Лис Улисс и свирель времени

– Дело в том, что это необычная колода. Она справедливая.

– Справедливая? Как это?

– Она не допускает случайных побед. Выигрывает тот, кто должен выиграть! Колода лишь помогает ему в этом – с помощью так называемых Карт Шулера, которые могут стать абсолютно любой картой из колоды. Так что ваша победа не просто честная, дорогой Евген, она еще и справедливая! Иначе колода не стала бы вам подыгрывать.

Я все еще не понимал, как к этому относиться.

– Но это же игра. Разве честно, чтобы колода кому-то подыгрывала?

– По-вашему, честнее, если выигрывать будет не тот, кто заслуживает, а кому просто повезет?

А ведь он прав, подумалось мне. То есть, нет, конечно, это нечестно, но ведь иначе – еще более не честно.

Как все сложно! Но, с другой стороны, не переигрывать же. А то вдруг колода передумает, и я проиграю. К тому же, меня переполняла гордость за то, что колода была на моей стороне. Уж и не знаю почему, но это казалось свидетельством моего превосходства над Некарлом. Я крут.

– Да, теперь ясно, что игра была честной, – сказал я. – А значит, я выиграл.

Продавец. Вот прекрасный сюжет. Один лис попадает в параллельный мир и становится там королем!

Писатель. Я такое уже читал.

Продавец. Ну так! Очень популярный товар, расхватывают!

Писатель. Давайте что-нибудь другое.

Продавец. Ладно. Вот, чудный сюжетец про то, как в наш мир попадает один лис из параллельного и становится королем!

Писатель. Так это ведь то же самое.

Продавец. Ничего не то же самое.

Писатель. Давайте еще.

Продавец. Извольте. Один мир попадает в параллельного лиса и становится там галактикой.

Немая сцена.

Писатель. М-да...

Продавец. Постойте, не уходите! Вот, глядите, один стрелок попадает в мишень и становится там яблочком! Или, наоборот, две молнии попадают в медведя и становятся там спичками. Да куда же вы? Ладно, уговорили, берите вот это, для себя держал. Один лис попадает на бабки и становится там должен.

Писатель идет к двери. Продавец достает пистолет и стреляет в Писателя. Писатель падает.

Продавец. Один продавец попадает в писателя и становится подсудимым.

Писатель (с трудом поднимая голову). Это я бы взял... (Умирает).

Немая сцена.

Продавец. О, нет!

Немая сцена.

Продавец. Что я натворил!

Немая сцена.

Продавец. Мог заработать, а вместо этого убил клиента!

Немая сцена.

Продавец. Да задолбали уже со своими немыми сценами! Тут же трагедия!

Плач за кадром.

Продавец. Одна пуля попадает в голову и становится там причиной гибели молодого перспективного продавца сюжетов! (Стреляется).

Немая сцена.

Плач за кадром.

Немая сцена.

Титры

– Конечно! У меня огромная картотека! Однако все они пока в стадии подготовки. Готовые – только эти три. Но, согласитесь, выбор очень хорош. Вам остается только решить, какая группа вам подходит, обозначить задачи и выдать аванс.

– Задачи, значит... – глухо произнес Улисс, радуясь, что собеседник не видит выражение его морды.

– Ну да, – ответил Магистр. – Что именно вы хотите сотворить из этих ребят? Политическую группу, военизированную, религиозную, может, видистскую? Радикальную, экстремистскую, антисоциальную?.. Четко сформулируйте, и я вложу в их головы все, что угодно. Они мне верят, как богу. Я же месяцами дрессировал их, запихивал в их глупые и необразованные головки всякую чушь. Фитиль готов, осталось лишь поднести спичку, и вы получите классных молодых зомби, готовых пойти за вами и в огонь, и в воду. За, как им будет казаться, свои прекрасные убеждения.

По залу прокатился гул одобрения. Кроликонне смахнул слезу, затем, на всякий случай, еще одну и продолжил:

– Сегодняшняя ночь особенная. Ибо Праздник Возвышения – это не просто маскарад и обжорство, о нет! Праздник Возвышения – это означает, что мы празднуем и возвышаемся! Возвышаемся над самими собой и, что куда важнее, над другими, над теми, кто еще только начинает свой путь к Веронике! Но мы, все мы, зятья и невестки, уйдем отсюда утром истинными верующими, подлинными верониканцами, и в душах наших будут звучать самые главные слова! – Кроликонне поднял правую лапу и патетически воскликнул: – Произнесем же их!

