Археологія знання

Книжка відомого французького філософа та історика культури Мішеля Фуко (1926— 1984) “Археологія знання” (1969) з’ясовує історичні умови виникнення та розвитку медицини, біології та гуманітарних наук, містить аналіз співіснування зв'язків між елементами пізнання, а також формулювання філософських установок, нерідко далеких від традиційної “історії ідей*'. Істотним моментом дослідження є критичний перегляд таких традиційних понять, як “вплив”, “розвиток”, “автор”, “твір”, “книга”, “наука”, “історі...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

76 оценок

5
38%
4
49%
3
11%
2
3%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 95Хотят прочитать 367

Рецензии

fullback3411 апреля 2017 г.
Поразительно и удивительно!
Как можно, поддавшись некоему общему порыву, считать приколистов-французов от такой же науки, каковыми "научными" являются их тексты? Как?
Не, за всю Францию говорить не буду, потому как всё-таки чуток разные они, не совсем одинаковые Фуко, Бодрийяр, Деррида, Батай... кто там ещё? Делёз, Гваттари. Самое интересное, что почти все - прочитаны.
Потрясающее многословие, потрясающая речь - развитая, интересная, образная, но ... совершенно пустая. От слова "совсем". Вообще ничего не объясняющая. Даже собственную амбициозность. Возможно, я пристрастен, скорее всего - пристрастен. Из всех постмодернистов наиболее человеческое, а, значит, подлинно интеллектуальное, у Бодрийяра и Эко. Пусть и не француза. Попробую объясниться. Кому это интересно.
"Археология" - манифест "нового" знания. Нет, не так - Знания. Такая попытка "снятия" в гегелевском смысле, и Маркса, и Ницше, и вообще - всех, кто был до. И явить новое откровение. Не перегружая смелых читателей и этого отзыва, и возможных читателей первоисточника, сделаю отсылку на стр.46, где Фуко перечисляет необходимый "научный" инструментарий. Необходимый для чего? Как раз для нового откровения. В чём суть претензии?
Это просто. Введение в пространство обсуждения понятия "дискурс" есть не что иное, как попытка создания общей теории поля. Для "гуманитарных" наук. Эйнштейновские попытки сделать это для фундаментальной физики имели известный результат. Фуко не стал мелочиться, и появился "дискурс". В чём заключается основа, фундаментальная по замыслу француза, тотального в претенциозности понятия "дискурс"? На мой взгляд, таковых оснований, сложивших фундамент "дискурса", два.
Первое. Лингвистика. Ну там - структурная лингвистика. Почему так? Потому что, по замыслу постмодернистов, сначала было Слово. Нет, не то, не библейское - к 20 веку от того Слова не осталось ничего. Слово - это слово, лексическая единица, являющаяся миру в определенном контексте. Представленном такими же лексическими единицами - словами. И для определения глубинной глубины необходим анализ первых инструментов исследования - слов. Их устройства и их подлинной сущности. Потому как исследование будет оформлено в определенном порядке. Теми же самыми словами. Подчиняющимися определенным структурам - отсюда структурная лингвистика. Недаром кто-то из единомышленников Фуко (просто лень лезть в книгу для точности цитирования) заявил, что бред - это и есть голос структуры. Свободный голос, свободный от контроля культурных ограничений. Лепет младенца - это незамутненный голос свободной мысли, мысли "самой-в-себе-для-себя-сущей". По своей сути попытка поиска в языке базового, доопытного знания - есть профанация. Потому как доопытное знание - это параноидальные видения моего любимого Дали, о котором я уже написал отзыв, увиденные им в утробе матери.
Вот точная цитата, стр. 73: "Постоянный вопрос, который ставит анализ языка в связи с неким фактом дискурса: по каким правилам было образовано такое-то высказывание. Совершенно другой вопрос ставит описание событий дискурса: как получается, что появляется именно такое высказывание, и никакое иное на его месте?"
