Цитаты из книги Dandelion Wine

Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все - значит, ему все еще семнадцать.

" Первое, что узнаешь в жизни, - это то что ты дурак. Последнее, что узнаешь, - это что ты все тот же дурак"

Доброта и ум — свойства старости. В двадцать лет женщине куда интересней быть бессердечной и легкомысленной.

В войне вообще не выигрывают. Все только и делают, что проигрывают, и кто проигрывает последним, просит мира.

Как поплачешь хорошенько, сразу кажется, будто опять утро и начинается новый день.

Каждый человек для себя — один единственный на свете. Один единственный, сам по себе среди великого множества других людей, и всегда боится.

Искать кроликов в шляпах - гиблое дело, все равно как искать хоть каплю здравого смысла в голове у некоторых людей.

... То, что для одного - ненужный хлам, для другого - недоступная роскошь.

"И если жить полной жизнью - значит умереть скорее, пусть так: предпочитаю умереть быстро, но сперва вкусить ещё от жизни."

Возьми лето в руку, налей лето в бокал - в самый крохотный, конечно, из какого только и сделаешь единственный терпкий глоток, поднеси его к губам - и по жилам твоим вместо лютой зимы побежит жаркое лето...

Время гипнотизирует людей. В девять лет человеку кажется, что ему всегда было девять и всегда так и будет девять. В тридцать он уверен, что всю жизнь оставался на этой прекрасной грани зрелости. А когда ему минет семьдесят — ему всегда и навсегда семьдесят. Человек живет в настоящем, будь то молодое настоящее или старое настоящее; но иного он никогда не увидит и не узнает.

Но иной раз я думаю: с радостью отдала бы острое словцо или изящный реверанс за друга, который остался бы со мной на субботу и воскресенье лет эдак на тридцать.

"Как бы ты ни старалась оставаться прежней, ты все равно будешь только такой, какая ты сейчас, сегодня."

Сейчас мелочи кажутся вам скучными, но, может, вы просто еще не знаете им цены, не умеете находить в них вкус? Дай вам волю, вы бы издали закон об устранении всех мелких дел, всех мелочей. Но тогда вам нечего было бы делать в перерывах между большими делами и пришлось бы до исступления придумывать себе занятие, чтобы не сойти с ума.

Надо только хорошенько выспаться, или пореветь минут десять, или съесть целую пинту шоколадного мороженого, а то и все это вместе — лучшего лекарства не придумаешь.

Хлеб с ветчиной в лесу — не то что дома. Вкус совсем другой, верно? Острее, что ли… Мятой отдает, смолой. А уж аппетит как разыгрывается!

Жизнь – это одиночество. Нет такой надежной цитадели, что устояла бы против надвигающихся ужасов ночи.

Если долго чего–нибудь не пробовать, поневоле забудешь, как это бывает.