Ночные этюды

Это было, наверно, невероятно круто 150-200 лет назад. Своеобразный, устаревший стиль изложения, слегка тяжеловат. Весь этюд создает атмосферу мистически печальную. Впечатлительного и ранимого ребенка с раннего детства пугают ужасными страшилками, плюс странная смерть отца оставляют в душе мальчика жуткую психологическую травму. Только такой и мог влюбиться в механическую куклу, думая, что это живая девушка, а вот прозрение явилось тригером. В общем, печаль и трагедия. 10 из 10 для студентов факультета психиатрии.

В сборнике Гофмана, помимо «Песочного человека», содержится еще шесть новелл писателя: «Игнац Деннер», «Пустой дом», «Каменное сердце», «Магнетизер» и «Приключения накануне Нового года». Прочитав их всех, с уверенностью можно утверждать – это классика эпохи романтизма, времен, когда нравственные ценности, были мерилом мироздания и миропонимания человека эпохи XIX века. Где ценность женщины как таковой, была безусловной, будь то подруга Клара, жена Джорджина, искусственная Олимпия или непревзойденная Баронесса. Аура уважения и трепета перед женщиной, свойственна абсолютно всем произведениям эпохи романтизма (к сожалению, в современном обществе, потребления и информации, отношение к женщине как таковой несет в большинстве своем, лишь утилитарный характер, в прочем, как и к «Другому» в принципе). Чаяния главного героя, бесконечные разговоры, созерцание окружающего мира, слово–символ, в конце концов. Все это мы находим в произведениях Гофмана, но в этом он не индивидуален, он сын своей эпохи. В чем же состоит его индивидуальность как автора? В том, что Гофман – мастер воссоздания «ужасного», он вытаскивает наружу потаенные страхи своих героев, перерабатывает и употребляет их, зачастую против них самих, направляя деструктивную силу «ужасного» в пространство мысли, слов и вещей. В этом мире и существует герой Гофмана. Он напуган, его детские страхи, проносятся через всю его жизнь, находясь в его бессознательном. Они управляют им на протяжении времени жизни, заставляя неосознанно совершать поступки, на которые он бы не решился, если бы их не существовало. Вот, что пишет Клара Натанаэлю, в ответ на его письмо: «Теперь я хочу сказать тебе, что, по моему мнению, все ужасное и страшное, о чем ты говоришь, произошло только в твоей душе, а настоящий внешний мир принимал в этом мало участия» . Дело в том, что зачастую внешний мир, трансформируется согласно внутреннему миру человека. Его взгляд, ощущения, тревога, страх, порождают соответствующую действительность. В данном случае бытие не опережает сознание, а трансформируется под его натиском. «Все были согласны с тем, что человек может иногда иметь такие чудесные видения, каких не в состоянии изобрести даже и самое разгоряченное воображение» . Вспомним повесть «Посторонний» Альбера Камю. Главный герой Мерсо, находясь в камере и размышляя о жизни, подводит для себя мысль о том, что человеку достаточно прожить один день на свете, чтобы находиться в заключении. Тем самым я хочу сказать о том, что разгоряченное воображение зачастую гораздо сильнее внешних обстоятельств. Как пример, мы можем вспомнить о душевнобольных, которые в принципе только и делают, что живут в собственном мире иллюзий. Так и Гофман пронизывает своих героев каким-то седьмым чувством (но не любовью, в традиционной трактовке) – это чувство «ужасного», которое подстерегает их за каждым углом. В результате реальность и воображение сливается в единое цельное восприятие, которое в свою очередь рождает бездну смысла.
«Мне казалось, что какое-то оцепенение овладело моим взглядом, который оказался как бы прикованным к зеркалу» . Аналогичным образом оцепенение вызывает чтение Гофмана, оно порождает смыслы, которые были внутри меня, но автор будто вытаскивает из недр читателя то «ужасное», что свойственно только ему. Думается, именно Гофман, Гоголь и Кафка – это три писателя, совместная работа которых могла бы создать поистине шедевральное произведение, которое бы стерло грань между вымышленным и действительным миром не только в воображении, но и в принципе…Как вам такая мысль?

