
Ваша оценкаРецензии
Tin-tinka28 сентября 2022 г.Жизнь в руинах
Читать далееЕще один рассказ о том, как люди переживают поражение в войне, на этой раз главные герои - мирные жители, вынужденные начинать все сначала. В первой части романа автор показывает нам жизнь маленького немецкого городка, куда вот-вот должны вступить советские танки. И первое, что отличает эту книгу от многих других – солдаты противника не изображены грабителями-насильниками, более того, они в целом держатся достаточно нейтрально-отстраненно, а жена главного героя не только рискнула выйти в одиночку из дома в такое неспокойное время, но и обратиться за помощью к одному из военных. Но, несмотря на то, что доктор Долль и его семья воспринимают завоевателей как освободителей и радостно ожидают окончания фашистской диктатуры, в их городе они скорее исключение. Большинство местных жителей поспешно прячет свое добро или же собирается бежать в лес, хотя есть и те, кто эвакуируется с отходящими войсками и даже, не выдержав давящего страха и неопределенности, выбирают вариант расстаться жизнью.
Вероятно, фрау Долль последней видела аптекаря и его семейство в живых: через пару часов он дал яд жене и ребенку и отравился сам, безо всякой ясной цели и причины — в последний момент сдали истрепанные нервы. Сколько они вынесли за эти годы — и теперь, когда наконец-то появилась надежда на лучшее или, во всяком случае, уже точно не стоило опасаться худшего, они не выдержали неопределенности даже самого краткого ожидания.Ганс Фаллада описывает, как на смену оптимизму и предвкушению перемен к лучшему, для доктора Долля приходят тяжелые времена. Может показаться, что ему повезло – он был выбран бургомистром, но столь хлопотливая должность, необходимость обеспечивать требуемым раненных и беженцев, а также «выбивать» спрятанные припасы у своих соотечественников, сталкиваться с откровенным обманом и махровым эгоизмом сильно подрывает душевное здоровье Долля. Герой испытывает разочарование в немцах, ведь, несмотря на смену режима, люди остались такими же и, хоть у персонажа нет больше сил на ненависть к фашистам, окружающие вызывают отвращение. Да и чувство вины и стыда мучает его, ведь он принадлежит к тому народу, чье имя стало ругательством для мирового сообщества, кто несет ответственность за столько смертей и разрушений.
Русские имели полное право смотреть на него как на мелкое, злобное, презренное животное — на этого нелепого типа с его неуклюжими попытками подольститься. Как будто приветливой улыбкой и плохо понятым русским словом можно враз перечеркнуть все то, что натворили немцы по всему миру за последние двенадцать лет!
Он, Долль, тоже немец, и он понимал, по крайней мере в теории, что с тех пор, как нацисты пришли к власти, с тех пор, как они стали преследовать евреев, слово «немец», изрядно замаранное еще в Первую мировую войну, с каждой неделей, с каждым месяцем теряло звучание и престиж! Как часто он говорил сам себе: «Никогда нам этого не простят!» Или: «За все за это нам рано или поздно придется расплачиваться!»
И хотя он отлично все это знал, знал, что слово «немец» во всем мире давно стало ругательством, — он сделал то, что сделал, в нелепой надежде, что русские гости поймут: существуют и «приличные немцы».Долль смирился с тем, что, вероятно, не доживет до того дня, когда слово «немцы» очистится от скверны в глазах остального мира, что, возможно, его детям и внукам еще придется влачить бремя бесчестия отцов. Иллюзия, что хватит одного слова, одного взгляда — и другие народы сразу поймут, что не все немцы одинаково повинны в произошедшем, — эта иллюзия тоже развеялась.
И это чувство беспомощного стыда, которое часто сменялось затяжными приступами тяжелой апатии, не ослабевало с течением месяцев — нет, оно только усиливалось, и этому способствовали сотни разных мелочей. Позже, когда в Нюрнберге начался процесс против военных преступников, когда были обнародованы тысячи ужасающих подробностей и стал ясен чудовищный размах немецких преступлений, — все его существо противилось узнанному: он не желал больше ничего знать, не желал увязать еще глубже в этой трясине. Нет! — одергивал он сам себя. Этого я не знал! Что все настолько ужасно, не подозревал! Моей вины тут нет!
