Отзывы о книге Human Acts

Зал памяти, посвященный восстанию в Кванджу в мае 1980, когда по большей части студенческие забастовки в защиту демократии были разогнаны грубой армейской силой. Ну как разогнаны, расстреляны. Сотни, если не тысячи погибших (оценки варьируются), столько же арестованных.

Всего 6 глав - они же 6 историй людей, показывающих одни и те же события с разных углов. Со всеми подробностями, которые могли быть в ситуации, когда за особую жестокость обещалось дополнительное вознаграждение.

Книга тяжелая и важная, тем не менее, я совру, если скажу, что она произвела сильное впечатление. Даже немного удивительно, что это тот же автор, которая написала “Вегетарианку”, потому что по ощущениям - “Вегетарианка” - это иммерсивный театр, а “Человеческие поступки” - традиционный музей с экскурсоводом и попытками разглядеть что-то через стекло. Слишком далеко и слова не те.

Но я здесь скорее в меньшинстве. Некоторые считают, что талант Хан Ган как раз больше раскрывается в историческом фикшине.

Больше отзывов в телеграм-канале Ножи на стеллажи

Я решила прочитать эту книгу из-за того, что её хотят экранизировать. Мне стало любопытно, ведь режиссёр сказал, что, прочитав первую главу, он понял, что книга гениальная. Я никогда не слышала о протесте в Кванджу. Ну, я думаю, мало кто слышал об этом кроме самих корейцев. Всё же нужно было хотя бы в несколько предложений написать про эти протесты (это мог бы сделать переводчик, в предисловии, например). Я всё ждала, может, думаю, в книге будут про это говорить. В какой-то главе было небольшое описание событий. А ещё немного в эпилоге. Тогда я поняла, что ничего не поняла, и полезла в интернет. Только тогда я хотя бы немного стала понимать. Сама книга мрачная. Понятное дело, что о таких событиях позитивно не напишешь. И всё же мне показалось, что автор специально делает книгу более мрачной, нагнетая, подробно описывает трупы и раненых. Каждая глава - это небольшая история какого-либо человека, который был свидетелем протестов. Ещё их объединяет то, что они знали мальчика, который был убит: его друг, брат, случайный знакомый... Событий в книге мало. В ней много описаний трупов, особенно в начале, а так, одна безнадёга. Делается акцент не на события, а на чувства. Сама книга написана хорошо, чувствуется отчаяние и боль героев (но они все будто бы одинаковые). К сожалению, книгой не прониклась, но могу понять людей, которым она понравилась.

Роман южнокорейской писательницы о том, как в пору студенческих волнений в Кванджу был убит мальчик по имени Тонхо.

Книга написана очень необычно: резкая смена декораций, обращение к читателю на «ты», рассмотрение одинаковых событий с разных ракурсов. Создается страшное ощущение близости и вовлеченности к судьбам людей, пережившим и не пережившим те события.

Я хотела бы уберечь вас от этой книги, как уберечь и её героев от того, с чем они столкнулись. К сожалению, не все в моих силах. Я понимаю, что это не первая и не последняя книга о жестокости мира, неизлечимости ран и до конца неразгаданной, противоречивой природе человека. Однако мне хочется верить в силу этих книг, ведь именно они прославляют свободу и любовь.

Хан Ган поднимает актуальнейшую проблему — беспощадности цензуры книг. Такая на первый взгляд уничтожающая творчество проблема сметается в прах изобретательностью людей! Искусство никогда не угаснет.

«Поэзия человечности», как написано в аннотации, здесь действительно сильна! Именно те немногочисленные, но ценнейшие моменты восторжествовавшей любви вызывали у меня слёзы; слёзы, которыми бы я хотела омыть человеческие сердца и души от крови, грязи и чувства вины.

Очень тяжелое эмоциональное произведение, так как основано оно на реальных событиях, произошедших в 1980 году в Южной Корее, когда по распоряжению руководства страны были жестоко расстреляны и замучены пытками тысячи людей – студенты и учащиеся школ, среди которых были женщины и дети.

Повествование ведётся от лица разных людей, связанных между собой идеей, родством и случайными обстоятельствами. Каждая история – это боль, страдания, кровь, невыносимые пытки, переосмысление ценностей жизни и идеалов, смерть или последующая жизнь, которая уже никогда не будет такой, как «до». Те из героев, кто выжил, будут жить и искать свой путь, так его и не найдя. И каждая история жизни добавляет темных оттенков, рисуя одну ужасную картину. И сколько таких вот картин было нарисовано в 20 веке, не сосчитать.

Страницы этого произведения наполнены болью, отчаянием и страданиями. Читая их, как бы пропускаешь судьбы этих людей через себя. У нас тоже был такой период, когда человеческая жизнь ничего не стоила, и тысячи людей погибли в застенках, иногда даже не за идею, а просто так - по доносу. До чтения этого произведения, я не слышала и не знала ничего о восстании молодёжи в Кванджу, но это произведение приоткрыло еще одну завесу в истории - уже Кореи. После того, как я прочитала роман, я очень долго изучала эту тему в интернете, пытаясь с разных сторон посмотреть на эту трагедию. Но там лишь голые факты, тут же – реальные судьбы людей, попавших в жернова диктатуры. Такие произведения читать тяжело, но читать нужно. Оценка 5-

«Поэтому ты приходишь ко мне? Чтобы спросить, почему я до сих пор живу».

