The Fourth Industrial Revolution

Клаус Шваб проделал обширную научную работу по изучению новых технологических трендов,которые появляются в современной экономике.Книга,безусловно,содержит массу интересных теорий и идей,но манера повествования оставляет желать лучшего.Самой интересной частью книги, стало приложение,содержащие перечень разрабатываемых или уже внедренных технологий.Было достаточно тяжело читать основную частью книги, поскольку информация поддается в не удобных для восприятия выжимках различных экономических форумов.
В целом, читатель этой книги,может почерпнуть для себя пищу для размышлений и всерьез задуматься о том, какое будущее нас ждет завтра.

3,5 из 5⭐

Автор как иезуит ловко жонглирует словами и постоянно твердит о всеобщем благе, о прогрессе, об удобстве, о доступности большинству продуктов и услуг, приводит примеры того, где и какие могут возникнуть проблемы и как будто честно хочет решить эти проблемы; только вот слишком часто повторяющиеся слова о прибыли, продуктивности, эффективности, росте экономики, спросе, потреблении уличают автора в желании перевернуть мир, создать всемирную кастовость,  перераспределить доходный бизнес и заработать на глупости и наивности людской. Шваб самоуверенно замахивается на искусственное создание человека с нужными качествами,  на смену  правительства, государственных  границ. Правда, так завуалированно, осторожненько  сформулировав, что можно или не обратить внимания, или решить, что не так понял автора (глава 7). Самое "невинное" в 4-ой промышленной революции по Швабу- это подключение всех (всех!) вещей к сети интернет. Мудрёная книга, в которой сам автор говорит о "деструктивных изменениях", которые несёт 4-ая промышленная революция. Мы же знаем, что  всё в мире есть со знаком плюс и со знаком минус. Ножом можно нарезать еду и накормить людей, а можно ранить или убить. Всё  зависит от владельца ножа и его желаний, его натуры. Так и здесь. Удивительно, что и сам Шваб об этом пишет (в 7 главе о войне роботов).

На данный момент  из книги я мало что нового узнала, потому как прошло 8 лет со времени издания книги, мы пережили эпоху коронавируса, когда Шваба полоскали вдоль и поперёк и, не прочитав книгу, мы уже знали, о чём она. Теперь, ознакомившись с первоисточником, который сильно похож на какой-то отчёт или доклад, могу для себя закрыть эту тему и точно сказать, что лучше слушать лекции Фурсова.

Ставлю 3,5 из 5⭐, потому что считаю, с этой книгой нужно всем ознакомиться, чтобы знать мысли, мечты и планы людей, возомнивших себя даже не элитой, а богами.

Мне было сложно читать эту книгу. Вроде все слова понятные, а в предложения и в какой-то осмысленный текст слова не складываются. Как будто, кто-то подумал, что чем сложнее будет читаться книга, тем глубже будут выглядеть мысли, представленные в книге. И тут мне в глаза бросился косяк с переводом. Блокчейн, про который в то время не говорил только ленивый, и именно в таком виде вошедший в употребление, переводчик назвал «цепочкой блоков». Все-таки non-fiction должны переводить люди, которые специализируются на конкретной тематике, а то толку от таких переводов остается мало.
После этого я попробовала переключиться на оригинал, чтобы исключить влияние переводчика. Но намного легче не стало. Автор скорее всего не рассчитывал на широкую аудиторию книги, а в большей мере на тех, кто интересуется происходящим на Всемирном экономическом форуме в Давосе. Основная часть книги — это тезисы о влиянии четвертой промышленной революции на экономику, политику и жизни людей. Эти тезисы скорее должны выступать отправной точкой в обсуждениях на том же Форуме или других специализированных мероприятиях. Их недостаточно для полного понимания темы.
Наиболее интересным для читателей-неспециалистов будет приложение, где приведен список технологий/явлений которые будут реализованы к 2025 году. Так как автор писал книгу в 2015 с прогнозом на 10 лет уже сейчас можно оценить насколько этот прогноз реалистичен. Часть упомянутых технологий уже плотно вошла в нашу жизнь, в некоторые все так же сложно поверить, но может к 2025 они тоже станут реальностью.
К сожалению, книги подобные этой надо читать или в момент выхода, когда тема актуальна, а информация в ней новая, или никогда. Спустя несколько лет в лучшем случае, это может быть просто неинтересно читать, а в худшем – ситуация отраженная в книге перестанет соответствовать действительности.