Врешь! — говорил он сам себе. Я видел, как начинались гонения на евреев. Впоследствии мне часто приходилось слышать, как обращаются с русскими военнопленными. Может, в глубине души я и негодовал, но я палец о палец не ударил, чтобы этому помешать. И если бы все, что я сегодня знаю о немецких зверствах, я знал и тогда — вполне вероятно, что я бы все равно сидел сложа руки, бурля беззубой ненавистью…
Доллю пришлось проделать большую внутреннюю работу, чтобы признать: он тоже грешен, тоже виновен и, будучи немцем, не имеет больше права на равенство с другими народами. Его будут презирать, и он это презрение заслужил.Бургомистр Долль остолбенел, потрясенный этим бесстыдным, чудовищным эгоизмом человека, который был совершенно равнодушен к страданиям других — лишь бы самому не страдать. И ему вспомнился недавний разговор с адъютантом коменданта. Адъютант рассказывал, что простые солдаты Красной армии долго думали, будто немцы живут так же, как их собственный народ: что война разорила их до крайности, что они чуть ли не умирают с голоду… Они не видели другого объяснения, почему немцы так безжалостно разоряли их родину. Но по мере наступления, очутившись на немецкой земле, они все увидели собственными глазами: деревни, богатые и благоустроенные, каких у них на родине не осталось, хлева, в которых теснился откормленный скот, здоровое, сытое сельское население.
И в крепких каменных домах этих крестьян они обнаружили не только огромные радиоприемники, холодильники, всяческие удобства — нет, среди всего этого великолепия нашлись самые простенькие, дешевенькие швейные машинки из Москвы, пестрые платки с Украины, иконы из русских церквей — сплошь награбленное, наворованное добро. Зажиточные хозяева отнимали последнее у бедняков. И тогда в солдатах Красной армии вспыхнула ненависть и глубокое презрение к этому народу, который не ведал стыда, не желал обуздывать свою алчность, стремился все захапать, все загрести под себя — и пусть остальные пропадают.Типичный представитель этого народа стоял сейчас перед бургомистром. Удивляться было нечему: в конечном итоге им было совершенно все равно, кого обречь на гибель — русских или немцев. Они не чувствовали никакой общности со своим народом, хотя эта самая общность возводилась в один из основных принципов их партии. Из всего они хотели извлечь выгоду, на всем нажиться, и не важно, сколько тысяч людей придется загубить.
Он вспоминал, как люди крали друг у друга лошадей из стойла, птицу, с большим трудом откормленных кроликов, как они проникали на соседские огороды, выдергивали из земли овощи и рвали с деревьев недоспелые плоды, ломая при этом плодоносящие ветки — не для какой-то своей пользы, а просто чтобы напакостить ближнему. Словно выпустили на волю орду сумасшедших, которые, руководствуясь своими безумными хотениями, творили что в голову взбредет. Он знал, как они доносят друг на друга, как бросаются бессмысленными, лживыми обвинениями, рассыпающимися при первой же проверке и придуманными просто по злобе, чтобы нагнать на соседей страху — пускай боятся! Немцы против немцев!..
Вторая часть книги рассказывает читателям о том, как, покинув недоброжелательный городок, герои пытаются вернуть свою квартиру в Берлине, хотя сделать это оказывается непросто. За время их отсутствия в ней уже поселили иных жильцов, а без квартиры нет и карточек на питание, так что супруги Долль оказываются в весьма трагичной ситуации. Сложности с проживанием, предательство друзей, да и обострившаяся болезнь жены – все это приводит душевно надломленных супругов на край пропасти, они предпочитают забыться с помощью морфия и таблеток, проводя в таком полусознательном состоянии множество дней. Вместе с героем мы побываем в психиатрической клинике, где уже не первый раз лечится доктор Долль, в кабинетах чиновников, редактора, а так же издателей, ведь главный герой - известный писатель, который надеется заработать себе на жизнь новыми работами.
