Les Intermittences de la Mort

В один из дней в одной неназванной стране смерть решила прекратить свою постоянную работу. И люди перестали умирать. Воцарившаяся было эйфория среди граждан еще до конца не осознавших чем может грозить новое явление в их жизни, быстро сменяется нарастающим комплексом проблем и важных вопросов, имеющих принципиальное значение не только для должного функционирования государства, но и для всех его обитателей.

Довольно быстро радость сменяется отчаянием, ведь старение и болезни никуда не делись, да и меры, предпринимаемые государственными структурами ничего, кроме опасения и ожидания новых злоключений, вызывать не могут. На этом фоне априори возникают подозрительные структуры типа Маффии, берущие решение ваших проблем на себя. Надеяться тоже, как водится, остаётся только на себя.

Первая треть романа, где автор рассуждает на тему смерти и последствий её отсутствия, как не удивительно, но оказывается самой смешной, остроумной и достаточно едкой временами, но его стёб здесь настолько уместен и органичен, что словно разряжает обстановку, предлагая читателю в шутливой манере порассуждать вместе с ним над важными философскими вопросами.

На протяжении всего романа тон повествования меняется, переходя от ироничного, местами шутливого, к серьёзному, задумчивому, лиричному, при этом ничуть не сменяя темпа повествования, его глубины и важности, меняя локации и фокусировку, в конечном итоге выводя из тени и делая Смерть главной героиней, сталкивая её нос к носу с живым человеком...

В итоге, на протяжении всей третьей части тебя не покидает вопрос: как автор вместе со своей героиней выйдут из создавшегося положения ? И принятое решение оказывается единственно возможным и верным из всех существующих, смертию смерть поправ..., соединив в конце любовь и бессмертие, словно ненароком напоминая о возможности такого в отличной авторской манере, сумевшей соединить в своей книге оптимизм, серьезность, важность и наполнив её смыслом и эмоциональностью без трагедий и заламывания рук.

Смерть ходит рядом с каждым из нас, но мы стараемся о ней не думать, не говорить и даже не вспоминать о ней, а зря... Часто люди недооценивают или переоценивают значение смерти, придают ей мистическое содержание (в этой книге тоже), смотрят на нее с опаской или наоборот с благоговением, забывая, что она является частью жизни, а точнее ее концом.

Автор книги дает смерти главную роль в своем произведении, поднимая ее на людьми и событиями, показывая людям важность ее функций и в тоже время наделяет ее человеческими качествами. Именно эта мистичность, которая больше всего проявлена во второй половине книги, мне не понравилась, хотя идея хорошая.

Читатель знакомиться с главной героиней - смертью, когда она решает не выполнять свои функции в одном, конкретно взятом государстве. Видно какой проблемой становиться эта "пропажа" для общества, как влияет на экономику, медицину и т.д. Ведь смерть не забрала с собой "в отпуск" болезни и всевозможные трагедии, поэтому для многих, кто ждал смерти как избавления от мучений, ее отсутствие стало трагедией. Естественно люди нашли выходи и из этой ситуации, справились с ней. Автор показывает события не глазами конкретного человека, а абстрактно, как вид сверху на общество, рассказывая только иногда истории отдельных личностей. Это усложняет восприятие, так как сознание нацелено на концентрацию на объекте, ищет человека в книге (или существо) к которому можно привязаться. В данной книге таких почти нет, только во второй половине, когда смерть возвращается в "страну бессмертных", появляется смерть как герой (вернее героиня) и виолончелист который никак не хочет умирать.

Сами мысли о смерти вдохновляют (давно подозревала, что со мной что-то не так)... Мне понравилась идея и смысл который несется, особенно о наживе религиозных деятелей и сложной адаптации общества к любым изменениям. Но реализации не очень понравилась, особенно в конце, когда смерть в человеческом обличье предстает перед читателями, не люблю мистификаций, особенно в таких серьезных темах, тем более таких ярких, если бы она оставалась абстрактным объектом, было бы глубже и интересней.

Жозе Сарамаго - человек прогноз. Хотите узнать - что будет, если все на земле вдруг ослепнут, перестанут умирать или вы встретите своего абсолютного двойника? Прогнозы, конечно, у него не самые оптимистичные, поэтому при советской власти Сарамаго бы сослали в лагеря, как не верящего в наше светлое будущее. Эти его картины предполагаемого человеческого уродства на основании уродства существующего крайне занимательны, признаны нобелевским комитетом, ибо Сарамаго удалось родиться в Португалии, но назвать их сколько-нибудь позитивными можно с натяжкой. Конечно, автором всюду заложен поучительный, заставляющий думать смысл, который в итоге должен становится каким-то светом нынешним. Но помимо всего, какой-то части человечества его произведения видятся эталоном нудятины, а потому - совершенно непроходимыми, хотя я бы назвал Сагамаго этаким унылым живчиком. Занудство автора проявилось даже в том, что он прожил почти 90 лет. Но в каком бы возрасте не вышло из-под его пера произведение, его автор все равно видится грустным лысым стариканом. Кто-то всю жизнь проводит в поисках правды, справедливости или истины, хотя очевидно то, что все эти понятия женского рода. Впрочем, найти в своей жизни женщину не так-то и мало. В "Перебоях в смерти" женщиной оказалась и смерть, что, если вдуматься изначально, вполне очевидно. Смерть - единственная женщина, говоря с которой о смерти, ты говоришь о ней самой. Но практически также ты и говоришь со своей любимой девушкой, ибо она для тебя смерть, да и какая женщина не любит, если речь идет только о ней. Россия, например, женщина в принципе. Германия и Япония - мужчины. Эдак всю вторую мировую можно свести к дискриминации по половому признаку.

У Сарамаго же все произведение построено на словесной демагогии. Временами очень смешно, временами довольно лениво, но всегда очень оригинально. Игра логики Сарамаго бесконечна. Противоречия и сорванные покровы доведены чуть ли не до совершенства. Смерть умерла! Бог напился! Под столом лежал пыльный пылесос. Сарамаго вдруг написал лирический текст о собственных страданиях. Формой произведение напоминает эссе на тему смерти, стиль же для автора вполне обычный - нечто среднее между докладом товарища Брежнева на 22 съезде КПСС и инструкцией по применению СНИПа 22-18бис. Госслужащий в Сарамаго выдает себя с головой, поэтому самое важное при его чтении - выбрать интонацию. Невнятный бубнеж подобного текста может послужить лишь хорошей колыбельной при первых же звуках вашего голоса, даже если голос этот весьма условен и звучит только в вашей отдельностоящей голове. Хитросплетения логических вывертов Жозе Сарамаго хотя и восторгают, но пища эта даже не тонкая или какая-то особенная, а крайне специфическая. Не расстраивайтесь, если ваш кишечник не захочет ее воспринимать - вас просто с детства кормили другим. Запеките Сарамаго целиком, полейте его Оноре де Бальзаком, посыпьте Генри Джеймсом, даже можно по вкусу добавить Уэльбека - получится совсем не изысканное блюдо, а нечто, чем впору кормить извращенцев. Но литература этим и прекрасна, ибо предлагает блюда не только разноплановые, но и разнохарактерные.