All the Light We Cannot See

Не бывает настоящих алмазов без дефектов. Настоящий алмах всегда небезупречен.

Она идет. Вот под ногами холодная окатанная галька. Вот - хрусткие водоросли. Вот что-то более мягкое - гладкий морской песок. Она наклоняется и растопыривает пальцы. На ощупь он как холодный шелк. Роскошный холодный шелк, на который море выложило дары: окатанные камешки, раковины, щепки. Пальцы зарываются в песок, щупают; капельки дождя колют шею сзади, тыльную сторону ладоней. Песок выпивает тепло из кончиков пальцев, из босых ступней.

Ему кажется, будто он смотрит не вверх, а вниз, словно луч прожектора направили в кровавую воду, небо стало морем, а самолеты - голодными рыбами, преследующими во тьме жертву.

упасть-не позор. позор- не встать.
будьте стройны и поджары, быстры, как гончие, жестки, как дубленая кожа, тверды, как крупповская сталь.

мастер напоминает себе, что алмаз-всего лишь кусок углерода, спрессованный за миллионы лет в недрах земли и выбрашенный на поверхность вулканической трубкой

На кожен наслідок знайдеться причина, на кожну проблему спосіб її розв’язання. До кожного замка є ключ.

Месяцы синяков и страха: полы качаются, как палуба, приоткрытые двери бьют по лицу. Единственное спасение - в постели, укрывшись одеялом до подбородка, покуда отец сидит рядом, курит сигарету за сигаретой и мастерит свой очередной макет: тук-тук-тук, стучит молоток, уютно и мерно вжикает шкурка.

Вона намагається забути страх, голод, питання. Вона мусить жити як равлики, від моменту до моменту, сантиметр за сантиметром.

Я ніколи тебе не покину, навіть за мільйон років.

А что такое слова? Просто звуки, которые эти люди производят своим дыханием, невесомый пар, который они выпускают в воздух кухни, чтобы обмануть и сбить с толку.