Нужно было подумать, а в такси я не могу думать, потому что все время смотрю на счетчик.

Любовь – это преследование. А я хочу одного – чтобы меня оставили в покое, дали немножко полюбить самой.

Любовь - это поступки, молчание, тишина.

Я хочу путешествовать налегке. Иначе никогда ничего не поймёшь.

Личные мои странности не могли ее раздражать, поскольку мои претензии на звание человека нимало её не интересовали.

-Поди сюда, и я протянул ей руку. Она дала мне свою, но рука была неподатливая и безответная, как вилка, и очень скоро я ее выпустил.

«Никогда не знаешь, что захочешь сделать, когда придет время [...].»

Самое важное важно не навсегда, а только сейчас.

По моим представлениям на роль сердцееда он не подходит, но у женщин странные вкусы.

Я испытывал ужас и негодование, словно столкнулся с чудовищным нарушением законов природы; такое чувство мог бы испытать человек, если бы его излюбленную теорию неожиданно разбил по всем пунктам орангутанг.

Я часто спрашивал Финна, почему он с похмелья трясет головой, и он объяснил, что этим отгоняет черные точки, которые мелькают у него перед глазами.

Сейчас время было урочное, но мне нужна была успокоительная тишина лавчонки миссис Тинкхем, с мурлычущей кошкой, шепчущим радио и самой миссис Тинк - языческой богиней, окутанной фимиамом.