All the Light We Cannot See

Иногда, в тягучую летнюю жару, Фолькхаймер задолго до зари расхаживает по квартире в резком электрическом свете рекламного щита и ощущает одиночество в себе как болезнь.

Каждый солдат - электрон, бегущий по цепи, и точно так же не волен распоряжаться собой.

В доме номер четыре по улице Воборель звенит электрический звонок. Этьен Леблан, мадам Манек и Мари-Лора разом перестают жевать. Каждый думает: "Меня разоблачили".

Чекаєш усе життя, і ось ця мить настає. Ти готовий?

Коли я втратила зір, люди казали, що я хоробра. Коли мій батько поїхав, люди казали, що я хоробра. Але це не хоробрість, я просто не маю вибору. Я прокидаюся і живу своїм життям. Хіба ти робиш не так?

Вичікування - це різновид війни. Треба просто сказати собі, що не маєш часу на поразку.

... потому что так всегда с Нойманом-вторым, со всеми в этом взводе, с армией, с миром, они исполняют, что велено, им страшно, они помнят только о себе. Назови мне человека, который поступает иначе.

Может эти партизаны и владеют темным лесным колдовством, но им не следовало лезть в более высокую магию радио.