– Духовность! – отозвалась толпа. – Нравственность! Мораль!

Улисс еле слышно вздохнул:

– Вот так слова теряют смысл.

– Жаль, – добавил Георгий. – Хорошие были слова. Мне будет их не хватать.

– Смею предположить, что верониканство уверенно шагает в массы, – невесело отметил Улисс. – А также, что сверхобезьянцам это вряд ли понравится. Ох, как бы не повторилась история с изуверами и иноверцами.

Стоящий рядом коала повернул к нему человеческое лицо.

– С кем?

– Были такие секты в древности – изуверы и иноверцы, – объяснил Улисс. – Первые верили в бога Изу, а вторые – в бога Ино. Секты воевали друг с другом, чтобы доказать, чей бог более правильный.

– И с каким результатом?

– Ты о них когда-нибудь слышал?

– Нет.

– Вот и результат.

Номер, в котором остановились Бенджамин Крот и суслик Георгий, выглядел очень даже на уровне. Смущали только развешанные тут и там сообщения вроде «просьба на люстре не вешаться», «просьба не заливать ковры кровью», «просьба в ванной не топиться», «просьба не реагировать слишком шумно на явление призраков – соседи пугаются», «замогильный вой по ночам можно пережить – затычки для ушей на тумбочке», «периодически возникающие на зеркале алые надписи практически безопасны».

– Практически? – напрягся археолог. – Что значит «практически безопасны»?

Суслик безразлично пожал плечами:

– Возможно, это означает, что они опасны теоретически.

– Учитель, давайте выселимся!

Георгий повалился на кровать.

– Завтра.

– А вы уверены, что мы доживем до завтра? – Крот нервно сглотнул.

– Практически уверен.

– Никогда больше не произносите этого слова!

– Что плохого в этом слове?

– Практически всё!

– Не волнуйся, все пройдет хорошо, – попытался успокоить ее барс. – Ребята ужасно давно ждут Сверхобезьяна и уже так устали от этого занятия, что сами все сделают для того, чтобы поверить, будто ты и есть он. Почаще употребляй слова «свет», «тьма», «силы зла», «защитники добра»... В любом контексте. Вместо «чтобы» говори «дабы», а вместо «потому что» – «ибо».

– Почему? – удивилась Вероника. – Это ведь то же самое.

– То же самое, – не спорил брат Нимрод. – Но звучит весомее. Ибо так следует изъясняться высшему существу, дабы тьма ушла из наших душ и воцарился свет.

С тех пор появилось множество религиозных течений. Например, Концепция Большой Обиды, которая учит, что животные должны чувствовать обиду на Космического Первозверя за то, что он предоставил их самим себе, то есть, фактически, бросил на произвол судьбы. Молитвы последователей Концепции Большой Обиды сильно отличались от прежних. Например. «О, Космический Первозверь, мы тоже тебя не любим, ибо обижены! Ну что, поможешь нам? Нет? Ну и сиди один!»

Обиданты и традиционалисты постоянно враждовали: «...и пошло колено Лиса войной на колено Зайца, и объединился Заяц с Кроликом, и нанесли они поражение колену Волка – по ошибке, ибо воевали вовсе не с ним, а с Лисом».

В результате той войны появилось новое течение – случайнисты. Они верили, что, поскольку Космический Первозверь сотворил животных по ошибке (они называли ее Великой Священной Ошибкой), то и животным следует все делать ошибочно. Однако впоследствии их позиция была признана ошибочной.

На сегодняшний день самая популярная конфессия называется «всеравнизм». Принцип всеравнистов таков: на самом деле, Космический Первозверь все равно принимает непосредственное участие и в судьбе нашего мира, и в жизни каждого его представителя. Доказательством этого является то, что Космический Первозверь позволяет всем животным после смерти и существования в виде призрака вернуться в его тело, стать его частью.

Мы же этого участия не замечаем, потому что именно так и задумано Космическим Первозверем. Почему – вопрос не простой. Об этом написаны многие труды, а для их толкования написаны еще более многие труды, которые объясняются другими многими трудами – так что теперь уж точно ничего не поймешь.

В общем, нечего лезть к Космическому Первозверю с просьбами или обидами – что, кстати, является серьезным нарушением сразу трех заповедей: «не нуди», «не нуди» и «на всякий случай еще раз – не нуди». Но молитвы в адрес Космического Первозверя всеравнисты не отменили. На всякий случай...