Этим летом я стала красивой

– Лучшая подруга – самый близкий человек, она как сестра, не забывай об этом.

Мне хотелось поговорить с Тейлор. Поговорить о моем первом поцелуе, но я не могла, потому что сейчас она сидела внизу и целовалась с тем самым парнем, который украл мой поцелуй. Я была в этом уверена.

Мои губы больше мне не принадлежат. Джереми касался их. Меня наконец-то поцеловали, но сделал это Джереми. Мой друг Джереми, перед этим игнорировавший меня целую неделю.

Я не могла поверить, что Джереми так беспечно украл мой первый поцелуй. Я ждала его, хотела, чтобы мой первый поцелуй был особенным, но это произошло во время игры в правду или действие.

– Эй, – одернула я его. – Я человек. Меня нельзя просто так поцеловать без моего разрешения.

Очень интересно. Мой брат дошел с Клэр до всяких непристойностей! Странно. Неожиданно.

– Не веди себя как девчонка, – сказала она.
– Не говори так, – прервал ее Джереми.
Тейлор открыла рот, чтобы возразить, но тут же закрыла. Но немного погодя она все-таки сказала:
– Я ничего такого не имела в виду, Джереми. Я просто хотела сказать, что он какой-то жалкий.
– Но «девчонка» совсем не синоним слова «жалкий», Тейлор, ты так не думаешь?

Когда гуляешь вечером по пляжу, можешь говорить то, что в реальной жизни не скажешь. В темноте чувствуешь себя ближе к другому человеку. Ты можешь говорить с ним обо всем на свете.

Для меня нет ничего лучше, чем прогулка по вечернему пляжу. Кажется, что впереди еще целая ночь, а океан принадлежит только тебе.

– Никто не смеет меня контролировать, Джереми. И тем более Кэм Кэмерон.
И тут все снова засмеялись и завопили, и Кэм вместе со всеми, как будто он всегда был с нами. Все налаживалось. Все было просто великолепно, как Сюзанна и обещала.

В доме на пляже дни просто перетекают из одного в другой, и ты даже не замечаешь, как бежит время.

Твоя мама – твоя самая большая поклонница.

Сюзанна такой человек, которому хочется доверять все свои секреты.

мама любит побыть в одиночестве.

Он то ли отталкивал меня, то ли притягивал. Я же, как всегда, двигалась в одном направлении – только к Конраду.

Конрад не мог не замечать меня, потому что все-таки что-то он ко мне испытывал. Мне хотелось доказательств того, что что-то между нами проскользнуло, что-то изменилось. Но он обращался со мной так же, как и прежде. Будто я была все той же маленькой Белли, девочкой с растрепанными, непослушными хвостиками и тоненькими ножками, еле поспевающей за ними на пляже.

Все, что произошло, останется для него забытым навсегда.

Мне хотелось забыть все, что произошло в машине, и помнить только то, как Кэм смотрел на меня на лестнице и как касался моего плеча.

Хрупкое мгновение между нами было разрушено. Все кончилось. Теперь невозможно узнать, что он хотел сказать мне. Если такие мгновения теряются, то теряются навсегда.

Конрад жаждал драки. Он не успокоится, пока ее не получит. Проблема в том, что этот парень мог легко убить Конрада.