Чёрный Янгар

Рецензии

• 

  Tsumiki_Miniwa

  9 апреля 2020

  В друзья

  Слово о Сказке

  Это сказка, рассказанная глубокой зимней ночью. В ней гулко стонет оголившейся лес, ветром клонимый к земле, да стелется шалью позёмка. Блестит серебряной нитью. Обходит свои угодья богиня запретных дорог и ненаписанных судеб Акку. Взмахнет расшитым рукавом, и верная хозяйке вьюга разметет сугробы. Притопнет Акку каблуком, и упадет на землю тяжелое снежное небо… А то и вовсе заскучает мудрая богиня, заглянет белесым глазом в подернутое инеем окно, в теплую зыбь, где в каминной чаше тает поленце и слова нанизываются на нитку мысли, и заслушается…

  Это сказка, не ведающая жалости. Как и не ведал ее Ерхо Ину, когда отдал нелюбимую дочь замуж за Янгхаара Каапо, прозванного Черным. Растворилась в глазах его бездна, и не знает душа покоя. Оттого ли что матерью была его хааши-келмо, мертворожденное дитя? Оттого ли что жаждой величия полнится сердце? Почем знать. Не жаль безродному Янгару гордости Ину, а тому и дочери не жаль. Горькая сказка, что твоя полынь-трава… А заглянешь в глубь истории, что разглядишь? Может быть, горячие, пропитанные кровью пески пустыни, железные оковы арен и безжалостного бойца, обретшего себя в рабском загоне. Да только не тут он родился, и много раньше засела заноза мести в черном его сердце. Может быть, и вовсе шум постоялого двора расслышишь за цепочкой слов, и нахлынет на тебя болью нерастраченной безответной любви дочери, чей удел лишь тенью быть при семье…. А быть может, вместе со сказителем пройдешь ты путь от храма слепой всеведущей Кеннике до глубокого оврага, в коем преломится судьба и не человек, хийси-оборотень на земле переродится, а после и вовсе до Горелой башни доберешься, осколка могучего некогда дома, и узнаешь историю Катто и Налле, змея и медвежонка. Каждый выберет свою быль и свой путь… Да только какой бы ни выбрал, всяк будет тяжел, даром что кажется богами благословлен, красками да ароматами подсвечен, мехами да драгоценными камнями украшен. Не та здесь сказка, что пахнет розовой водой и корицей, а та, что дает горечи испить. Мрачная, как своды подземелий, где камень глушит стоны и не ведает устали безжалостная пытающая рука. И требует та рука забыть, слово нарушить, род предать. Велика цена, а живым все равно на свет не выйти. И хоть мнится, что история та о любви, а на деле все выходит, что о душе искалеченной, выбитой, выжженной людьми. Только ли у Янгара такая была? Едва ли. И не только ему придется себя преодолеть, собой пожертвовать, себя заново обрести. И не только ему горечь предательства познать и верность хранить на краю пропасти.

  Больно было, да все же волей-неволей и я тропами этой сказки прошла. Осушила до позолоченного донышка этот кубок с кислым вином. Где ночь не спала, где утро встречала. То ликовала, то в глубокий амок впадала, словно вглядывалась в омуты чужой судьбы, а то и вовсе погружалась в них с головой. Сказывают, что все то в сказках ложь, а вижу я, что нет-нет да и пересекаются пути сказочные с судьбами людскими… А посему сказке той, рассказанной глубокой зимней ночью, я верю.

  - Я умру?

  • Ты боишься?
  • Нет. Не за себя…
  • За ту девушку? У нее свой путь, но идет она ради тебя. В том весь смысл.