколько лет после случившегося геноцида (за 100 дней были убиты более 800тыс человек) с целью понять, как мог целый народ стать жестокой, высокоэффективной машиной истребления. Примечательно, как просто люди стали убивать своих ближних: соседей, коллег, клиентов, пациентов, родственников (!). Гуревич описывает свое страшное наблюдение (когда видел изуродованные трупы):

Уже в тот момент, когда мы смотрим на зверства, мы находим способы рассматривать их как нереальные. И чем больше смотрим, тем больше привыкаем к тому, что видим, — а не проникаемся им.

В книге много таких пронзительных мыслей о том, как легко человек забывает о своей человекости. И от этого становится очень не по себе.
Название книги: это слова из письма священников тутси своему коллеге хуту, с просьбой помочь им. Но помощи от него они не получат..
В книге есть интервью как с тутси, переживишими эти страшные события, так и с хуту, ставшими участниками массового преступления. Их истории просто не укладывались в мою голову.
Также Гуревич много пишет об исторических причинах возникшего конфликта: о вмешательстве западных, развитых стран. Ведь именно они в свое время стравили две народности, а затем оставили их, позволив этой гуманитарной катастрофе случиться. Автор объективно оценивает равнодушие западных держав к произошедшему, все пустословие Франции, Бельгии, США и прочих
Можно много писать о содержании книги, но хочется в первую очередь отметить язык. Это высококачественная журналистика, книга по праву заслужила все свои премии и награды. Читать такой текст - настоящее удовольствие. Очень радует, что перевод не подвел.
Хочется порекомендовать книгу всем любителям документального жанра: не смотря на сложную тему, в ней нет избытка живописаний жестоких кошмаров и насилия. Автор использует другие, более тонкие приемы, чтобы дать читателю почувствовать свой шок от увиденного и услышанного.
Ставлю наивысшую оценку.

Книга американского журналиста Филиппа Гуревича «Мы вынуждены сообщить вам, что завтра нас и нашу семью убьют» - одна из самых тяжёлых книг, что я читал. Журналистские расследования и документалистика в горячих точках или в местах, где произошли недавно различные катастрофы - сложное чтиво.

Книга толстая, читается сначала тяжело. Первые страниц 80 кажутся типичной американской проповедью про «демократию во всем мире» и т.п. историей. Однако дальше начинается великолепное и сложное повествование. Автор рассказывает историю Руанды, волнах насилия, которые проходили между разными этносами и потихоньку подводит к одному самому известному и неизвестному геноциду в истории человечества. К концу книги ты воспринимаешь книгу как антизападный манифест.

Рассказы выживших, описание смерти и охоты за людьми, бездействие и слабость ООН, покровительство Франции и многое другое. Автор не заканчивает книгу на окончании геноцида, но и показывает несколько лет после него, когда государство и общество пытается научиться жить заново.

Книга замечательна тем, что в ней прекрасно показаны ситуации, когда, прикрываясь религией, слухами и пропагандой толпа и националисты-фанатики начинают убивать всех вокруг, оправдывая себя и ходя по трупам буквально. Для социальных психологов и специалистов медицины катастроф книга покажет много интересных фактов и особенностей.

Подробно про реальную историю, которая стала основой для известного фильма «Отель Руанда».
Я был поражен слабостью и беспомощностью ООН, которая попустительствовала геноциду, не помогала миллионам беженцев, а потом поддерживала группировки боевиков, которые брали под контроль лагеря беженцев. Очень много становится понятным про сирийских беженцев и вообще работу с жертвами войн в современном мире.

Удивил Кофи Аннан, который руководил миротворческими миссиями в ООН и его бездействие повлекло массовый геноцид в Руанде, несмотря на массовые обращения бельгийских голубых касок и других структур на местах. А сейчас ему поют осанны в связи с недавней кончиной, забывая факты бездействия и политической слабости, которые привели к сотням тысяч жертв в Руанде.

Конечно, в тени ООН была Мадлен Олбрайт, которая стопорила любую помощь и военные акции по остановке геноцида, гражданской войны в Руанде. Ведь за несколько месяцев до этого была военная катастрофа американцев в Могадишо (Сомали) и США не могли позволить себе военных акций, не решив внутриполитические конфликты.

Франция активно поддерживала правительство Руанды, которое зачитывало по радио списки людей в городах, которых можно и нужно убивать. Сын премьера Франции активно торговал оружием и нужно было поддерживать режим. Французский МИД и медиа активно противодействовала преданию конфликту статус геноцида.