Очень эмоциональная и тяжёлая к восприятию книга. Чувствуется, что автор написала её, будучи под большим впечатлением. О чём она убедительно говорит в эпилоге. Встречаясь с выжившими героями своей повести, посещая места, навещая могилы – каждый раз автор будто старается найти ответы, объяснение и оправдание той злобе и жестокости, что творилась на улицах Кванджу в те роковые десять майских дней, и отголоски которых видны в судьбах многих спустя десятилетия.

«Напишите так, чтобы больше никто не смог оскорбить моего брата».

Большинство героев этой книги – реальные люди. Даже мелкий персонаж – германский журналист, сумевший прорвать завесу молчания и всё же заявивший в тот день о резне в Кванджу, в том числе и шокирующими фотографиями – личность историческая. И от того приходишь в ещё большее оцепенение от прочитанного. Неужели люди могут быть такими жестокими? Неужели есть те, кто получает удовольствие — вот от такого: вида бегущего человека, старательно пытающегося запихнуть собственные кишки назад; с остервенением бьющего прикладом по черепу, пока тот не лопается будто арбуз, разбрызгивая остатки мозга по асфальту; волоча голые бьющиеся тела девушек по дороге, пока с них не слезает кожа, а голос не срывается от шока; лицо, рассечённое штыком пополам?

Если вам плохо от такого – точно не берите эту книгу. Да, насилия в ней – хоть отбавляй. Только описывается оно от лица самих жертв: с глубоким самокопанием, попыткой понять и осмыслить происходящее. Однако не ждите ответов. Интересно, что и сама автор не даёт читателю понять – что же на самом деле творилось тогда, весной 1980 года в городе Кванджу. Сперва меня это удивило. Почему автор не даёт ответы на вопросы, которые сама ставит? Однако затем понял – это не входило в её задачу. Хан Ган заставляет нас задуматься: о происхождении человеческой жестокости, о бессмысленных попытках выстоять перед ней, о человеческом духе… «Человечкеские поступки» - это скорее описание судьбы простых людей, вышедших на площадь, поддерживающих требования, сами на знающих зачем, и за что бороться – скорее по инерции. Словами одного из героев: «Просто мне казалось, что так надо».

Большинство из тысяч убитых – молодые юноши и девушки, ещё не достигшие и 19-летнего возраста. И не знали они – ещё только вступающие во взрослую жизнь – что за права рабочих так не борются, что насилие всегда побеждает. Что они не смогут нажать на спусковой крючок. Отсюда и отсутствие ответов – одно осмысление: взгляд на события глазами её жертв.

Нужно отдать должное авторским приёмам, которые действительно пронизывают. Никогда не знаешь, кто ведёт с тобой диалог: несчастная выжившая, которой будет суждено существовать далее, постоянно рефлексируя пережитое, или мятежный дух, что взирает на собственный труп – сваленный в кучу с десятком других, политый бензином и полыхающий, словно факел? И как старательно выполняет своё подлое дело военная команда, уничтожая следы своего кровавого действия. Иногда возникает ощущение явного перебора, иногда – отчаяния от безысходности. Ведь и в нашей истории бывало такое. Так или иначе, читать книгу действительно трудно: если делать это не поверхностно, проникая в судьбу каждого из шести героев романа, в том числе и самой писательницы.

Одно и то же центральное событие книги – расстрел мирной демонстрации на площади Кванджу – переживается каждым из них. И каждый раз – поражаешься жестокости и расчётливости.

«Военные получили в тот день 800 тысяч патронов. Население города едва доходило до 400 тысяч. У солдат был приказ – убить каждого. Они могли всадить по две пули…»

Интересная деталь: описание действия каждый раз ведётся под разным углом и от разного лица. В первой главе – от второго лица единственного числа («ты»), второй – третьего и первого мужского рода («они» и «я»), третьей – от третьего лица женского рода («она»), четвёртой – первого лица множественного числа («мы») и так далее. Никогда не видел чего-то подобного.

К слову, есть несколько неплохих фильмов «Таксист» (2017 год), «Песнь ушедших» (2018 год), «18 мая» (2007 год) с художественным уклоном осмысливающих восстание в Кванджу.

'The soldiers are the scary ones,' you said with a half-smile. 'What's frightening about the dead?'

Han Kang явно стала для меня открытием года, это уже второй её роман, который я читаю и насчёт которого я не очень-то знаю, что сказать.

Это исторический роман, который повествует о событиях 1980 года в Корее, когда произошло восстание молодёжи в городе Кванджу против репрессивного режима диктатора Чон Ду Хвана, в котором погибло, по разным подсчётам, от 100 до 2000 человек. Для самой писательницы этот город родной, но во время восстания они с семьёй переезжали в окрестности Сеула, а потому их миновала участь оставшихся. Но в семье всегда упоминали людей, которые выкупили у них дом и дети которых были убиты в этом восстании. Обоим мальчикам было около пятнадцати лет.