Читая эту книгу, меня не покидало ощущение, что материал состоит из конспектов и тезисов для выступлений автора на форуме в Давосе, которые просто сложены в определенном порядке, потому что мысли постоянно повторяются. Это чем-то напоминает тот самый "Лёгкий способ бросить курить" Аллена Карра, т.е. переливание из пустого в порожнее очевидных и всем известных идей, хотя этот стиль может сойти за нейролингвистическое программирование читателя, путем многократного повторения изложенного. Простите за слог, я не писатель. Книга - полный хлам, всё можно вместить в один абзац и читатель ничего не упустит

Клаус Шваб
"Четвертая промышленная революция"

Вот об этой книге я слышал еще много лет назад. То ли семь, то ли восемь лет назад мне попалась на глаза публикация в журнале T&P, в которой освещался выход тогда еще свежей книги и ее основные тезисы. А совсем недавно я встретил ее в подборке аудиокниг "Звука".

Восемь лет для книги об актуальных технологиях - срок огромный, изменилось очень многое. Однако, автор вовсе не ставит своей целью обозреть технологические новинки, не пытается увлечь читателя неотразимыми образами будущего. И именно такое отстранение от стремления сделать книгу ультраактуальной делает ее намного лучше. Книга становится более продуманной и научно взвешенной.

Автора рассматривает явление новых технологий с экономических позиций. Он характеризует нынешнее внедрение таких технологий как совершенно новый социально-экономический процесс - четвертую промышленную революцию. Когда-то в середине XVIII века первая промышленная революция (чаще ее называют просто Промышленная революция) изменила все тогдашние технологические процессы за счет внедрения механизации труда, что позволило перейти к более высокой степени концентрации производства, созданию больших промышленных предприятий, практическому уничтожению надомного, кустарного и ремесленного труда. В конце XIX века исследователи выделяют вторую промышленную революцию, связанную с электрификацией и внедрению конвейерного труда, что также заметно перекроило всю систему общественных отношений. В середине XX века началась третья промышленная революция, связанная с компьютеризацией, внедрением автоматизации производства.

Теперь же Клаус Шваб считает, что в наше время начинается четвертая промышленная революция, связанная с внедрением новых технологий, таких как технологии нейросетей, искусственного интеллекта, трехмерной печати, цепочки блоков и т.д. Как и три предыдущих, четвертая промышленная революция кардинально меняет всю экономическую систему, а по цепочке приносит изменения и в системы общественных отношений, выдвигая требования по изменению социальной сферы, культуры, права и политики. Именно воздействию четвертой промышленной революции на общественные отношения в большей степени и посвящена эта книга.

Автор рассматривает новые технологии, выделяя как их положительные стороны, так и отрицательные. Многие его мысли здесь оказываются мне созвучны. В частности, когда речь заходит о технологической безработице и о росте неравенства. Некоторые предприятия могут поручить выполнение работы нейросетям или автоматизированным роботам, которым не требуется постоянный присмотр со стороны человека, и тогда это приведет к массовому сокращению людей с рабочих мест, по которым выполнение соответствующих функций можно поручить роботу или компьютерному алгоритму на основе нейросетей, и речь далеко не только о промышленных рабочих, так как нейросети уже в состоянии составлять тексты, анализировать информацию из интернета и многое другое - так нейросеть может запросто писать новостные статьи вместо журналистов. Вытеснение роботами людей с рабочих мест вполне вероятно приведет к падению их материального положения.

Вместе с тем, новые технологии позволяют использование новых схем ведения бизнеса, которые могут включать в себя децентрализацию. Некоторые компании могут оказывать услуги, не имея в собственности тех средств, с помощью которых эти услуги обычно оказываются. Так, сервис такси по типу Uber может позволить себе не владеть ни одним автомобилем такси и привлекать водителей на личном транспорте, которые готовы принимать заказы через сервис Uber от пользователей. Такие водители, очевидно, не связаны с сервисом такси трудовыми договорами, действуют как самозанятые или индивидуальные предприниматели. С одной стороны, они получают свободу распоряжаться своим рабочим временем так как пожелают, с другой стороны, так как каждый отдельный заказ приносит небольшую сумму, с которой еще нужно уплатить комиссию в пользу самого сервиса, то, чтобы заработать приличные деньги и обеспечить себя, таким людям приходится работать целыми днями. То есть мы возвращаемся к сверхэксплуатации за относительно малые деньги. Разница только в том, что раньше была сверхэксплуатация рабочих за конвейером, которые состояли в официальных трудовых отношениях со своим работодателем, а теперь это сверхэксплуатация лиц, формально никак не связанных с их фактическим работодателем, потому что не состоят с ним в трудовых отношениях, и формально ничего не обязаны так перерабатывать. И это только на примере водителей; уверен, можно без труда привести десятки других примеров.

Анализируя вызовы и перспективы четвертой промышленной революции, автор приходит к выводу о построении новой системы отношений. Требования времени приводят к необходимости изменения обычных общественных институтов нашего времени, адаптации к цифровому веку наших общественных, политических, юридических систем прежде всего для того, чтобы в процессе этих турбулентных перемен суметь обеспечить права человека. И дискуссия об этом крайне важна для нашего будущего.