Данное произведение я поначалу хотела оценить на 5, так как тут поднимаются важные проблемы, а авторский стиль мне нравится уже давно. Но все же ожидаемый мною роман о жизни после войны «маленького человека» постепенно сменяется на историю о привилегированном писателе, на примере которого сложно сделать вывод о жизни обычного немца. Герои в наркотическом угаре забывают о наличии двух детей, о необходимости искать пропитание и работу, но при этом их финансовые проблемы легко решаются, ведь можно продать ценности или же получить аванс и поддержку от издательства. К тому же Фаллада словно повторяется, что, конечно, логично, потому что излечиться от зависимости очень сложно, тем более при такой доступности лекарств, но все же от сюжета хотелось каких-то иных подробностей, особенно о том, как можно было наладить жизнь в те сложные времена, а не историю, как герои вновь и вновь наступают на одни и те же грабли, так что, на мой взгляд, последняя глава была лишней.
Но я в любом случае рекомендую эту книгу любителям исторической литературы, ведь тут много интересных деталей о жизни послевоенной Германии.
Жизнь продолжается, и они преодолеют все трудности, раз уж им посчастливилось столько пережить — и выжить. Жизнь всегда продолжается, даже среди руин. Руины не важны — важна только жизнь. Жизнь — это когда в центре города, среди искореженных камней, пробивается травинка. Жизни нет конца.
И возможно, люди даже вынесут какие-то уроки. Вынесут уроки из собственных страданий, слез, крови. Одни будут учиться с неохотой, другие — с опаской, третьи — с воодушевлением. Но в конце концов все поймут, что теперь жизнь неизбежно пойдет по-другому — даже мыслить придется иначе…83878
Victory198512 июля 2021 г.Читать далееИстория побежденного народа. Главные герои: писатель Долль и его жена Альма. Они относились к той категории людей, которые ненавидели нацистов, которые ждали освободителей- Красную Армию. Долли были угнетены, они подсели на морфий, они пережили, как взлеты, так и падение, они пережили войну и учились жить заново.
Мне книга не очень понравилась. Первое, что сразу разочаровало, это не соответствие с аннотацией. Второе, что местами было очень скучно. Третье, никаких эмоций и особых впечатлений книга не вызвала. Долли также особых эмоций не вызвали. Но при этом, когда они подсели на морфий, они оттолкнули от себя полностью. Я их не осуждаю, ведь не знаю, как бы вела себя на их месте, но вот оттолкнули и все тут.
Книга показывает, что немцы страдали, как и весь мир, что и среди немцев были те, кто был против войны, против нацистов, кто стыдился того, что натворила их нация. Также показано, что и среди немцев были мерзавцы, и не про евреев речь. Немцы были против немцев. Если подвести итог, то получается: Мало того, что проиграли войну, так и "немец" для всех стало оскорбительным словом. Меня это не удивило, ведь у мерзавцев нету нации, а обычному народу война не нужна была от слова "совсем".
Хоть и ожидала от книги большего, намного большего, но на авторе "крест" ставить не буду, почитаю, обязательно, еще что-нибудь.79747
Prosto_Elena27 февраля 2024 г.Руины не важны- важна только жизнь. Ханс Фаллада
Читать далееЕсли хотите в очередной раз обратиться к теме судьбы маленького человека в переломный момент, то вам сюда.
Книга не о войне, не о трудностях послевоенной жизни, книга о том, как отдельно взятый человек, не справляется с предложенными жизнью обстоятельствами.
Доктор Долль, писатель и интеллектуал, вместе с молодой женой и ребёнком возвращается в Берлин после разгрома нацистов.
Приезжают они в свою полуразрушенную квартиру, но там проживают другие люди. Право на собственность утрачена. Жить негде, продуктовых карточек не достать. Полное разочарование и безнадёга, к тому же супруги становятся жертвами новой бюрократической системы.
Оказавшись в отчаянном положении, вместо того, чтобы бороться и выгрызать себе место под солнцем, они находят спасение в убаюкивающем воздействии морфина.
Угрызения совести за зверства своих собратьев, беспомощность, неверие в будущее, слабость и страх, вот что ощущает главный герой, маленький человек некогда великой державы.
Такое случается сплошь и рядом, в разные времена и в разных странах. Жизнь подчас несправедлива и горька, но то, как ты выйдешь из этого испытания и есть показатель ценности лично твоего существования.