Вторая составная часть фундамента "дискурса", его гносеологии - это претензия на всеохватность взятого в фокус исследования явления, процесса или объекта. "Всеохватность" - мульти взгляд, многослойность, разно векторный, мульти ракурсная точка зрения на. Всё, что, повторюсь, подпадает под понятие "дискурс". Послушайте, я ничего не придумываю - нах? Вчитайтесь в программное высказывание месье Фуко (стр.53): "Тогда, когда исследования в различных областях (психоанализ, лингвистика, этнология), поставили вопросы о самой сущности человека, и ответы найдены не были, вновь была поднята тема непрерывности истории, той истории, которая была бы не членением, не набором отношений, а характеризовалась бы своим внутренним динамизмом, которая была бы не системой, а тяжким трудом свободы, не формой, а постоянным усилием сознания, постигающее самое себя...."
Что есть чистое знание о прошлом? Разумеется, в парадигме введенного в интеллектуальный оборот понятия "дискурс"? Страница 76: "Показать во всей его чистоте пространство, где разворачиваются дискурсивные события, - это не значит попытаться восстановить это пространство... это значит - освободиться. чтобы описать отношения, существующие как в нем самом, так и вне его". Что означает сказанное? Попробую воспроизвести.
Цель любого научного исследования, конечно же, Истина. Не Правда, замечу по ходу, а именно верифицируемая Истина. За тем, по большей части, наука и существует. В чём сложность научных исследований истории, а Фуко сужает область применения своего метода до исторических исследований? В том, что делает историю вообще не наукой. И она не одинока - философия, сестра её. Почему так? Потому что исследованию подвергается то, что фактом в научном понимании, не является. А что же понимается чаще всего под "историческим фактом"? Некое событие в прошлом. Насколько оно точно? Ну, насколько-то. Это всё слишком известно, чтобы останавливаться ещё более подробно на этой проблематике. Идем дальше.
Забавно, что Фуко не считает то, что раньше называли естественной историей, наукой. То есть ни минералогия, ни ботаника, ни зоология, по его мнению, науками не являются. А что же тогда - наука? Называя своё исследование "История безумия", какое научное явление имел в виду философ? Безумие? Но это понятие столь мультисемантично, что его в пору расшифровывать не на одной странице. Потому как, к примеру, используя старый добрый принцип историчности, мы должны признать: в разные исторически периоды под "безумием" понимали в общем не одно и то же. Это так - для начала, что называется.
Можно предположить, что нескончаемое многословие квази-научных суждений "по поводу" вызвано успехом на мой взгляд действительно интересных работ Фуко: "Истории безумия", "Рождение клиники", "История сексуальности". Я читал их и с большим интересом, и с таким же удовольствием. Чего и всем желаю!
Что касается "дискурса" - забейте! Есть прекрасные и настоящие науки: математика, физика, палеонтология, наконец! Есть наука наук - квантовая физика. Кстати, на мой скромный взгляд, честно - самый-самый скромный, такое вот понятие квантовой физики, как некоммутативность... не объясняет ли оно некоторые фундаментальные проблемы общественных наук? Почему в той стране это вот получается, а в другой - ни в дугу? Ну, это - к слову.
Знаете, пишу этот отзыв под "Щелкунчика". Настроение - великолепное: музыка потрясающая, читать Фуко, знаете, прекрасная возможность поприкалываться, потренировать мозги, повосхищаться образным и богатым языком французского философа. А если найдется время и желание - почитайте выше названные его исследования - зачитаетесь. Просто - очень интересно. Я не знаю - насколько научно, но то, что он перелопатил такую кучу литературы, что достоин Нобеля хотя бы за добросовестность и потрясающую работоспособность.
Такой вот он - дискурс Мишеля Фуко.
Читать далее
20
1,3K
noctu13 июля 2015 г.
"Во всем мне хочется дойти до самой сути..."

