Периодически читаю воспоминания и дневники жертв холокоста. Иногда в них находишь то, что не хватает тебе в данный момент – философию, размышления о жизни и судьбе, рассуждения о силе духа, возможность посредством чтения чужих дневниковых записей залезть в душу к самому себе. Дневник Элен - очень хороший пример такого чтения.

Признаюсь, поначалу записи показались мне несколько скучными. Даже прочитав вступительные строки от Патрика Модиано, я не совсем понимала, о чём и о ком речь. Повествование Элен вначале полно каких-то лиц, бытовых событий, записей о разговорах, прогулках, повседневных радостях, которые скрашивают ей гнетущую реальность. Тут складывается впечатление (да скорее всего, так оно и есть), что дневник этот не был предназначен для публикации, это всего лишь средство излить душу, о чём Элен неоднократно повторяет. Я бы ещё добавила, что если читающий эту рецензию знаком с французским языком, да не откажет он себе в удовольствии читать оригинал! Так более ярко прочувствуется грустная красота Парижа, того самого, который для Элен удивительным образом сочетал мрачное небо и романтику своих старых узких улочек, разделяя с ней её грусть и мысли о несправедливости жизни. Город здесь будто ещё одно действующее лицо, которое присутствует, но всё время молчит.

Где-то при чтении с половину дневника вообще создаётся впечатление, что речь не о холокосте и не о нацистах. До тех пор, пока не появляется пресловутая жёлтая звезда…. Это далеко не первое свидетельство жертвы холокоста, с которым я знакомлюсь, и надо сказать, что всё, что я читала до этого, полно жутких подробностей. Элен же не рвёт себе душу повторением всего того ужаса, что ей приходилось пережить, а на какое-то время она вообще бросает своего безмолвного собеседника и не изливает на бумагу свою боль. Где-то вообще лаконично запечатлена всего одна запись в два слова. Однако здесь есть несколько эпизодов, раздирающих в клочья душу. Один из таких - о плачущей арабской девчушке, которая инстинктивно звала маму, её, двухлетнюю забрали у родителей, а потом и у опекунши и отправили в лагерь. Сцен с детьми тут несколько. И, право, читая такое, хочется согласиться с теми суждениями о варварстве немцев, которыми делится Элен на страницах своей рукописи.

Есть здесь и о религии, Христе. Я хоть далека от всего этого, но мне это не помешало понять автора. Но цитат я выделила для себя хоть и не так много, но зато они точно попали мне в самое сердце.

Послесловие не рекомендую пропускать, так как там вы узнаете о судьбе её родственников и возлюбленного – Жана, того самого, что отправлял ей открытки и лавандовое мыло. Там и о самой Элен и её судьбе. То, на что она надеялась, было близко! Если бы тот «невероятный запас прочности», о котором она писала, не иссяк и продлился бы чуть дольше!

Мой совет – читайте, не пожалеете.

Потребовалось целых 64 года, прежде чем мир узнал, кто такая Элен Берр. Мне кажется, моё восприятие ужасов нацистского режима не было бы настолько полным и глубоким, если бы однажды Мариэтта Жоб не разыскала подлинник дневниковых записей своей родной тёти и не решилась пройти долгий путь к их изданию. И я в который раз мысленно благодарю неравнодушных людей за то, что они делают.

В самом начале моего отзыва на книгу стоит отметить, что Элен Берр целенаправленно вела записи, чтобы по окончанию войны остались задокументированные свидетельства фашисткой оккупации Франции.

Элен начинает вести дневник в возрасте 21 года. Первая запись датирована 07 апреля 1942 г. Пока ещё молодая девушка не осознаёт грозящей опасности для себя и своих близких. Элен влюблена в парня по имени Жан Моравецкий, её переполняют силы, она весела, легка на подъём. Элен изучает русскую и английскую литературу в Сорбонне, пишет диплом, работает в библиотеке, музицирует. Она мечтает, как и другие парижанки, о светлом будущем.

