Цитаты из книги Эндимион

Я вдохнул полной грудью и усмехнулся – что бы ни ждало впереди, все-таки чертовски хорошо быть живым!

Очнувшись и поняв, что жив, я поначалу ничуть не удивился. Если вдуматься, чему тут удивляться – вот если бы я очнулся и обнаружил, что мертв…

«Вы не знаете, о чем он думает. Вы знаете только, что он говорит и что он делает, и на основе этого делаете выводы о его мыслях и чувствах».

Он перенесся сквозь время с такой же легкостью, как я теперь переношусь сквозь пространство. Он доставил ее сюда.

для этого нужны ресурсы хранения информации порядка 61023 байт для каждого воскрешенного, крестоформ воистину начинает казаться чудом.

мы эволюционировали как некий самосозерцающий орган эволюционирующей Вселенной. Может ли око узреть себя?

Вы не знаете, о чем он думает. Вы знаете только, что он говорит и что он делает, и на основе этого делаете выводы о его мыслях и чувствах. Никогда  не стройте необоснованных предположений относительно ваших врагов, Мартин. Ошибка может оказаться фатальной.

- Говорят, вас сослали на какой-то занюханный пустынный мирок, сэр. Дескать, там и мочу продают по десять марок бутылка. - Верно - Улыбнулся де Сойя. - Это моя родная планета. Вы абсолютно правы. На этой планете действительно торгуют мочой - только по 15 марок за бутылку. Не по 10.

Он никогда не верил в конспирацию, поскольку усвоил на собственном опыте: о том, что вначале известно только двоим, очень быстро узнают все вокруг.

Дохлый номер. Все равно что соблазнять импотента.

«Никогда не пренебрегай знаниями, Рауль. В жизни человека, который стремится постичь, как устроена вселенная, важнее знаний только любовь и честность».

– Выпив это, вы не обретете ни счастья, ни мудрости, ни долгой жизни, – очень тихо сказала она. – Нет никакой нирваны. Нет никакого спасения. Нет никакой загробной жизни. Нет воскресения. Только безграничное познание – сердцем и разумом – и возможность великих открытий, великих приключений и гарантия новой боли и ужаса, из которых и состоит большая часть нашей короткой жизни.

Философская поэзия – замечательное развлечение при лунном свете, а исправное и заряженное оружие – суровая необходимость.

— Насколько я понимаю, башня не имеет ни малейшего отношения к нашим дальнейшим планам, — заметил компьютер. — Поэтому ваше решение представляется мне неразумным. — Мы же люди, — проговорила в комлог Энея.

В общем, в 1926 году Вернадский написал: «Атомы, единожды попав в поток жизни, покидают его крайне неохотно».

— Не кажется ли вам, что месье Блейк хотел сказать, что время без конца ничего не стоит, кардинал Мустафа? Что любое существо, свободное от смерти — даже Бог, — могло бы позавидовать детям быстротечного времени?

Я смотрел на кобальтовое небо в росчерках лиловых облаков, на лучи масляно-желтого света на розовой стене и на деревянном подоконнике, слушал крики детей, играющих на улице, тихий разговор Сес Амбре и ее больного брата Бина и думал: «Потерять все это навсегда?…» И призрачный голос Энеи ответил: «Но терять все это навсегда — и есть сущность человеческого бытия, любимый».

В детстве, слушая бабушку, которая могла цитировать стихи часами, я чаще всего требовал повторить одно стихотворение, начинавшееся со строк: «Кто говорит, мир в пламени исчезнет, а кто — во льду».

Истину и воображение он воспринимал как равноценные вещи. Помнится, в письме он выразился так: «Воображение можно уподобить сну Адама: он пробудился и увидел, что все это — правда».

Меня ужасает вечное молчание бесконечных пространств.