Три правды о себе

– Неплохо, – говорю я, имея в виду его руки. – Мне нравится байкерский стиль.
– Байкер? Я хотел быть похожим на рокера.
– Ну и это тоже.

– Что это за хрень такая?
– Капуста, имбирь, огурец и свекла. Наверное, тебе стоит начать с того, где есть немного фруктов. Забыл, как ты неопытна в соках.
– Неопытна в соках? Да ладно? Знаешь, иногда разговаривать с тобой – это как смотреть реалити-шоу, – говорю я. – Настолько забавно, что не воспринимаешь всерьез.

Раз уж мы становимся ближе, мне стоит сказать ей, что не за что извиняться. Никаких самоуничижительных реплик не требуется. А потом смеюсь про себя, потому что, несмотря на то, что Скар за тысячу миль далеко, она прямо здесь, в этот момент. Поскольку вещи такого рода она всегда говорила мне.

– Извини, аллергия пыльцу. И на пыль. Да вообще на все. Знаю, выгляжу глупо, но если бы я не дышала, то выглядела бы еще хуже.

– Забавно, что старшие классы везде одинаковы, – говорю я и улыбаюсь Дри. Пытаюсь не чувствовать дискомфорт при упоминании мам, будто от этого не было невидимой вспышки у меня в груди. – То есть, это место совершенно другое, нежели то, откуда я приехала, но некоторые вещи неизменны. Этого невозможно избежать.

– А они всегда были такими, ну знаешь, сучками? – Ненавижу слово «сучка». Правда. От использования слова на «с» чувствую себя ужасной феминисткой, но иногда подходящего выражения не найти.

– Хорошо, – отвечаю я, потому что от попыток понять его я отупела. Теперь я – та, кто устал. Его улыбка будто ключ к разгадке. Как несовершенства заставляют его выглядеть еще идеальнее? И он что, только что использовал слово «новаторский»? Он печальный, злой или ему просто шестнадцать?

- Новости с фронта? Друг с другом не разговаривают. Все еще женаты,- говорит Тео и наливает мне вина, хотя я и не просила.

Мне нравится слово «клубень». Шикарное обзывательство.

– Слушай, я новенькая в этой школе. Я не хочу, чтобы меня исключили или что там
еще, я не знаю. Мне не нужны неприятности. До окончания школы всего два года, сейчас все
считается. Мне все равно, что ты обо мне подумаешь. Можешь считать меня дурой, больной
на всю голову или еще кем-нибудь.
– Или еще кем-нибудь, – говорит Бэтмен.

Они с Джем встречаются вот уже шесть месяцев, что на пять месяцев и двадцать девять дней больше, чем требуется, чтобы понять, что его подружка королева сук.

Мама заболела как раз в то время, когда я входила в возраст подросткового бунтарства и, по идее, должна была отдалиться от своих родителей, но этого не произошло.

Мне не нужны извинения. Мне вообще ничего не нужно. Я злюсь на тебя, и у меня есть право злиться. Но скоро я перестану. Ты мой папа, и я не могу злиться на тебя вечно.

Скажи мне три правды о себе

Тебя нет, даже когда я рядом.

Страшно осознавать правду: как неизбывно мы одиноки.

Мне кажется, мы с ним во многом похожи: он тоже знает, что происходящее у него в голове отличается от того, что существует в головах остальных. И никто этого не поймет. Даже самые близкие люди.