Царь велел тебя повесить

Настоящая — это то, что нужно лично тебе. Выплеск застарелой ярости, утешение после чьей-то смерти, наказание или сублимация, одним словом, твоя тайная выгода

Правду говорил Лилиенталь: человек хорошо делает то, что он считает нужным, главное — научиться считать!

Правду говорят, что память — она вся целиком в носу. Я помню уксусный запах шампуня против блох, хотя прошла чертова тысяча лет и никого, кроме нас с Агне, не осталось в живых.

Мы думаем, что лучше понимаем правила, когда становимся взрослыми, но на самом деле весь наш опыт — это просто сужение воображения. У моего мужа не было правил, он так и остался ребенком.

Однажды тебе тоже стукнет сорок, хотя мне трудно это представить. В сорок лет надо будет жить особой жизнью: без лишних телодвижений, без суеты и без выпивки. Нужно будет превратиться в египетскую статуэтку: правым ухом слушать дыхание жизни, а левым — дыхание смерти.

Разглядывать людей представляется мне с некоторых пор совершенно бессмысленным. Люди всегда оказываются чем-то еще, даже если ты знаешь их с самого рождения. Удивляться тут нечему, гнев Шивы поначалу выглядел как сладкий заспанный младенец, а потом — сам знаешь, что получилось.

Что хорошего в жизни писателя? Его книжное тело щупают все кому не лень, листают купленную у букиниста книжку, нюхают казеиновый клей, обсуждают телесные подробности или смеются в голос на другом краю земли, в ледяном Адирондаке каком-нибудь

Теперь ты, конечно, знаешь, что понять женщину как следует невозможно, если не слушать все, абсолютно все, до копеечки, ведь тогда есть надежда, что ты услышишь хоть слово правды. Бесхитростная женщина противна природе

Владение словом давно перестало быть свойством литературы. А владение информацией перестало быть качеством ума

самом деле нет ни причины, ни следствия, нет связей, соединяющих события, нет ни вины, ни стыда, есть только хаотическое движение листьев, кровяных телец, сухих кленовых семян, радиоволн, ракушек и птичьих перьев.

Память у меня - существо женского пола: является во всём сияние, когда её не звали, и съёживается в комочек, когда просят показать или потрогать. Чтобы заставить её уступить, надо отвернуться и равнодушно смотреть в другую сторону.

Обладание юностью во многом похоже на обладание оспой или бубонной чумой, это, кажется, Фолкнер сказал. Вероятно, он имел ввиду, что хвастаться тут нечем, к тому же не все выживают.

Так что ты не думай, Косточка, что я тебя не хотела. Я, может, только тебя-то и хотела, а всех остальных просто пережидала, как пережидают инфлюэнцу или внезапный шторм в Эшториле.

Где-то я читал про купеческих сыновей, которых заставили стрелять в подвешенный на дереве труп отца, чтобы выяснить, кто из них истинный наследник. Сдается мне, что мстить за измену имеет не больше смысла. Что с того, что ты продырявишь мертвое тело своей любви, в нем уже ни лимфы, ни крови, одна тоскливая гальваника.

Я так хотел ее в юности, что готов был на все, на любые ужимки и прыжки, чтобы утолить свой болезненный голод, и теперь, утолив его с кем попало, я винил в этом ее, а кого же мне было винить?

Когда ты слабеешь, дома люди с тобой не слишком считаются

Когда женщине дали сказать все, что она хотела, она становится гладкой, неподвижной и издает мелодичные звуки.

ОБщежитие - это такой способ жизни в аду задолго до того, как ты начинаешь верить, что умрешь.