Рэгтайм

По прочтении романа я попыталась слушать музыку одноименного с названием жанра, и она мне не понравилась, но это не суть важно. В отличие от романа, который с первых строк увлекает своим удивительным ритмом и стилем.

Хотя поначалу кажется, что весь сюжет - это разрозненные зарисовки на тему американской истории начала XX века, где вымышленные герои прекрасно сосуществуют с реальными историческими персонажами. Форд, Гудини, Драйзер предстают на страницах романа ожившими легендами, а большие или не очень зарисовки на тему их собственных историй служат прекрасным дополнением к сюжетному полотну.

Постепенно разрозненные кусочки сюжетных линий начинают все ближе соприкасаться с друг другом, когда на фоне вроде бы отдельных лоскутков начинает вырисовываться целая и цельная картина на тему общественно-политической, социальной и мировой истории, где личная история человека как часть общего глобального процесса.

При достаточно небольшом объеме романа, он удивительным образом затрагивает сразу несколько насущных и важных проблем: эмансипация, феминизм, расовая дискриминация, полицейский и чиновничий произвол, профсоюзные движения, эмигрантская доля тех, кто приехал сюда за лучшей долей, семейные и личные драмы, борьба за справедливость и удивительное переплетение человеческих судеб. Вот уж действительно Как причудливо тасуется колода порой....

На фоне масштабных проблем и значимых событий особым образом звучат личные истории героев, вобравшие в себя взлеты и падения, любовь и трагедии, горечь и радость.
Полный иронии, роман читается легко, если получится уловить этот ритм, в котором он звучит и стать созвучным ему....

Не жалейте флагов, или По закону несправедливости

Белый. Ослепительно-синий. Белый. Белый. Треск и щёлканье флагов под свежим ветром с Атлантики. Белый. Чёрный… Чёрный?! Ну нет, чёрным здесь не место!

Короткое время рэгтайма. Короткое, но такое насыщенное, что впору назвать его эпохой. Гудини, Драйзер, Фрейд, Пири, Бербанк, Эдисон, Генри Форд, Дж.П. Морган, Вудро Вильсон, эрцгерцог Фердинад, Панчо Вилья — персонажи романа, аллегорические фигуры на карте места-времени. А главные герои безымянны, но решительно завладевают нашим вниманием: Отец, Мать, Младший Брат Матери, Тятя, Малышка…
В великой стране пытаются выжить и ужиться друг с другом её приёмные дети — часто злые, часто неразумные. Политика. Много политики. Люди отстаивают свои убеждения и своё представление о том, как должна быть устроена жизнь.
И тут же — детство и юность кинематографа — от книжек с «оживающими картинками» (стоит лишь пустить страницы веером из-под пальца) до первых завоёвывающих общее признание серийных фильмов. Вот честно: когда Тятя продал первую такую книжку (с маленькой фигуристкой) в магазинчик, как бы сейчас сказали, «приколов» — у меня слёзы навернулись. Хотя никто не умирал, не расставался навсегда, не клялся в любви…
Среди главных героев вдруг появляется эпизодический персонаж: Коулхаус Уокер младший. Постепенно, как вариация, перерастающая в лейтмотив, он становится центральной фигурой повествования, потому что…
Несправедливость. НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ!!!
Коулхаус — свободный человек. Но — чёрный. И лишь поэтому некоторые белые думают, что им можно всё…

Коулхаус вещью не сделался. Он объявил войну белым ублюдкам, отнявшим у него самое дорогое в жизни.

…грохот звёздно-полосатых полотнищ над головой, фейерверки перерастают во взрывы. И над всем этим звучит рэгтайм: энергичные и грубоватые аккорды левой, прихотливые и замысловатые синкопы правой, и выше них, выше нас — отстранённое лицо Музыканта: слегка насмешливое, слегка высокомерное. Такое, что хочется встать навытяжку, как Младший Брат Матери перед Коулхаусом Уокером и, глядя в его полные горечи глаза, чувствуя, как все заранее приготовленные слова вылетели из головы, вымолвить пересохшими губами только одно:
— Знаю, как взрывать.

На самом деле хорошо, что я пишу эту рецку много позже опосля прочитанного. В свете интересных американских событий с массовым и неистовым падением части американской нации на колено. Лично для меня, конечно, не случилось ничего особого нового. Но тем не менее.
Книга, кстати, очень клипово сделана, прямо на нынешний лад. И доктороу в какой-то степени выглядит новатором. Этот калейдоскоп событий, что стремительно проносится перед глазами, пока не цепляется хоть за каких-то персов, чтобы зазвучало подобие историй, а не стремительный пересказ событий начала ХХ века.