Роман автобиографичен, написан по горячим следам трагических событий Второй мировой войны в 1946 году.
Этим он интересен, писатель эмоционально показывает некий срез ощущений немецкого общества.
В принципе книга понравилась, на твёрдую четверку.58289
KontikT8 февраля 2024 г.Читать далееМне нравится как пишет Ханс Фаллада, что я отмечала в уже прочитанных ранее книгах. И за эту книгу взялась с большим интересом, но получила немного не то , что ожидала.
Да, автор описывает жизнь Германии сразу после войны и есть много страниц , которые было очень любопытно и познавательно читать, про быт , про настроения немцев и конечно порадовало, как описано время, когда с опаской встречали немцы приход советских войск(некоторые просто не выдерживали этого и просто заканчивали жизнь самоубийством) и как советские солдаты вели себя в то время.
Все повествование в книге ведется от имени писателя по фамилии Долль и его жены .Они вначале находится в небольшом городке и Доллю будет предложено даже будет какое то время поработать бургомистром , пытаться наладить работу и быт немцев после войны . Но он не выдерживает нагрузки, не понимает действий немцев, которые идут против таких же своих немцев и прячут от государства припасы, в то время как вокруг голод и разруха. Они больные с женой уезжают в Берлин в надежде найти свой дом целым. И тут конечно отношение к героям становится не таким как раньше. Да, читать про то, что им пришлось при переезде перенести конечно тяжело, но они просто напросто не выдерживают и уходят от реальности с помощью таблеток и наркотиков. Герой все время умом понимает, что так неправильно, испытывает стыд , что немцы теперь ругательное слово видит и понимает всю неправильность того что натворили фашисты, но просто ничего не делает, а скрывается от всего этого в забытьи , в больнице, в то время как другие трудятся, восстанавливают город. И даже когда ему потом выпадет шанс все исправить, когда ему подадут руку помощи, когда есть возможность вернуться к любимому делу писательству- все это продолжается недолго, и опять наркотический угар победит.
Есть конечно очень страшные моменты когда читаешь о том, что выносили простые люди во время войны и после и хотелось бы читать больше именно об этом и о том как справлялись с трудностями немцы .Но книга , как я поняла в чем то автобиографичная и автор показал , что было и такое- люди просто потеряли себя .
Я не посмотрела, что в этом издании есть еще и отрывок из другого романа писателя(зачем?), пришлось его начать, тем более мне хочется почитать и его и другие романы Фаллады, они у меня в више. Так что раз начало этого нового произведение прочитано, скоро будет прочитан и весь, но об этом потом.48371
Anutavn17 февраля 2020 г.Читать далееЯ поставила книге 4 исключительно из за неоправданных ожиданий. Дело в том, что в аннотации говорится следующее
Послевоенная Германия, Берлин. Первые месяцы жизни города после поражения страны во Второй мировой войне. Нищий быт в разрушенном городе.
Герой Фаллады лично не повинен в военных преступлениях, но чувствует свою вину за слабость и безволие всей нации. Слушая отчеты Нюрнбергского трибунала о зверствах нацистов, он с содроганием говорит себе, что не знал всего этого, в глубине души понимания, что, даже если бы знал, то ничего не сделал бы, чтобы это предотвратить.
«Кошмар в Берлине» — горькое и честное свидетельство очевидца о самых позорных и трагичных страницах в истории немецкого народа.И вот тут мне очень хочется спросить : ребята, а вы книжку читали вообще? Все в ней поняли?
Ну после военный Берлин, есть, я тут даже спорить не буду, тут угадали. Герой чувствует вину за слабость и безволие нации - где простите? Герой ненавидит нацистов и людей которые допустили нацистов к власти, герой ужасается тому что до сих пор у некоторых проскакивают фразы а вот при фюрере....
Слушая отчеты Нюрнбергского трибунала о зверствах нацистов.... - что? Это вы про какую книгу вот пишите? Если что, то герой в самом конце книги берет у соседки газеты, чтобы узнать, что же произошло в стране за последние месяцы.
