Мой лейтенант

Зубр вскакивал от грохота огромного будильника. Будильник был куплен в 7 классе гимназии, когда выяснилось, что времени не хватает. Единственным запасом, откуда его можно было брать, стал сон. Глупо тратить на сон 8 часов, треть жизни. Раз навсегда он поставил будильник на 7 и стал ложиться все позже и позже, пока - уже студентом- не дошел до двух с половиной часов ночи. Поначалу было трудно. Чтобы сразу засыпать, он перед сном обегал несколько раз свой квартал и тогда уже засыпал мгновенно, намертво. Никаких сновидений и прочих глупостей не видел. Некогда было, надо было выспаться. Постепенно сон утрамбовался, да так, что никакой сонливости не оставалось. Во времена кольцовского института нормальный сон его составлял 4,5 -5 часов. На этом он, к счастью, остановился. Всю остальную жизнь так и спал. Некоторые могут считать, что он лишил себя удовольствия поспать, но он считал, что жить - удовольствие большее, чем спать. Ему помогало правило, которое у них в семье усваивалось детьми строго-настрого: проснулся-вставай! Валянье в постели не разрешалось. (Были ещё два правила, таких же неукоснительных: ничего на тарелке не оставляй и не ябедничай).