Сразу бросается в глаза эвелин несбит, безусловно. Женщина с очень интересной и, пожалуй, трагической судьбой. Можете погуглить, ежели захочется. Как интересно вписал ее доктороу в канву одного из ответвлений истории, а потом внезапно выбросил.
Так же, как выбросил на поругание и дальнейшую неизвестность еще одну несчастную женщину. Которая пошла продавать свое тело, чтобы прокормить дочь, потому что папаша притащил их в америку, но весь такой талантливый страдал и не зарабатывал банально на кусок хлеба. Зато, как только узнал, чем кормится его семья, разорался, выпнул из дома типа гулящую, падшую жену и увез дочку. Сволочь конченая. Так же этот урод поступил и с эвелин, которая увидела девочку на улице в грязи, в пыли и стала помогать им. Мол, еще одна проститутка на их честные головы. Короче, лично у меня нет индульгенции для этого мерзавца, несмотря на весь его талант и последующие успехи. Лицемер и подлец.

А следующие персы - это чисто американское семейство с деньгами и положением, в котором все шло, как положено. И папаша был герой-полярник, и мамаша рожала деток и была вся такая безупречная леди. Ее брат несколько портил картину, потому что был какой-то беспутный мечтатель. Но так-то все путем: и семейные ценности, и бизнес. Как вдруг. Из клумбы возле их особняка выкопали новорожденного младенца. Чернокожего. И вот тут начинается демоническая хохма и развал традиционного американского семейства.
Папаше это очень сильно не понравилось, но мамаша оставила дитятю и найденную родильницу при себе, отпинав копов от убийцы. Я называю эту девицу убийцей, потому что младенцу просто повезло остаться в живых. Но убийцей была не только юная чернокожая служанка, принесшая в подоле. Главным по убийствам там был ее ухажер, который поматросил ее, благополучно покрылся, затем приперся, когда прошли все сроки по родам и стал припираться в особняк как к себе домой. С наглым апломбом, открывая двери ногами.

Закопали ребенка в клумбу, а потом, когда пронесло, присели на шеи блаженных благодетелей и начали погонять. Да, рабство, расовая сегрегация, поражение в гражданских правах, притеснения, унижения, издевательства. Но двоим таким сильно угнетенным представителям американского общества ни разу ни в каком месте не жало заниматься любовью, а потом закопать плод своих утех в земельку. Я настаиваю, что ухажер, он типа талантливый музыкант еще, такой же убийца, как и его подружка. И это, видимо, ничего, бывает. Они же обиженные белыми угнетателями, так что им должны. Меня так и подмывало спросить, младенец тоже притеснял?
Зато потом. Зато потом меня маловато впечатлила покореженная гордость музыканта, чью машинку искалечили белые расисты, потому что он бесил их. То есть о своей гордости и достоинстве чувак много чего понимал и считал, ага. Правда бросил свою беременную женщину, а потом шастал в богатый особняк и ни разу не смущался банального факта, что он он подлец и детоубийца.
На юге чернокожие позволяли себе такое только тогда, когда становились фактически членами белокожей семьи, и действительно помыкали своими хозяевами. Но это другое, вы не понимаете. Впрочем, это действительно другое.

В общем, через эту машинку, то есть гордость сына африки, разгорелась большая и кровавая баня, в которой сгорело (аллегорически) и белое семейство, и вообще погорело много народу. Журналисты вот наварились знатно.
А что меня порадовало. Беспутный брат мамаши нашел себя в защите несправедливо обиженных. Сначала встал на сторону музыканта и нехило помог ему в борьбе супротив подлой системы. Потом двинул в мексику, делать революции. И не только это. В нем открылся талант подрывника и создателя оружия. Круто, когда кто-то находит себя, долго болтаясь в проруби и ощущая никчемность. Но наступает момент, и вот оно. Человека находит призвание.

В общем, у доктороу получилась очень даже неплохая ретроспекция жизни американцев на заре прошлого века вкупе с парой-тройкой больших историй. Правда подозреваю, что в моем случае был достигнут обратный эффект. То есть часть его положительных персов в моих глазах были кончеными подлецами и мерзавцами, ага.