Почему-то именно эта строчка всплыла в сознании, когда взяла Фуко в руки, еще внутренний голос тихо и испуганно прошептал: "Сумасшедшая!". Да, наверное, это так. Это лето я провожу не мечтами о море, а мыслями о книгах, сидя в библиотеке. Свое возобновление знакомства решила начать именно с "Археологии знания", случайно наткнувшись на нее в общем каталоге. А почему бы и нет.. Оказалось, что работа посвящена очень актуальному вопросу, а именно дискурсу, который с последний год обложил меня со всех сторон. Изучали историю первобытного общества, Рим и Грецию и дело нам не было никакого до этого страшного слова "дискурс", а теперь есть, теперь нужно разбираться что то за сущность такая, этот ваш самый дискурс, с чего такой сыр-бор.
Отдельное "браво" хочется сказать стилю Фуко. Его текст и мои мысли образовывали единое тесто, от которого автор отрывал маленькие кусочки, формировал тезис, говорил: "Смотри! Внимательно посмотрела?" и тут же отбрасывал в сторону. И снова построения на построении, новое здание из букв и мыслей, которое потом разлетается в прах, потому что оно - лишь одно из многих возможных. Начинается новое построение... Чтение этого текста было погружением в какой-то горячечный бред с хаосом мыслей, закорючками предложений, ужасающими в своей непонятности образами. Одно из это книги вынесла точно - удовольствие от интеллектуальной мастурбации мне не получить. Другими словами, не стать мне философом никогда.
Спасибо хочется сказать "переводчику" и редактору. Книжечка мне попалась не этого издания, а более старого, еще 90-х годов, место издания - Киев. Благодаря этому "переводу" и так трудный для восприятия текст крайне неустойчиво болтался на самой границе возможности восприятия. Зато, можно сказать, он осознан, потому что в случае многих предложений приходилось так и так крутить фразу, раскладывать на составные чести, исследовать контекст, чтобы понять смысл. "Казнить нельзя помиловать" очень хорошо можно было проследить на этом тексте.
Фуко молодец. Теперь с полки мне подмигивает "История безумия", которая ожидает меня уже больше 1,5 лет. Я иду к тебе!
Читать далее
18
988
BooKeyman20 апреля 2012 г.
Фуко, эпистемология и другие ужасы дискурсивной расчлененки
Есть ли жизнь после дискурса? - подумал я и отложил в сторону прочитанную книгу Миши Фуко.

Вероятно, многие, так же как и я, пишут, чтобы больше не иметь своего лица. Не спрашивайте меня, кто я, и не требуйте, чтобы я оставался одним и тем же, — это мораль удостоверения личности, это она проверяет наши документы. Но пусть она предоставит нам свободу, когда речь идет о том, чтобы писать.

Известный французский философ потерев руки и засучив рукава, в свойственной себе манере проводит ревизию истории и человеческого познания в целом; как завзятый интеллектуал, он ловко лавирует между всеми сферами человеческой жизни и науки, чтобы вычленить Его - Дискурс. Касаемо предмета дотошного исследования Фуко, то это книга может дать исчерпывающий вопрос на все вопросы о философском термине, ставшем камнем преткновения для многих думающих людей: определений Д. ровно столько же, сколько живет в мире философов, тысячи их.
Отдельного одобрительного кивка заслуживает язык Фуко - сложный, но в то же время не высушенный наукой до пустынности: не зря его стиль написания называют барочным.

книга включена в систему отсылок на другие книги, другие тексты, другие предложения: книга — это узелок в сети

Философ поставил перед собой достаточно сложную задачу, потому что установить дискурс можно лишь в попытке трансгрессии: это не лингвистическая категория, Д. выходит за пределы языка и речи. Свои идеи Фуко конспирирует не так глубоко, как Хайдеггер (который ранее ввел меня в ступор высказыванием, в котором было всего лишь два слова), но попотеть придется. Виной тому сложность восприятия не столько богатого лексического разнообразия французского философа, а принцип построения текста: было бы неплохо, если бы некоторые предложения были короче, а абзацы - поменьше.
Самый кайф в том, что в попытка обнаружить дискурс со стороны читателя будет проходить также напряженно и мучительно, как вызов демона.
Сложная, но интересная книга для тех, кто интересуется философией.
Читать далее
12
685

Все рецензии

Цитаты

MidnightSoul16 декабря 2016 г.
Не спрашивай меня, кто я такой, и не проси меня оставаться тем же самым: это удел наших бюрократов и наших полицейских – проверять все ли в порядке с нашими документами.
2
590
wpetrow12 октября 2014 г.
«...оставьте это нашим чиновникам и нашей полиции — пусть себе они проверяют, в порядке ли наши документы. Но пусть они не трогают нас, когда мы пишем».
1
398