Начнём с того, что книга автобиографична, во первых многие мелочи и детали в описаниях, дают нам понять, что автор не придумывает, а пишет как есть, ну а потом не долго исследуя Гугл и быстренько пробежав глазками по биографии Фаллады, становится ясно, что и молоденькая вторая жена и морфий, всё было, всё.
Да, герой ненавидит нацистов, герой рад приходу Русской армии в Германию, до того рад, что начинает сотрудничать с русскими и готов всех своих соседей вчерашних приверженцев нацисткой партии закладывать, в любом случае они его не любили...
Но вот герой с молодой женой решает вернуться в Берлин, ведь там у них квартира, туда нужно переехать и продолжать свою жизнь. В квартире уже живут люди и вот начинаются трудные стычки с жилищным отделом, невозможность получить карточки и сложность доказать что квартира их. Что в таких ситуациях делают заинтересованные люди? Заинтересованные люди - носом роют землю бегают по различным инстанциям, ненавидят бюрократию и бумажки, но каким то образом пытаются восстановить себя в городе, найти работу и продолжать жить. Что делают герои книги, а герои эти успешный некогда писатель и повторюсь его молоденькая жена? Они колят в себя морфий, валяются в экстазе, приходя в себя после очередной дозы ужасаются происходящему, все больше и больше ненавидят нацистов которые разрушили их мирную и сытую довоенную жизнь, поохав поахав, поев продукты с чёрного рынка неизвестного откуда попавшие к ним, находят очередную дозу морфия и уходят в очередной экстаз. Так продолжается несколько месяцев (!) ребята. Вот они так ненавидят бюрократию, но еклмн, герой сходил один раз (!) один единственный раз он постоял два с половиной часа в очереди и все, п•$~ец, дайте мне морфию жизнь кончена, нацисты говно, я тоже говно потому что не могу покончить раз и навсегда с этой говенной жизнью, морфия мне, МОРФИЯ. Нацисты, конечно, говно, спорить даже с этим не буду, герой тоже говно, но не потому что не может набраться мужества и наложить на себя руки, а потому что не может набраться мужества и силы воли, взять себя в руки и действовать. Он опускает руки и ноет, а кто мешал ему вернувшись в Берлин сразу же начать ходить по всевозможным инстанциям, тогда бы не закрывали перед его носом дверь со словами «вы пришли поздно»? Ах да, нацисты, они разрушили всю жизнь. Разрушили, но сейчас их нет и в их руках все изменить. В чем проблема? Проблема в том что, когда привык к сытой жизни, когда привык что все само к тебе в руки плывет и идёт, очень сложно переключиться и самому этими руками начать что то делать. Они ужасаются ценам на сигареты на чёрном рынке, но даже не задумываются о том чтобы бросить курить, ну точнее задумываются, но после нескольких месяцев угара и когда остались совсем на мели, а продавать было уже нечего.
С тех пор как закончилась война, я столько всего пережил, что ненависть к нацистам как-то сама собой угасла и переросла в ненависть ко всему человечеству. Нацисты больше для меня не существуют…Книга, очень любопытная и интересна, но когда ждёшь и хочешь прочитать о трудностях или просто жизни в послевоенной Германии, а тебе подсовывают роман с героином в послевоенной Германии долго не понимаешь что такое происходит вообще. Где то только со второй половины книги я стала что к чему и о чем вообще книга.
На первом плане у Фаллады любимый персонаж маленький человек, но какой бы маленький и мелкий человек не был, именно от каждой крупинки зависит будущее всего человечества. Декорации могут быть другие, Берлин довоенный или послевоенный, не Берлин, а Париж или Москва у любого человека должна быть надежда на то что завтра будет лучше.
Жизнь всегда продолжается, даже среди руин. Руины не важны — важна только жизнь. Жизнь — это когда в центре города, среди искореженных камней, пробивается травинка. Жизни нет конца.48770
lustdevildoll24 декабря 2018 г.Читать далееЖуткие реалии побежденной послевоенной Германии, где человек человеку волк, сосед стучит на соседа, все тащат из разбомбленных, сгоревших, брошенных домов всё, что не приколочено, и кажется, будто в людях не осталось уже ничего человеческого. Люди охвачены страхом и стыдом, преступления нацизма обнародованы, после краха режима в стране нет денег, еды, работы, у многих и крова.