Правительство Руанды помимо французского оружия активно покупала миллионы мачете в Китае. Раздавая их своему этносу бесплатно для дня «икс».

За очень короткое время этнос хуту убили миллион этноса тутси.

Сильная и тяжелая книга.

Очень полезная книга, но именно самих историй в ней не очень много. Это в основном исследование причины возникновения геноцида в Руанде, размышления автора, как жить в стране после этого дальше, какова была роль "цивилизованного мира" в этой трагедии, и какой эта роль должна была быть. Критикуя США за проведенную политику, автор в итоге называет это государство величайшим в мире, и говорит, как важно, что президент Клинтон признал, что политика в отношении Руанды была неверна, что выглядит очень странно. Объяснения, почему это важно, не убеждают, так как все то же самое повторяется из раза в раз - неправильная политика, затем признание. В общем и целом понравились рассуждения Кагаме о многих вещах, особенно о том, что предлагая всем государствам без разбора многопартийную демократию как единственно верную систему устройств, и не просто предлагая, а навязывая принудительно, "цивилизованный мир" многовато на себя берет. Однако книга несколько затянута, лично мне сложно было следить за перемещениями той или иной армии.

Это моя первая книга подобного жанра и подобной тематики. И я не прогадала, начав знакомство именно с нее. Книга меня шокировала, поражала, злила, заставляла мои мысли наполняться то яростью, то сочувствием.
Но все по порядку. Начнем с того, что Филипп Гуревич - журналист. Он проделала монументальную работу, написав эту книга. Здесь не просто описываются действия в Руанде в 1994 году. Начинается книга с того, как зарождался конфликт между племенами тутси и хуту, как развивались их межплеменные отношения, описывается разница между ними как внешняя, так и внутренняя. Далее идет рассказ именно о самом геноциде 1994 года, что происходило, где, как, с кем и почему. И наконец, завершается книга тем, как все это закончилось, хотя лучше сказать, приутихло на время.
Филипп Гуревич пишет книгу в жанре публицистики, но меня очень порадовало то, что он постоянно пытается создать ощущение присутствия: он описывает пейзаж, состояние дорог, внешность людей, их эмоции, внешний вид, даже погоду. Это огромный плюс, ведь книга на довольно тяжелую тему, в ней очень много политических событий, что, согласитесь, не всем понравится. Но благодаря такому описательному моменту читается очень легко и совсем не сухо.
А вот про мои впечатления говорить довольно трудно. Книга оставила после себя гамму разнообразных эмоций. Когда я читала про зарождения межплеменных отношений, о том, как формировалась их философия, по какому принципу разделились вообще эти две этнические группы, я испытывала недоумение и непонимание, почему какой-то библейский миф дал такой эффект. Когда я читала описание действий непосредственно геноцида я испытывала ужас и страх, мне было нереально жаль этих людей, опять же, я не понимала, почему два племени, которые так давно сосуществуют в одной стране (очень маленькой стране) так ненавидят друг друга. Но эмоции этой части книги были не самые сильные. А самые сильные эмоции я испытывала, когда читала реакцию некоторых европейских стран на геноцид в африканской стране. Бельгия, Америка, Франция - эти страны принимали косвенное участие. Бельгия отправила в Руанду 5000 солдат, прекрасно вооруженных и подготовленных, но не позволила им хоть как-то действовать и влиять на исход геноцида. Бельгия просто наблюдала, скажем так, с первого ряда. Америка очень много собраний провела по поводу того, а геноцид ли это вообще, может нет? Скорее всего нет. Больше всего меня возмущала формулировка этих сомнений. В итоге согласилась послать бронетранспортеры, но вот беда, самолетов для переправки в целой стране не оказалось. Франция согласилась помочь, отправила так называемое войско на помощь людей. Вот только не тех людей, которых надо было спасать. Франция поддерживала genocidaries. Не трудно догадаться, какие эмоции могли вызывать такие поступки и такие решения.
В итоге я получила знания, которые, возможно, не помогут мне устроиться в жизни, но зато показавшие мне одну из величайших трагедий XX века. Эта книга научит каждого прочитавшего ее человечности. Как минимум пониманию, как страшно смотреть, как всю твою семью разрубливают на части, а делает это не захватчик с другой страны, а твой сосед, с которым вчера вы вместе сидели на веранде и пили банановое пиво.