Признаться, мне очень нравятся немецкие философы (Гете, Гофман, Гессе.. я не говорю о немецких композиторах), так что «горячий привет» тем людям, которые объясняют исторические явления ссылаясь на «порочность нации как таковой».
Песочный человек – один из поздних рассказов Гофмана. Я читал еще у него «Эликсиры Сатаны» - произведение раннее по отношению к «Песочному человеку», но существенно более объемное. По «Эликсирам..» напишу отдельно, когда перечитаю.
Мистицизм Гофмана «пограничный», автор тебя будто оставляет на распутье: ты можешь поверить в магию, дьявола, «злой рок», а можешь остаться в рамках рационального и признать, что весь мистицизм – это плод воображения и детской впечатлительности. Вообще, такой прием наряду с чувством незавершенности, оставляет, конечно, и простор для фантазии. В дополнение к этому, прочитанное – это история о человеке с «воспаленным сознанием», которое и позволяет ему (заставляет его?) воспринимать действительность как нечто магическое, волшебное. Невольно возникают ассоциации с «Двойником» Достоевского.
Написано очень крупными мазками и буквально ни одной идее (намеренно) так и не дают «развернуться». Рассказ можно прочесть за час, но размышлять над ним придется побольше.

Для меня это мистическая и символическая повесть, которая наполнена тайными знаками и скрытыми метафорами. Мне очень нравится речь героев, с приятными обращениями, затейливыми оборотами и утраченной ныне витиеватостью лексики (самый удачный на мой взгляд перевод с немецкого Марии Бекетовой, более грубый Александра Морозова).

Люди и машины, безумие с одержимостью и холодный прагматизм, скромность и разгул, живая душа и механический автоматизм, зло и добро, всё это сливается здесь в один сложный и очень красивый литературный узор, напоминающий язык притчи.

Мне кажется в этой книге есть что-то мистическое, что-то пророческое, что воплощается в форме метафоры одержимости у юноши, истинные глаза которого, как орган, через который он может правильно смотреть на мир, были украдены злым алхимиком и чародеем, создавшем машину, неотличимую от человека. Не имея способности видеть живой мир, герой влюбляется в искусственную машину, глаза в которой являются в действительности его же собственными глазами. Это что-то космическое.

Здесь можно увидеть и аналогии с миром машин, веком Кали, в котором люди становятся как машины, а машины как люди. Здесь можно увидеть аналогии с концепцией псевдо-дуальности, в которой человек ищет в других нечто, чего ему не хватает в себе (в данном случае глаза Олимпии являются глазами самого Натанаэля, которые привлекают его к ней как магнит). Здесь можно увидеть и аналогию с противопоставлением живого и мертвого, искусственного и настоящего в нашем современном мире, где общий ход цивилизации выбирает более удобных и покладистых роботов, которые заменяют всё больше и больше человеческих функций. Здесь есть и черты магии и мистики, указывающие на непонятную и непостижимую природу многих явлений окружающих простых (в образе молодых людей) обывателей мира, что преподносится как результат деятельности посвященных в тайны (алхимиков).

Таким образом маленькая сказка оказывается максимально разноплановой по своему наполнению, что характерно для языка великих мистиков и мудрецов.

Непонятно, был ли Гофман посвящён в какие-либо тайны, или же подобно Блаватской просто вошел в контакт с чем-то или кем-то, что позволило ему сочинить такое необычное произведение. Возможно, он просто принимал какие-нибудь стимулирующие средства или, на худой конец, горячительные напитки, что позволило ему войти в нужную волну, но это произведение одно из его самых необычных, на мой взгляд.

Маленькому Натанаэлю было очень интересно, что за Песочный Человек приходит по вечерам к его отцу? Конечно, он настоящий, ведь так его называет мать мальчика. Скажи она, что отец просто работает, она бы уберегла сына от психической травмы. Масла в огонь подливает няня, утверждающая, что Песочный Человек - дьявольское создание, вырывающее у непослушных детей глаза. М-да, современные форумы по воспитанию детей отдыхают.

Но всё это случилось в прошлом и должно было там остаться, если бы в один "прекрасный" день студента Натанаэля не навестил продавец барометров, до странности похожий на Песочного Человека. И ужас, вытесненный на самые задворки сознания, вновь накинулся на молодого человека. Безумие стало медленно отравлять его жизнь.