Роман отчасти автобиографичен - сам Фаллада тоже служил бургомистром маленького городка в советской зоне, тоже писал книги, тоже при Гитлере оказался в когорте тех, кого не печатали, тоже употреблял наркотики и алкоголь и неоднократно лечился, тоже женился на молодой. Его герой, доктор Долль - классический рефлексирующий интеллигент под пятьдесят, который от ужасов окружающего мира спасается на дне стакана и на кончике иглы. Его жене Альме всего двадцать четыре, но она сидит на морфии, которого в больницах после войны в избытке, довольно плотно. Долль сожалеет о том, что ему не хватает мужества покончить с собой, и поэтому он выбирает медленное саморазрушение.
Что представляет собой наивысшую ценность книги - она была написана в 1946 году по горячим следам и свежим воспоминаниям, когда память еще не была вытравлена и все знали, кто на самом деле нанес нацизму сокрушительное поражение. Фаллада не наш современник, который пишет, основываясь на документах и своей фантазии, не зная, что тогда на самом деле чувствовали люди и чем они жили. Он сам видел это все своими глазами и жил внутри этого общества, и неудивительно, что его книги спустя семьдесят лет всплыли из забвения и стали европейскими бестселлерами уже в двадцать первом веке.
В русском издании 368 страниц, но роман из них занимает 262, последняя треть книги - это ознакомительный отрывок из романа "Маленький человек".
401,2K
Penelopa229 октября 2025 г.Читать далееТема, о которой пишет автор, не популярна в нашей литературе. Хотя мы проходили такой же период. Война закончилась. Начинается мирная жизнь. Не бравурная, когда солдаты вернулись с фронта и сразу нашли дело по восстановлению страны. Об этом писали много и по-разному. А о жизни тех простых мирных людей, которые возвращаются из эвакуации и видят, что дом разрушен или в твоей квартире живут другие люди, и ты беспомощен и жалок. А в романе Фаллады все усугубляется тем, что ты – проигравшая страна, и даже морального права на сочувствие не имеешь. Жизнь обыкновенного немецкого обывателя после разгрома вермахта.
Герой не вызывает сочувствия с самого начала. Да, он никогда не питал симпатии к нацистам, но на этом него маленький никому не видный бунт и заканчивался. Он предвкушает, как в его городок войдет советская армия, и готов радостно приветствовать первых же солдат. Не понимая того, что он для наших солдат – безликое нечто, которое уже обрыдло за годы войны и хорошо еще, если просто пройдут мимо, а не дадут в морду. За все, что натворили твои соотечественники.
Да и соотечественники нарисованы весьма неприглядно. Никто не ждал от немецкого бюргера какого-то
особенного альтруизма или общечеловеческой доброты. Но и не особенного не дождался. Автор не щадит своих соотечественников, да и к герою тоже относится критически.Тема о жизни проигравших интересная, но автор не стал ее развивать. Герой хотел найти забытье в наркотическом дурмане, когда можно не думать и быть счастливым. Но тут ничего нового. А потом неожиданное отрезвление и начало новой жизни – все это как-то скомканно и неубедительно. Как я поняла, в романе нашли место автобиографические факты.
34150
Desert_Rose6 мая 2020 г.Читать далееВ 1947 году, после всего случившегося, после всех слушаний отчётов Нюрнбергского процесса написал свою нелёгкую книгу Ганс Фаллада. Написал о Германии сразу после наступления конца Второй мировой войны. Разрушенный мир, разрушенная страна, разрушенные люди. О маленьком человеке Долле, который наконец дождался окончания нацистского гнёта. О немце, осознающем, как глубока и отчаянна вина его народа, ощущающем себя на дне страшной воронки, в пропасти, в которую упал он вместе со всем миром, в частности и по его, Долля, вине. Не смог, недостаточно сопротивлялся, допустил.
Как, как перестать бежать от действительности, как сжиться со страхом, терзающим до сих пор, и днём и ночью? Страхом никогда не заслужить прощения, никогда не вернуться к нормальной жизни, страхом навсегда остаться на дне той огромной воронки, никогда не испытать заново чувство любви. К людям, к жизни, к стране.