Вскоре Элен прерывает свои записи на 10 месяцев – до 1943 года. Вторая часть дневника кардинально отличается от первой: нет былой лёгкости, романтичности, непринуждённости. Да, девушка по-прежнему полна надежд, но теперь её записи – страшные свидетельства времени.

Удивительно, но меня не покидает ощущение, как будто я лично знакома с Элен Берр. В том, что она была искренней, – сомневаться не приходится. В том, что доброй, – доказывает её подпольная деятельность по благоустройству детей-сирот, чьи родители однажды были депортированы фашистами. Элен всё также неугомонна. Она пытается вести «нормальный» образ жизни, на этот раз всем сердцем ощущая ужасы происходящего.

Большое сердце Элен греет меня – человека, читающего её записи, – через время и страны, сквозь разность языков и культур. И хотя я знала, что молодая девушка прекратила вести дневник в 1944 году (последняя запись датирована 15 февраля), я всё же не могла отогнать от себя надежду на то, что она спасётся…

Элен была арестована вместе с родителями утром 08 марта 1944 года, а 27 числа депортирована в Берген-Бельзен, где погибла... За пять дней до освобождения концлагеря англичанами.

За. Пять. Дней.

Знаете, как? Элен болела тифом и в одно утро не смогла встать на работу. За это её до смерти избила женщина-надзирательница. Лучше бы я этого никогда не узнала. Потому что данный факт заставляет поверить в несправедливость и жестокость этого мира.

В конце книги приводятся письма Элен Берр своей сестре; записки, переданные близким уже в депортации. А ещё дневниковые записи девушки завершают воспоминания её жениха Жана Моравецкого, которые так тронули моё сердце, что мне захотелось стать достойной книги, которую, к счастью, всё-таки сумела опубликовать племянница Элен.

«Человек наделен невероятным запасом прочности. Кто бы мог подумать, что мы способны выдержать то, что выдерживаем сейчас?»
Моя эмпатия имеет предел. Я не представляю каково это – жить в постоянном страхе и неизвестности перед будущим.
Каково это – носить желтую звезду и чувствовать обжигающие взгляды окружающих.
Каково это – знать, что твои лучшие друзья попали в облаву, что твоих соседей депортировали, что твоя коллега уже в польском лагере. Знать, что лично ты избежала этого по чистой случайности.
Каково это – думать, что война закончится вот-вот. Может быть, через полгода. А оглядываясь назад, понимать, что думала так же и год назад.
Каково знать, что ты скоро умрешь. И речь не о философии и смерти как таковой. Речь о восприятии без иллюзий собственного будущего в оккупированной стране.
Каково слышать новости о депортированных, совершенно безумные слухи о том, что людей убивают целыми составами, отравляют газом, отправляют проверять мины своими телами, истязают…
«И подумать только, что каждый, кого арестовали сегодня, вчера, даже прямо сейчас, обречен на эту страшную участь. Что это еще не закончилось, а продолжается и продолжается с какой-то сатанинской регулярностью».

Понимание, что Элен Берр живет в самом эпицентре событий, в который раз заставляло вчитываться в ее дневник внимательней. Помнить, что стоит за историями о друзьях и музыке, читать между строк о книгах и университете, о родителях и сердечных метаниях. Это мог бы быть обычный дневник восторженной юной девушки, которая ищет себя, пытается разобраться в собственных чувствах, если бы не одно Но. Кем и когда написаны эти строки. И я так благодарна за вступление к дневнику! Патрик Модиано настраивает восприятие читателя на нужную волну, он позволил мне быть внутренне готовой ко всему и лучше понимать саму Элен.