Книга Шваба по сути представляет собой стратегический план по кардинальному изменению общества и самой человеческой природы. Шваб пишет, что четвертая промышленная революция «изменяет не только то, «что» и «как» мы делаем, но и то, «кем» мы являемся».

Изменения, которые должны произойти в мире, разделены на три категории:

1. Физические изменения. Повсеместное внедрение 3D печати, широкое использование беспилотного транспорта, роботов и новых материалов.

2. Цифровые изменения. Распространение «интернета вещей» — подключение к интернету всех вещей и дистанционное управление ими. Фраза «об этом вещают из каждого утюга» может приобрести буквальный смысл. Кроме того, везде, где это возможно, будут использоваться цифровые платформы (от социальных сетей до платформ для заказа напрокат всяких мелочей), решения будут приниматься на основе больших данных с использованием технологий ИИ.

3. Биологические изменения. Это не только про ГМО, но и про редактирование человеческого генома. Шваб утверждает, что станет возможно создание «спроектированных младенцев». Можно будет создавать людей с заранее заданным набором параметров. Пожалуй, это самая главная угроза. Хотя Шваб, конечно, оглашает благородные цели вроде избавления людей от различных генетических заболеваний. Но это не отменяет возможности проектирования послушной и безвольной обслуги для самозванной «элиты».

Со сроками внедрения разбираемых в книге технологий автор не угадал (книга написана в 2016 году). Но дело тут не в них, а в том, куда нас ведут.

Представляется, что нас пытаются затянуть в мир, который будет своего рода гибридом «1984» Оруэлла и «дивным новым миром» Хаксли. Выглядеть это может примерно так...

С одной стороны, это будет «электронный концлагерь». Никакой тайны переписки, неприкосновенности частной жизни и т.д. О каждом будет известно абсолютно всё: что человек делал в конкретный момент времени, что говорил, а возможно — и что думал. Нейрочипы, вживляемые в мозг и способные считывать мысли, начали испытывать уже на людях.

С другой стороны, будет построено новое кастовое общество в условиях потребительского рая с контролем над рождаемостью. Формировать касты будут на биологическом уровне путем редактирования генов.

У Хаксли, если помните, это так всё и описано. Люди в «дивном новом мире» не рождаются, их выращивают. В отдельных колбах при различных условиях и с применением различных веществ производились «альфы» — управленцы, ученые, врачи; «беты» — квалифицированные специалисты, обслуживающий персонал; «гаммы» и «дельты» — квалифицированные рабочие и чернорабочие; «эпсилоны» — полукретины, занимающиеся самой примитивной работой там, где в ней осталась необходимость.

Да, все болезни искоренены, люди здоровы, но вместе с тем угнетение достигает высшей степени. Угнетенные не осознают своей несвободы. Для них такой мир — обычный порядок вещей и по-другому быть не может.

И только чрезвычайно узкий круг посвященных будет в курсе истинного положения дел.

Можем мы прийти к такому? Вполне. Мы уже к нему вовсю движемся.

Выбор поставлен такой: или глобальный системный кризис всех добьет, или мы выполним план Шваба и очутимся в «дивном новом мире» с жесткой кастовой системой, программируемой на биологическом уровне, и тотальным контролем над каждым для подстраховки, о технологиях осуществления которого Оруэлл и помыслить не мог.

О том, что выбор не ограничивается этими двумя альтернативами, нам предпочитают не говорить. Да и кто осуществляет выбор?

В книге Шваб повторяет время от времени по поводу вариантов применения технологий четвертой промышленной революции, что «выбор за нами», «всё зависит от решений, которые мы принимаем». О ком он говорит, кого подразумевает под местоимением «мы»?

Это всё человечество? Или «мы» — это кучка самозванной глобальной «элиты», рупором которой выступает Шваб, и которая присвоила себе право решать судьбы мира и человечества?

Учитывая биографию Шваба и его послужной список, скорее второй вариант.

Не стоит понимать всё вышесказанное таким образом, что нужно запретить развитие технологий, отказаться от компьютеров, смартфонов и других технических приспособлений.

Дело не в них самих, как таковых. Дело в тех, под чьим контролем будут находиться технологии. Что это будут за люди? От ответа на этот вопрос зависит то, на достижение каких целей будут использовать технологии четвертой промышленной революции. Пока ответ неутешителен.

