Две трагедии

Век расшатался - и скверней всего,
Что я рождён восстановить его!

Кругом лежит и стынет прах убитых.
В чертогах смерти, видно, пир горой,
Что столько жертв кровавых без разбора
Она нагромоздила.

Еще раз столько солнце и луна
Могли б пройти, пока любовь сильна.
Но горе мне – годам наперекор
Болезнен вид ваш с некоторых пор.
Однако опасаться вам, дружок,
Нет надобности ни на волосок.
Страшится или любит женский пол –
В нем все без меры, всюду пересол.
Моей любви изведали вы вкус,
Люблю я слепо, слепо и страшусь.
Где чувство в силе, страшно пустяка;
Где много любят, малость велика.

Они траура - для сватовства не время.

Так поздно, что уж скоро будет рано.

Я сын отца убитого. Мне небо Сказало: встань и отомсти. А я, Я изощряюсь в жалких восклицаньях И сквернословьем душу отвожу, Как судомойка!

Король: Ну, как наш Гамлет, близкий сердцу сын?
Гамлет (в сторону): И даже слишком близкий, к сожаленью.
Король: Опять покрыто тучами лицо?
Гамлет: О нет, напротив: солнечно некстати.

Что есть любовь? Безумье от угара,
Игра огнём, ведущая к пожару,
Воспламенившееся море слёз,
Раздумье - необдуманности ради,
Смешение яда и противоядья.

А впрочем, что ж, на свете нет чудес:
Как волка ни корми, он смотрит в лес.

Чрезмерно спешащий так же опаздывает, как и чрезмерно медлящий.

Порвалась дней связующая нить.
Как мне обрывки их соединить!

Не все загадки подлежат отгадке.

Решимость эту я найду в любви.

Ужель нет состраданья в небесах?

Им видно ведь насквозь моё несчастье.

Всё плачешь об убитом? Но слезами

Его не выполощешь из земли,

А вымоешь — не оживить. Довольно.

Поплакать в меру — знак большой любви,

А плач без меры — признак тупоумья.

Сто тысяч раз

Вздохну с тоской вдали от милых глаз.

К подругам мы — как школьники домой,

А от подруг — как с сумкой в класс зимой.

Джульетта

Кто показал тебе сюда дорогу?

Ромео

Её нашла любовь. Я не моряк,
Но если б ты была на крае света,
Не медля мига, я бы, не страшась,
Пустился в море за таким товаром.

Я воплощенье ненавистной силы

Некстати по незнанью полюбила!

Что могут обещать мне времена,

Когда врагом я так увлечена?

Как рыбе — глуби, с той же силой самой

Картина требует красивой рамы,

И золотое содержанье книг

Нуждается в застёжках золотых.

Вот так и ты, подумавши о муже,

Не сделаешься меньше или хуже.