Но больше не рвутся снаряды, не взрываются бомбы, и нужно подниматься, отряхиваться и строить жизнь на руинах старой жизни. Разгребать завалы, налаживать быт, работать и зарабатывать. Учиться жить в новом, изменившемся мире, в мире, где придётся иначе жить и иначе мыслить.
Стыдно, страшно, несправедливо, больно, обидно. Будущее туманно, но есть работа, сделаны первые шаги, а значит, есть надежда.
Он здоров, он хочет работать, он верит в будущее. А ведь невозможно верить в собственное будущее, если не веришь в будущее своих близких, знакомых, всего народа, если не думаешь о человечестве. Он верит, что они выстоят, что Европа поднимется из пепла, потому что верит, что поднимется сам.33689
missis-capitanova26 октября 2020 г."... В захворавшем сердце Европы..."
Читать далее"... Жизнь всегда продолжается, даже среди руин. Руины не важны — важна только жизнь.
Жизнь — это когда в центре города, среди искореженных камней, пробивается травинка. Жизни нет конца.
И возможно, люди даже вынесут какие-то уроки. Вынесут уроки из собственных страданий, слез, крови..."Большинство книг и фильмов о Второй Мировой Войне заканчиваются на том, что Советский Союз, триумфально прошествовав по Европе, одержал победу над нацистской Германией. И это вполне логично. Да и в большинстве умов именно с этим событием прочно ассоциируется окончание войны. Я и сама, признаться честно, не столь часто задумывалась о том, а что же было дальше - не в историческом плане - здесь-то как раз все ясно (Ялтинская конференция, атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, капитуляция Японии, Нюрнбергский процесс и так далее). А в самом бытовом. Вот заалело над рейхстагом Знамя Победы. Вот отгремел праздничный салют. И начинает понемногу укладываться в голове мысль о том, что больше не будет голода, страха и бомбежек. И начинает теплиться надежда, что пятилетним ужасам пришел конец. И всеми этими чувствами и переживаниями я как-то раньше наделяла лишь народы-победители, напрочь игнорируя тот факт, что у немцев-то тоже продолжалась жизнь, что у немцев тоже было свое "после"...
Вот именно этому и посвящена книга "Кошмар в Берлине" Ганса Фаллады. Немцам тоже нужно было время и силы, чтобы принять и осознать тот факт, что Германия - отнюдь не всемогущая и что все сказки, которыми их кормили нацисты, легко разбиваются о суровую действительность. Что на силу всегда найдется большая сила. Что немецкие города тоже могут оказаться в руинах. Что в норму войдут трудовая повинность, продукты по талонам и американские сигареты по грабительским ценам. И продемонстрировать это Ганс Фаллада взялся на примере одной семейной пары, захваченной вихрем послевоенных неурядиц. И, честно говоря, на мой вкус вышло несколько неудачно. Я не знаю, какие чувства автор хотел вызвать к своим героям у читателей, но у меня для них не нашлось ничего, кроме раздражения и пренебрежения.
Они слабые и безответственные. Они капризные и безвольные. Их действия глупые и алогичные. За ними неинтересно наблюдать. Им не сочувствуешь и за них не переживаешь. Отчасти любопытно было лишь узнать их мысли и чувства как представителей побежденной нации, увидеть их глазами то, к чему привела самих немцев их национальная идея о мировом господстве, поглядеть одним глазком на послевоенный быт... Начиналось в романе все довольно неплохо. Ровно до того момента, как наши герои не перебираются из провинции в Берлин. Дальше в карусели из психиатрических клиник и постоянного употребления морфия нашими героями я начала ощущать себя как будто в каком-то наркотическом бреду, где очень сложно отличить реальность от галлюцинаций. К финалу книги я вообще была морально готова к тому, что ничего из того, что было в сюжете, в действительности не происходило. И при всем при этом концовке романа удалось таки меня удивить - она "случилась" так внезапно, что сравнить по степени неожиданности это можно с тем, как будто ты в темном переулке падаешь в открытый канализационный люк! Когда я поняла, что вот это вот и есть финал, у меня был один вопрос в стиле "как так то?".