Но ни друзья, ни невеста не стремятся понять Натанаэля. Пусть автор и пишет, что у Натанаэля и Клары неземная любовь, но что-то в это не очень верится. Уделив огромное количество времени описанию всех добродетелей и прелестей Клары, Гофман вызвал у меня лишь скептическую ухмылку. Клара - типичная героиня Гофмана. Но если Кандида из "Крошки Цахеса" и Вероника из "Золотого Горшка" кажутся прелестными и практичными девушками, то Клара - мещанка в худшем из смыслов этого слова. Непонятно, как вообще у неё с Натанаэлем могло что-то сложится, ей чуждо всё романтическое и мистическое, она даже не пытается понять Натанаэля, нарочито скучает, когда он говорит ей о том, что его волнует больше всего, продолжает напоминать ему о Коппелиусе, когда тот о нём почти забыл. Ну просто неземная любовь.

А тут ещё появляется Олимпия - прекрасная девушка мечты, внимательная, всегда выслушивающая Натанаэля, не зевающая во время его рассказов. До "Степфордских жён" был Гофман с его Олимпией. Только немецкое общество того времени резко осудило подобное изобретение. Пусть линию с Олимпией можно объяснить рационально, для Натанаэля за всеми происшествиями в его жизни маячит зловещая фигура Песочного Человека, похитителя глаз, разума и душ.

"Песочный человек" играет с разумом читателя, как Коппелиус - с разумом Натанаэля. И за здесь чудесным кроется не обыденное, а чудесное, ужасно чудесное.

Знаете, как бывает – вводишь в поисковике название, и тебе выпадают сразу несколько произведений разных авторов.
Гофман, вообще, один из моих мрачных любимцев. Иногда сложно себе вообразить, что этот человек написал такие известные сказки как «Карлик Нос» и «Щелкунчик». Стоит почитать его новеллы: «Песочный человек», «Фалунские рудники» (похоже на сказку Бажова «Хозяйка медной горы», одна из моих любимых новелл), «Магнетизер» - как тебя бросает в дрожь от одних только описаний.
У меня был период – конец школы-начало университета – когда я разом проглотила энное количество сборников Гофмана. Это был огромный багаж сумасшествия и паранормальных способностей, но из всего этого прослеживается очень четкая линия, которой придерживается автор – везде магнетизм. Связка двух совершенно разных людей вместе, эмоционально и физически, умрет один – умирает и второй. Зачем? А чтобы было. Именно так и никак иначе.
Вот и в «Пустом доме» примерно о том же. Сразу чувствуется стиль и полюбившийся слог. Гофмана ничем не переделаешь и никогда не разлюбишь.

Продолжаю наслаждаться творчеством Гофмана.
На сей раз, после «Золотого горшка»
https://www.livelib.ru/review/1791490-der-goldene-topf-zolotoj-gorshok-ernst-teodor-amadej-gofman
и «Приключения в новогоднюю ночь»
https://www.livelib.ru/review/1791490-der-goldene-topf-zolotoj-gorshok-ernst-teodor-amadej-gofman

речь пойдёт о «Песочном человеке».

В отличие от указанных выше произведений «Песочный человек» наиболее … приближен к реальности, вернее, к тому миру, который мы сами себе создаём.

Однако, стоит отметить, что и тут мы находим красивый литературный язык и так мною любимые сложные предложения :).

При этом сложные мыслительные конструкции находят вполне практическое, даже бытовое применение.

В книге мы встретим суггестивные приёмы, которыми пытались манипулировать родители и прочие воспитатели.
Кроме этого, мы узнаем самих себя, а именно то, как мы сами себя «накручиваем» и какие проблемы из этого получаются.

К счастью, в книге есть и рациональный рецепт противодействия этому.