Утилитарной пользы, значимости, которая появляется, когда дневники пишут люди осведомленные, в силу служебного положения знающие о событиях не понаслышке, здесь нет. Ценность этих записей как раз в том, что это взгляд изнутри. И конечно, это очень важно. Сама Элен не устает поражаться, что окружающие не понимают, не знают, не видят, что творится рядом с ними. И на полном серьезе рассуждают о том, что евреев и правда, слишком много, и ведь не всех депортируют, а только тех, которые сами виноваты. «За дело». А истерзанная Элен задается вопросом – за какое такое дело фашисты забрали в лагерь двухлетнего ребенка? Или глубоко беременную женщину? Или полупарализованного пожилого мужчину? Элен Берр пишет свой дневник не только для себя, она пишет его для таких вот людей, которые не знают и не понимают.

«Это было два года назад. Дурно становится, как подумаю, что прошло уже два года, а этот кошмар все длится. Складываю месяцы в годы, они превращаются в прошлое, и мне кажется, плечи мои вот-вот сломаются»

15 февраля 1944 года Элен Берр сделала последнюю запись. 

Элен Берр – француженка, парижанка, девушка из почтенной семьи с древними корнями. Она берет уроки музыки, изучает литературу в Сорбонне, пишет диплом, частенько наведывается в лавки букинистов. Она гуляет по Парижу с молодым человеком, в которого влюбляется все больше и больше … А между тем у нее уже есть жених, она помолвлена – и все время переживает, не совершила ли ошибку?

Какое красивое начало, правда? Даже первая запись в дневнике Элен – такая романтичная: она идет к поэту Валери за книгой с автографом… А потом садится за письмо к жениху, размышляя, как правильно – быть верной данному когда-то слову – или быть искренней? Настоящая героиня для классического любовного романа.

Но год, в который Элен начинает вести дневник, – это год 1942-й… И жанр ей выпадает иной: не любовный роман, а трагедия… Трагедия одной из многих, кого заставили надеть желтую звезду, а потом увезли в концлагерь… И постепенно этот девичий дневник превращается в документ, описывающий фашистскую оккупацию Франции и все, что было суждено вынести французским евреям…

Почему семья Элен не уехала из Парижа, не покинула опасную территорию? Ведь они видели, как сужается круг, как арестовывают и депортируют знакомых и друзей… Они знали, что и их схватят тоже, вопрос времени… Бежать им не позволяло чувство собственного достоинства и сочувствие к тем, кто уехать не может. Они не хотели бежать с родной земли, предпочли разделить судьбу друзей и соотечественников. И, наверное, до самого конца не догадывались, насколько суровая судьба им уготована и что «депортация» на языке фашистов была синонимом слова «уничтожение».

Элен Берр до последнего работала в организации, которая помогала осиротевшим еврейским детям: пристраивала их, водила гулять, навещала в больницах. Парадокс: сотрудников этой организации несведущие обыватели считали предателями… А потом «предателей» и самих увезли в Аушвиц и другие лагеря… А обыватели так ничего и не поняли, видимо… Или предпочли думать, что их это не касается…

Дневники Элен сохранила женщина, работавшая в их семье служанкой. У нее девушка ночевала много раз, прячась от облавы… Но один раз семья Берр решила все-таки переночевать дома… и наутро их забрали… Отец умер в лагере от болезни, мать – в газовой камере. Элен продержалась дольше всех – и погибла всего за 5 дней до освобождения лагеря…

Дневник Элен Берр многие годы хранился у ее жениха. А теперь все мы можем прочитать эти страницы, проникнутые то счастьем и радостью жизни, то отчаянием и ощущением собственного бессилия перед лицом надвигающейся трагедии… Трагедии, о которой нельзя забывать.

Наверное каждая девушка в какой-то момент своей жизни вела личный дневник. Элен Берр не была исключением. Свой дневник она начала вести весной 1942-ого года и продолжала заполнять его на протяжении двух лет.

Первые записи в дневнике француженки ничем не выдают того, что идет война, и Франция оккупирована Германией. Элен живет своей повседневной жизнью в Париже и делает малопримечательные записи о семье, учебе, прогулках по городу, встречах с друзьями, беседах, поездках за город, и т.д. Дневник заполнен незнакомыми именами, будничными делами и незначительными деталями — мелочами, которые могут быть интересными только для того, кто это пишет, и, может быть, еще для тех, кто лично знаком с этой девушкой.

