"Мне думалось, что раз грузины — жизнелюбы, раз, обладая чувством юмора, смогли сохранить сердце и старинный образ рыцарства, значит, остались индивидуалистами, скептиками и т. д. Значит, их невозможно поработить окончательно. <…> Вернулся, и оказалось, что это было иллюзией, что процесс ментального, психологического, словесного порабощения зашел слишком далеко". -(Мераб Мамардашвили, 1995 г.)