Different Class

Ла Бакфаст снова загадочно улыбнулась и сделала глоток из своей кружки, которая, как я успел заметить, была украшена в фотомастерской изображением улыбающегося малыша и подписью: САМАЯ ЛУЧШАЯ В МИРЕ БАБУШКА.
Она заметила, что я смотрю на фотографию, и пояснила:
– Это мой внук. Амос. Ему в июле исполнилось три.
– Я и не знал, что у вас есть дети, – искренне удивился я. – Вы, должно быть, стали мамой в очень юном возрасте.
– Моя дочь родилась, когда мне было шестнадцать. А ее отец был еще моложе.
И она с самым безмятежным видом продолжала пить чай. Надо сказать, выглядела она при этом просто красавицей. Я всегда утверждал, что о человеке очень многое можно сказать, лишь увидев его кофейную кружку. А в данном случае кофейная кружка свидетельствовала о целой жизни.

Этот вопрос застал меня врасплох. Обычно во время таких встреч родители отнюдь не стремятся первыми развязать дискуссию с преподавателем. На самом деле они как раз надеются, что не услышат никаких особых опасений по поводу поведения и успеваемости их ребенка, и приходят на встречу с преподавателями просто для того, чтобы дать себе почувствовать (и это большая ошибка с их стороны), что принимают самое активное участие в образовании и воспитании своих сыновей. По правде говоря, большинству родителей лучше вообще находиться как можно дальше от этого процесса, и пусть образованием и воспитанием детей каждый день с поразительным упорством занимаются настоящие профессионалы. Ну а Родительские Вечера для того и существуют, чтобы родители могли поверить: они действительно сделали для своих детей все, что было в их силах, и теперь у них нет ни малейшей необходимости в ближайшее время снова посещать школу. Исключения, конечно, бывают; для воспитания некоторых мальчиков просто необходимо порой привлекать и родителей; однако по большей части родители – это самая последняя инстанция, в которую обратится за помощью учитель, пытающийся добросовестно выполнить свою работу.
Дело в том, что никому из родителей, в общем-то, не дано проявить ту объективность в оценке своего ребенка, какой обладает его учитель. Никто из родителей не способен по-настоящему поверить, что его ребенок мог оказаться лжецом, задирой, обманщиком, вором или, что еще хуже, самым заурядным учеником, ни в чем не проявляющим исключительности. Преподавателям, разумеется, известно, что исключительные дети встречаются крайне редко. Все мальчики ленивы. Все мальчики лгут. И родители, какими бы прогрессивными или реалистичными они теоретически ни были, в повседневной жизни странным образом перестают замечать, что именно интересует их сына, что его тревожит и в чем его недостатки; из-за этого именно родителей мальчики часто воспринимают как людей в лучшем случае ненадежных, а в худшем – как откровенную помеху.