Элен ничем не отличается от своих сверстниц. Она растет в зажиточной семье, учится в Сорбонне, любит книги, поэзию, музыку, красивые вещи и общение с людьми. Девушка немало одарена: она искусный музыкант, начинающий языковед и пробует свои силы на литературном поприще. Элен энергична и жизнерадостна, много читает и пишет. Музыка и литература кажутся движущими силами в ее жизни. Париж девушке кажется оживленным и прекрасным. Элен радуется каждому мгновению своей жизни. Она молода, счастлива и полна надежд. Кажется, ничто не предвещает беды.

Вот только от войны не зарекаются. Германия захватила Францию, и девушка оказывается на оккупированной территории. Для Элен, еврейки по происхождению, жизнь переворачивается с ног на голову. Сперва Элен и ее родные стараются вести обычную жизнь, будучи убаюканными обещаниями протекции евреев высших классов. Но постепенно девушка меняет свои взгляды на происходящие, видя несправедливое отношение к себе и другим евреям. После ареста отца, девушка понимает, что ни один еврей не находится в безопасности. Жизнь ее превращается в борьбу за существование.

С каждым разом петля на шее евреев затягивается все туже. Вначале их заставляют носить желтую звезду, потом им запрещают пользоваться общественным транспортом, ходить в театры и на концерты, получать образование, занимать высокие должности. С каждым днем ограничения все ужесточаются, и аресты увеличиваются. А потом начинаются рейды, и целыми семьями евреев депортируют в концлагеря. В этот период Элен перестает писать свой дневник, и практически год в него не заглядывает. Той жизни, которую она вела прежде, больше не существует.

Душераздирающе видеть, как по мере развития событий, мало-помалу молодая девушка, полная надежд и радости, отбрасывает свои личные желания и мечты, и начинает бороться за выживание. Жизнь изменилась, надежды нет. Элен больше не верит в счастливое будущее, слишком часто она видела, как у нее отбирали близких ей людей. Ей остается только ждать своей очереди.

В этот период девушка опять берется заполнять свой дневник. Теперь пишет уже не та милая и наивная Элен, а женщина с твердым и несгибаемым характером, на долю которой выпало немало испытаний. Записи в дневнике также кардинально меняются. Больше нет в них наивных и бессмысленных заметок. Все что теперь Элен записывает в дневник имеет глубокий смысл. Теперь она пишет для того, чтобы помнить, и чтобы другие помнили о всех ужасах несправедливого и бесчеловечного обращения с евреями. Она говорит о беззакониях, которые видит каждый день, о своих чувствах и решимости выжить.

Дневник Элен Берр — это дань памяти. Он представляет собой яркий очерк очевидца. Это уникальный свидетельство, указывающее на безжалостность человечества в его худших проявлениях. Малозначащая но полная жинзни и грандиозных планов первая часть дневника, лишь подчеркивает ту несправедливость, с которой будущее молодой девушки было зверски отнято у нее.

Хотелось бы верить, что общество, учась на ошибках прошлого, искоренит варварство навсегда, но события современного мира показывают, что одна часть человечества все еще хранит в себе огромный потенциал ненависти и истребления, а другая позволяют этим вещам происходить, практически ничего не предпринимая.

Прочитала отличную и очень нужную книгу. Отлично понимая, что будет в конце - очень страдала и переживала. Бесконечно жалела чудесную Элен.
Но!!
Книга издана очень плохо. Издательство потратилось на дорогую бумагу, отличный переплет и большое количество фотографий, но очень сэкономило на редакторе. Либо стоит предположить, что редактор и два корректора просто не работали с текстом. Читать книгу невозможно - о грамотном переносе слов эти люди не знают. К сожалению, не приложить фотографии этого позора. Нельзя такой текст так криво и убого издавать