Цитаты из книги Casting Off

брать ответственность за свои поступки означает в том числе и не обременять ими других людей, делая их несчастными.

Мученики – не самые подходящие домашние компаньоны.

Это неимоверно трудно – не испытывать ненависти к тому, перед кем чувствуешь себя бессильным.

- А по-моему, если ты счастлив, значит, и мир становится лучше.

Одним из ее открытий насчет своего брака было то, что она ничего не знала о множестве вещей, о которых и не хотела ничего знать.

Мы же с таким нетерпением ждали, когда закончится война, как будто жизнь сразу должна была стать другой, чудесной, а не стала, ведь так? Мы так хотели мира, а от него, похоже, счастливее никто не сделался. И речь не только о нас. Отцы наши тоже не выглядят счастливыми – по крайней мере, про своего я знаю точно, а ты говорила, что беспокоишься за своего, и Саймону даже мысль о службе в армии ненавистна. И все такое унылое и тягостное, и ничего чудесного, что могло случиться, теперь уже не будет.

Стоит мне кого-то полюбить, как этот кто-то умирает, или уезжает во Францию, или просто, оказывается, не любит меня.

Когда расстаешься с кем-нибудь – уходишь и больше не видишься, – рано или поздно этот человек покидает твое сердце.

До того, как я ему сказала, я часто фантазировала – ну, знаешь, про всю оставшуюся жизнь с ним, а потом, когда сказала и ничего хорошего не вышло, фантазий я лишилась. Или они стали невыносимыми. Да, пожалуй, так и есть – я не могу их вынести.

..немалую часть жизни он провел в надежде, что теперь его оставят в покое – не то чтобы любил одиночество, просто оно меньше выматывало.

От любви люди становятся такими скучными.

Я всегда считала: представления англичан о том, что лучшей должна быть одежда, которую они почти не носят, – главная причина, по которой выглядят они так неказисто.

...часто бушевали грозы, но после них красота окрестных мест становилась особенной, омытые яростным ливнем, они словно возрождались, сверкая под вновь выглянувшим солцем По утрам выпадали обильные росы, осыпая лужайку крохотными алмазами, которые вскоре исчезали, только ромашки устремляли на солнце множество немигающих взглядов. Вечером, когда потеплело, над землей стлалась жемчужно-серая мгла.

"Я так восхищен вами, говорил он, - вы чудо. Знаете, это как разглядывать крылышко бабочки: каждая деталь совершенство".

«Можно поставить в центр вселенной себя, а можно Бога. Ставить в этот центр другого человека нельзя.» 

Ей было ясно, что он хочет ее, и она приравнивала это желание к любви; мать воспитала в ней уверенность, что внешность позволяет добиться чего угодно. Когда она вышла за Руперта, она была влюблена в его влечение к ней, теперь же не знала, какие еще чувства испытывает.

Беда с такими мужчинами, как он, заключалась в том, что их готовили ходить в плавания и командовать судами, а когда переводили на бумажную административную работу, от досады они превращались в сварливых и фанатичных консерваторов.

Она всегда вызывала в нем восхищение, но любви не внушала нисколько.

Всякий раз, напоминая ей о невозможности будущего, он считал своим долгом потакать ей в настоящем.