Книга Клауса Шваба написана в 2016 году. В канун столетия Октябрьской революции. Вместе с её появлением в мировой ноосфере снова замаячил призрак глобальных социально-экономических перемен. Однако, так называемая Четвертая промышленная революция грозит привести к даже более драматическим социальным последствиям, чем кровавые события 1917 года.
Основатель и президент Всемирного экономического форума в Давосе Клаус Шваб переосмыслил термин Индустрия 4.0, родившийся в 2011 году на Ганноверской ярмарке. Если изначально под Индустрией 4.0 обозначались технологии «умных заводов», где виртуальные и физические системы производства гибко взаимодействуют между собой на глобальном уровне, то г-н Шваб пошел дальше и одним из первых стал говорить о более масштабных и исторически значимых преобразованиях, не только в рамках отдельных предприятий. В своей книге «Четвертая промышленная революция» он признается, что термин Индустрия 4.0 был предназначен «для обозначения процесса коренного преобразования глобальных цепочек стоимости».
Сложившаяся во второй половине XIX века система организации и связей в промышленности была вызвана значительным сокращением транспортных расходов (паровой двигатель, железные дороги), развитием инфраструктуры (электрификация и т.д.), что способствовало в том числе разделению труда между местами, где товары производятся и где они потребляются, наряду с передачей идей. Дальнейшие технологические достижения в области транспорта, а также вступление крупнейших экономик как Китай и Индия в мировую торговую систему, позволили этот процесс ускорить. Но за последнее десятилетие мировая производительность труда практически не росла, несмотря на экспоненциальный рост технологического прогресса и инвестиций в инновации. Однако нынешние мегатренды четвертой промышленной революции по мнению Клауса Шваба кардинально изменят такой уклад вещей. Автоматизация труда, аддитивные технологии грозят свести на нет ряд отраслей и технологий, что означает для реальной экономики существенную деформацию.
Высокие темпы развития, широкий охват, растущая интеграция большого количества направлений и дисциплин предопределяют с точки зрения автора книги основные мегатренды в так называемых «физическом блоке» (беспилотники, 3D печать, робототехника и новые материалы), в «цифровом блоке» (Интернет вещей, распределенные базы данных, искусственный интеллект и т.д.) и «биологическом блоке» (генная инженерия и т.п.). Заявленные сроки смены технологических укладов (уже через 10-15 лет) кажутся ошеломляющими. Но автор неумолим. Четвертая промышленная революция неизбежна и скора на расправу: нас ждут жесточайшие изменения в части занятости, характере труда и воздействия на развивающиеся экономики.
В этом визионерстве автор далеко не одинок: существенная часть мирового информационно-аналитического сообщества, представленного аналитиками и командами глобальных консалтинговых компаний и крупных инвестиционных банков стала говорить и писать о «необходимости переосмысления экономических, социальных и политических систем». Очень быстро в их оборот вошло словечко "дисраптивный" – от англ. disrupt – раздробить, разрывать. То есть разрушающий привычный уклад, связи, систему организации труда и капитала. Разрушающие целые отрасли и даже экономики отдельных стран бизнесы с их точки зрения растут повсеместно и дают новые возможности для аномального роста капитала, что особенно привлекательно для спекулятивных инвесторов с доступом к дешевым эмиссионным ресурсам. Однако, что будет за этим «потом, когда всё уже будет построено» даже этих игроков уже начинает беспокоить.
Как ни удивительно, в головах многих западных аналитиков и экспертов, в том числе и Клауса Шваба возникают те самые футуристические замыслы, которые можно было когда-то прочесть лишь в советских научно-фантастических романах про построенный коммунизм и мир будущего. Экономика, бизнес, общество, сама природа человеческого существования в ближайшие десятилетия, вследствие быстрого и разрушающего внедрения технических новшеств могут измениться неузнаваемо, - считает Шваб. «Четвертая промышленная революция обладает потенциалом роботизировать человечество и поставить под угрозу наши традиционные источники смыслов, такие как работа, общество, семья, личность», - пишет он.
«Четвертая промышленная революция» Шваба, безусловно, базовый манифест, обозначивший ключевые проблемы и риски развития общества, которые могут возникнуть вследствие очень быстрого развития определенных технологий, главным образом, конечно цифровых.
Но, несмотря на подробные описания некоторых технологических сдвигов (чему, кстати, посвящен добрый кусок книги в виде приложений и всевозможных врезок и справок) даже первичный анализ (без погружения в детали) подсказывает что фундаментальные проблемы ряда технологических трендов Четвертой промышленной революции пока ещё далеки от реализации в заявленные сроки – десять-двадцать лет. Не изучены базовые материаловедческие проблемы для аддитивных технологий, робототехники, транспорта и хранения, на горизонте пока не видно дешевых, а главное мобильных источников энергии, конкурентоспособных с традиционными источниками и так далее. Тем не менее, прислушаться к мнению автора «Четвертой промышленной революции» стоит, ведь ряд технологий действительно грозит изменить отдельные аспекты нашей, в том числе личной, жизни. Поэтому тренды эти необходимо всесторонне изучать, описывать, формировать политику и решать определенные социальные и этические проблемы, чтобы уже начать приспосабливаться к новой формирующейся среде.