Революция глазами современников

Семнадцатый год прошлого столетия... Каким он был и какими были люди, что в нем жили и действовали? Пристрастные, разноречивые суждения о революциях, потрясших Россию, во множестве стали появляться в печати сразу же после свершившихся исторических событий. Первыми, как и ожидалось, выступили прозаики, поэты и публицисты, потом за перо взялись государственные и общественные деятели, политики, генералы и ученые. Среди них Александр Блок, Зинаида Гиппиус, Иван Бунин, Марина Цветаева, Василий Розано...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

9 оценок

5
56%
4
44%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 11Хотят прочитать 107

Рецензии

Evangella5 февраля 2019 г.
Познавательная подборка дневников, писем и статей от современников революции.
Спустя почти сто лет каждый вынес свое собственное суждение о событиях тех времен. Но одно дело, имея на руках множество документов, хроник и мемуаров, пытаться восстановить целостную картину, а совсем другое, находясь непосредственно в моменте, на острие, видеть историю своими глазами и даже принимать участие. Каждая сторона пристрастна, каждая что-то упускает или оценивает со своей колокольни, предвзято и субъективно.
Сборник начинается добротным предисловием от составителя Тимофея Прокопова, в котором он кратенько и по делу изложил в хронологическом порядке основные события бурного 1917 года, мощно сдабривая их личными пояснениями и трактовками. Прокопов оказался большим поклонником А.Ф. Керенского и значительное время уделил обелению его светлого образа.
Дальше последовали воспоминания. Многие дублировали хронологию событий 1917, но предоставляли свою точку зрения и прекрасно дополняли общую картину.
Тут будут дневники Василия Шульгина, который вместе с Гучковым принял отречение Николая II. Тексты речей вышеупомянутого Керенского, статьи Александра Блока и Максима Горького, Леонида Андреева. Воспоминания Марины Цветаевой, очень неприятно поразившие своим отношением к детям. Хотя я уже давно ничему стараюсь не удивляться, но эти творческие настолько творческие, что аж мерзко.
Письма Максимилиана Волошина, наверное, одни из самых странно-эмоциональных.
Самые вменяемые и одни из самых подробных воспоминания Зинаиды Гиппиус. Любопытно было следить, как сменяется восторг и надежды на Керенского разочарованным пониманием, что он, может, человек и неплохой, но пустой балабол и неспособен взять на себя ответственность и принять решение в нужный момент.
Специфичные рефлексии Константина Бальмонта о судьбе народа и революции. У многих представителей творческой интеллигенции сквозит презрение и отвращение к простым людям. Куда уж им со свиным рылом да в калашный ряд. Бальмонт вообще дошел до сравнения с цепными взбесившимися псами, бросившимися на своих бывших хозяев, а заодно и на освободителей, эту революцию устроивших. Детское такое удивление — а нас-то за что? Правда, потом Бальмонт вспоминает столетия рабского положения, как жили впроголодь, безграмотные и без мед помощи, как простой люд продавали точно скот, забривали в солдаты на 20 лет за малейший проступок, а родная бабушка так вовсе держала на цепи своего кузнеца целых 2 года за то, что пьяным напился. И делает осторожный неутешительный вывод - в общем, было за что обозлиться.
У одного Николая Бердяева хватило смелости высказать что-то вразумительное по поводу революции, которая без крови невозможна и пожирает не только своих детей, а всех, до кого дотянется. Правда, написал он это сильно постфактум, уже после взятия немцами Парижа во Вторую Мировую.
Вот все же страшно все они были далеки и от народа, которому так хотели причинить добро, и от осознания реальности. Аристократия насквозь прогнила, интеллигенция, как всегда занималась рефлексиями и велась на красивое балабольство. У всех абсолютнейшая политическая импотенция. Всех взбаламутили, а потом от рек крови в уголок забились, размазывая сопли — мы ж не так все задумывали, в мечтах-то все было идеально. Только никто не продумал, какими конкретно шагами все эти фантазии реализовывать. Многочисленные факторы, из-за которых все пошло не так, естественно, никто и не подумал учесть. Вот скинем царя и заживем! Скинули, а с заживем не срослось почему-то.
Всем стонателям на тему — какую страну мы потеряли, надо в обязательном порядке давать эту книгу на прочтение. Сомневаюсь, что осознают, но вдруг все же хоть полизвилинки заработает. Как же многие интеллигенты мечтали, что придут немцы или иные европейцы, оккупируют страну и наведут порядок. Сто лет прошло, а во многих мечтателях тех времен узнаются некоторые нынешние. Ничего в этом мире не меняется. Все же хоть какая-то стабильность))
Читать далее
18
886
WemmerBluestone13 ноября 2018 г.
Эту книгу я рекомендую каждому, кто хоть немного интересуется темой Февральского и Октябрьского переворотов. В ней собраны статьи, письма, дневниковые записи, воспоминания современников революции: государственных и общественных деятелей, политиков, поэтов и прозаиков. В сборнике есть все и для всех.
Открывают книгу документальные записи Александра Блока, который, будучи литературным редактором в следственной комиссии Временного правительства, занимавшейся расследованием деятельности высших чинов царской империи, присутствовал на допросах и заседаниях в Зимнем дворце и Петропавловской крепости. Для желающих получить представления о хронике событий 1917 года это весьма подходящий способ кратко ознакомиться со знаковыми моментами и многочисленными историческими фигурами того времени.
Тем, кто хочет прочувствовать на себе всю неразбериху, хаос, безумие и прочие ужасы революционного 1917 года, очутиться непосредственно в моменте, стоит обратить внимание на «синюю книгу» (Февральский переворот) и «черные тетради» (Октябрьский переворот) Зинаиды Гиппиус, «Октябрь в вагоне» Марины Цветаевой и знаменитые «Окаянные дни» Ивана Бунина. Это дневники, которые выплескивают на нас яркие и первейшие эмоции от происходящего.
Для тех, кто хочет почитать мнения, выдержанные временем, в книгу включены записи Марка Алданова, Николая Бердяева и Михаила Осоргина. Последний, уже из эмиграции, пишет о своих злоключениях в 1917-1918 году одновременно с юмором и болью.
Особо меня впечатлили «Несвоевременные мысли» Максима Горького, которые полностью резонируют с моими собственными соображениями по большинству вопросов. Понравился слог и образность Леонида Андреева, хотя не все его позиции оказались мне близки. Вызвали у меня большой интерес воспоминания Николая Бердяева о том, как он пытался в постреволюционной России возродить духовную культуру, и чем все это закончилось для него.
Книга ценна не только своим идейным наполнением, но и материальным: есть фотографии, шикарная вступительная статья, комментарии и самое важное – указатель имен (дневники Зинаиды Гиппиус без него не осилить даже самому продвинутому историку).
Читать далее
17
847
udinaaa12 декабря 2020 г.
Хороший сборник для тех, кто хочет одной книгой пройтись по верхам, а потом с гордостью рассказывать, что он и Розанова читал, и Бердяева, и Волошина с Алдановым, не говоря уже про Гиппиус. В общем всех, кого положено знать интеллигентному человеку (хотя бы пофамильно).
⠀
Вообще идея в основе хорошая: собрать вместе статьи, дневниковые записи, письма, даже стихи очевидцев революции (в основном Февральской, в меньшей степени Октябрьской) и с такой вот документальной точки зрения показать те события. Субъективно? Наверняка. Но это не мы, мол, это наши герои так восприняли, запомнили и пересказали.
⠀
Идея-то хорошая, но с явным перекосом вправо: из «красных» в прозаической части разве что Блок да Бальмонт, даже Горький кроет Ленина на чем свет стоит и прямо называет его «сумасшедшим догматиком» (это он потом переобуется, позже, уже в 20-х). В поэтической части не лучше: Маяковский, Есенин, да скромный Рюрик Ивнеев (кому-нибудь кроме выпускников филфака и журфака он знаком? Я сама его поверхностно знаю лишь по текстам Быкова). Зато какие тяжеловесы по другую сторону: Цветаева, Бунин (его «Окаянные дни» вообще считаю лучшей мемуаристикой на тему), Керенский, Ходасевич, Гиппиус; в лирике — Мандельштам, Ахматова, Эренбург. Другое дело.
⠀
Впечатления одной строкой:
• Шульгин — на удивление трогательно и с большой жалостью и грустью про отречение царя (он очевидец, принимал отречение вместе с Гучковым);
• Гиппиус — лихо, самоуверено, с прекрасной иронией — хохотала в голос;
• Леонид Андреев и Бердяев — неожиданно глубоко, тонкие исторические наблюдения, надо вернуться еще;
• Горький — самое большое удивление. Какое-то отвращение к нему было ещё со школы, но, оказывается, до того, как он стремительно «порозовел», он писал недурные вещи;
• Марк Алданов — бриллиант этого сборника! Must read;
• Михаил Осоргин, «Как нас уехали» — тонкий и умный очерк о философском пароходе (google it!), просто почитайте, атмосфера передана очень точно.
Читать далее
6
181