Ежели существует тёмная сила, которая враждебно и предательски забрасывает в нашу душу петлю, чтобы потом захватить и увлечь нас на опасную, губительную стезю, куда мы бы иначе никогда не вступили, - ежели существует такая сила, то она должна принять наш собственный образ, стать нашим «я», ибо только в этом случае уверуем мы в неё и дадим ей место в нашей душе, необходимое ей для её таинственной работы. Но ежели дух наш бодр и укреплён жизненной бодростью, то он способен отличить чуждое, враждебное ему воздействие именно как таковое и спокойно следовать тем путём, куда влекут нас наши склонности и призвание, - тогда эта зловещая сила исчезнет в напрасном борении за свой образ, который должен стать отражением нашего «я». Верно и то … что тёмная физическая сила. Которой мы предаёмся только по собственной воле, часто населяет нашу душу чуждыми образами, занесёнными в неё внешним миром, так что мы сами только воспламеняем наш дух, который, как представляется нам в диковинном заблуждении, говорит из этого образа. Это фантом нашего собственного «я», чьё внутреннее сродство с нами и глубокое воздействие на нашу душу ввергает нас в ад или возносит на небеса.
…
Проникнись мыслью, что эти чуждые образы не властны над тобою; только вера в их враждебное могущество может сделать их действительно враждебными тебе.
…

Будь весел, весел !

И это за полторы сотни лет до когнитивной, экзистенциональной и прочих терапий с приставкой «психо-» !

А как вам введение в повествование и в людское сообщество… человекоподобного робота и описание реакции этого самого сообщества?
Так что споры насчёт искусственного интеллекта начались более двухсот лет назад :)

И как иронично автор описывает то, как живые люди начали доказывать, что они не роботы :).
Хотя само слово «робот» появится только более чем через сто лет от момента написания «Песочного человека» !

Примечательно, что этот робот (киборг ?) предстаёт в обличье красивой девушки и влюбляет в себя, заставляет страдать и даже вызывает у поэтической души живого юноши отклик о её глубокой душевности, и критикуя реально живых людей за отсутствие таковой !

И это за двести лет до пелевинского «S.N.A.F.F» и за полторы сотни лет до «Отеля у погибшего альпиниста» Стругацких.

Книгу к прочтению рекомендую. Она о нас. О пока ещё живых людях.

Данное произведение сложно читать. Оно не страшное, скорее непонятное и местами печальное. Сказка точно не подойдет детям, они просто не поймут. Вся история пропитана одержимостью. Одержимостью мальчика к песочному человеку. Фигуре довольно-таки страшной, но в реальности не существующей. Из-за психологической травмы, мальчик воспроизводит этот образ на неприятных ему людей и всю свою недолгую жизнь страдает из-за этого. Конец его, увы, печален, но закономерен.
P. S. Если соберетесь почитать эту сказку, берите книгу с иллюстрациями, не пожалеете!

Кручу-верчу, запутать хочу. В чём тут фабула? Один человек любил девушку, но она вышла замуж за другого, а затем племянник этого человека, его тёзка, влюбился в дочь той женщины, которые тоже были между собой тёзками. Это и растопило каменное сердце. Конец.
Так что отнюдь не полноценное произведение, а так, набросок, игра слов. Плюс к сюжету приплетены какие-то ещё персонажи, бал, пара историй и куча подробностей. В итоге получилась хорошая атмосфера эдакой пьесы, которую разрешено ставить исключительно в саду во время балов.

С этой новеллой у меня связаны очень теплые романтические воспоминания, что заставляет меня относиться к ней с особой нежностью. Вообще, Гофмана читать в юности - самое то, он бальзамом ложится на израненное переживаниями юное влюбленное сердце, даже страшные сказки у него окутаны флёром романтики.
Новелла эта не относится к самым известным произведениям немецкого писателя, а между тем она дивно хороша. События разворачиваются в готической атмосфере старого замка, куда рассказчик по имени Теодор прибывает вместе со своим двоюродным дедом, который выполняет обязанности стряпчего. В первую же ночь гостям замка приходится столкнуться с привидением...
Как водится, замок скрывает страшную тайну, и, как это часто бывает, причина появления призрака - совершившееся преступление. Помимо зловещей тайны, в новелле есть и любовная история - очень романтичная и довольно печальная, но сейчас она уже не так трогает, как в юношеские годы. Сейчас меня больше ужасают чудовищные бездны, открывающиеся в душах людей.