На мой вкус из творческого наследия Ганса Фаллада это один из самый слабых романов. Он стоит на сотню ступенек ниже, чем те же "Волк среди волков", "Один в Берлине" и "У нас дома в далекие времена". Он как паршивая овца среди породистых, холеных и откормленных овечек. Всем тем, кто хоть немного знаком с биографией автора, книга может показаться несколько автобиографичной. И боюсь, что не в самых лучших сюжетных эпизодах... Я отказываюсь верить, что мой любимый писатель мог создать что-то настолько литературно невнятное. Но поскольку с 1944 года в его жизни наступила черная полоса, начавшаяся с того, что он стреляет в жену, и его обвиняют в попытке убийства, и закончившаяся принудительным лечением в психиатрической клинике и смертью в 1947 году, то я могу допустить, что этот роман создавался уже несколько другим Фалладой...
31552
Serliks31 июля 2022 г.Читать далееМожно назвать эту книгу мои личным кошмаром. Я так долго ее мучила, несмотря на небольшой объем, что, казалось, она никогда не закончится. Я спокойно читаю книги про войну, особенно трепетно люблю творчество Ремарка. Но вот знакомство с романом Ганс Фаллады считаю для себя неудачным.
Автор показывает нас послевоенную Германию, разрушенную, сломленную и нищую, как и сами ее жители. Семейство Доллей пережило войну в небольшом городке, где их недолюбливали и сторонились. Страх перед советскими солдатами, мысли о том, что немцам теперь еще долго не отмыться от того позора, каким они облекли себя, полностью парализует доктора Долля.
Он немец, а значит, принадлежит к самому ненавистному, самому презренному народу на всём земном шаре! Этот народ стоит ниже, чем самое примитивное племя из африканской глуши, - ведь оно не принесло на этот земной шар столько разрушений, крови, слёз и горя, сколько принёс немецкий народ. Долль смирился с тем, что, вероятно, не доживёт до того дня, когда слово "немцы" очистится от скверны в глазах остального мира, что, возможно, его детям и внукам ещё придётся влачить бремя бесчестия отцов.Но если в начале Долли еще пытаются что-то делать, выживать, стремятся вернуться хоть к какому-то подобию жизни, то потом они оба – и доктор Долль и его жена Альма просто плывут по течению, не сопротивляясь, не думая ни о чем. Зачем что-то делать, о чем-то думать, если просто можно отдаться во власть морфия?
Жизнь проходит мимо Доллей, и как ни странно, их не жалко. Несмотря на разруху, нищету и смерть вокруг, они, почти ничего не делая, кое-как устраиваются, то в своей берлинской квартире, то в клиниках. Нельзя сказать, чтобы другим повезло также, как им. Да, автор показывает, что не все немцы были нацистами, что и они многое вынесли и перенесли от всего того кошмара, что творился тогда. Но сочувствовать им все равно не получается. Мне намного больше понравился Анна Зегерс - Седьмой крест , рассказывающая о той же нацисткой Германии.
Долль решает отстраниться от действительности, сначала по средствам морфия, потом прячась в клинике. И даже когда судьба подкидывает ему шанс – начать все сначала, работать, заниматься любимым делом – писать (вот так удача!), он предпочитает опять наступить на те же грабли. И сам Долль, и Альма – слабые, безответственные люди, подверженные страстям и своим собственным капризам. Они полностью сломлены войной, и тем, что потеряли свой статус, богатство и положение.
В этой нескончаемой веренице наркоманов Долль видел товарищей по несчастью, таких же людей, как он сам, которые больше не верили ни в себя, ни в Германию, сломались под гнетом стыда и унижения и сбежали в искусственный рай. Все они искали — точно так же, как и он, — «маленькую смерть». У всех у них, возможно, еще оставалась крупица надежды, удерживавшая их от последнего шага, им пока еще недоставало — как и Доллю — последнего, решающего толчка. Всюду одно и то же: бегство от действительности, отказ взваливать на плечи непосильный груз, на который обрекла немцев позорная война.Не знаю, как бы я поступила и вела себя в столь тяжелые и экстремальные времена, будь я на месте доктора Долля и Альмы. Но роман мне не понравился, не знаю, буду ли продолжать знакомство с творчеством автора.
25497