Все рецензии

Цитаты

mavka-lisova12 сентября 2020 г.
И я особенно подозрительно, особенно недоверчиво отношусь к русскому человеку у власти, — недавний раб, он становится самым разнузданным деспотом, как только приобретает возможность быть владыкой ближнего своего.
М. Горький, «Будет ли желанным гостем Горький»
4
434
mavka-lisova12 сентября 2020 г.
Время старое — я не забываю. Время страшное, я не забываю. И все-таки надо же хоть немного верить в Россию. Неужели она никогда не нащупает меры, не узнает своих времен? Бог спасет Россию. Николай был дан ей мудро, чтобы она проснулась. Какая роковая у него судьба, Был ли он? Он, молчаливо, как всегда, проехал тенью в Царскосельский Дворец, где его и заперли. Вернется ли к нам царизм, самодержавие? Не знаю, все конвульсии и петли возможны в истории. Но это всегда лишь конвульсии, лишь петли, которыми заворачивается единый исторический путь. Россия освобождена, — но не очищена. Она уже не в муках родов, — но она еще очень, очень больна. Опасно больна, не будем обманываться, разве этого я хочу? Но первый крик младенца всегда радость, хотя бы и знали, что еще могут погибнуть и мать и дитя.
З. Гиппиус, «Синяя книга»
Читать далее
3
294