Один из них, Dong-ho, и является главным фокусом повествования, однако не такая уж простая композиция текста даёт только проблески и не раскрывает его сути как персонажа. Он является, скорее, символом описываемых ужасов, как один из детей, тело которого толкали перед собой демонстранты во время шествия, закончившегося массовыми расстрелами протестующих. Главы расположены ещё и в разные временные периоды, начиная от самого первого дня восстания и заканчивая эпилогом от 2013 года, в котором сама писательница рассказывает, как наткнулась на историю этого мальчика.

Главы, которые повествуют о ночи перед штурмом школы армией, одни из самых напряжённых, а глава, посвящённая пыткам арестованного в ходе этого штурма юноши, — самая пробирающая и отвратительная (предупреждение для людей, которые не выносят графические описания насилия — глава Prisoner). Но в целом у меня возникло впечатление, что такая сложная структура иногда вставала на пути у моей эмпатии. Некоторых персонажей было очень сложно запомнить, а то, что отдельные главы были написаны во втором лице, добавляло смятения, потому что не всегда было понятно, чей же это голос. К сожалению, голоса персонажей не очень уникальны, они все немного унифицированы, сглажены, что, возможно, получилось из-за перевода (см. скандал с переводом "Вегетарианки" на английский).

Однако некоторые пассажи очень сильно написаны и эмоционально накалены, рассуждения о сути человеческой жестокости очень страшно читать. Автор ставит вопрос: почему некоторые солдаты во время этого восстания вели себя, как звери, а другие — как люди? Почему пока одни соревновались в жестокости, а их командиры поощряли как можно более страшные зверства, другие пытались помогать, относили людей в больницы и отказывались причинять страдания невинным?

"Is it true that human beings are fundamentally cruel? Is the experience of cruelty the only thing we share as a species? Is the dignity that we cling to nothing but self-delusion, masking from ourselves this single truth: that each one of us is capable of being reduced to an insect, a ravening beast, a lump of meat? To be degraded, damaged, slaughtered — is this the essential fate of humankind, one which history has confirmed as inevitable?"

Очень важная и сильная книга, хотя, как мне показалось, более упрощённая структура пошла бы повествованию только на пользу.

Очень тяжёлая книга. Хан Ган известна, прежде всего, своей «Вегетарианкой», получившей Букеровскую премию. «Вегетарианка» была хороша, но «Человеческие поступки» — это совсем другой уровень.

Мы объясним, насколько наивными вы были, когда размахивали национальным флагом, когда пели государственный гимн. Мы докажем, что теперь вы — похожие на диких зверей грязные вонючие тела, гниющие от ран, что вы просто куски мяса.

В 1980 году в Кванджу начались беспорядки. Студенты протестовали против правления военного диктатора — и парни и девушки. Армия беспощадно подавила разгорающееся восстание, устроив натуральную мясорубку. Большую часть студентов они расстреляли, а оставшихся увезли для дознаний. Под «дознаниями» подразумевались избиения, издевательства и пытки.

В чём проблема? Дают деньги и велят бить, так почему не бить?

Хан Ган когда-то сама жила в Кванджу, но её семья переехала до начала беспорядков, а позже лично познакомилась с братом одного из погибших мальчиков, что придаёт её книге реалистичности. В тексте много физиологических подробностей — без смакования, походя, и оттого становится ещё более жутко.

Матери, почему вас сюда привели? Какое преступление вы совершили?

Говорить о таких книгах сложно, с ними нужно ознакомиться самому. Книга маленькая, всего 220 страниц в печатном издании, но проглотить взахлёб лично у меня не получилось. Приходилось то и дело откладывать её и переваривать прочитанное. Очень много боли, страха, чувства вины. Но самое жуткое — это последствия, наступающие спустя год, два, десять лет, тридцать. Мужчины, которые не могут найти себе места в мире. Женщины, которые не могут родить и даже просто вынести близость из-за зверских изнасилований. Матери и отцы, похоронившие своих детей.

В Камбодже убили больше двух миллионов. У нас нет причин не сделать то же самое.

Девятка, а не десятка, по двум причинам. Во-первых, книга очень сумбурная. Чтобы дотошно разобраться, кто, куда и зачем (особенно, с учётом непривычных имён и первого/второго лица) желательно прочесть её дважды. Слишком много скачков взад-вперёд и между персонажами, при этом, сама авторесса совершенно не помогает читателю вникать. И во-вторых, зачем-то в книгу добавлен ПОВ от лица призрака. Эта часть текста выглядит чужеродно и ничего особенного не даёт.

Девять кусочков персика из десяти.

Книга, которую тяжело читать: она выворачивает тебя наизнанку.

Книга, которую опасно рекомендовать: слишком много жёсткости и жесткости.

Книга, о знакомстве с которой я ничуть не жалею!

Хан Ган — южнокорейская писательница, лауреат Международной Букеровской премии (2016) и Нобелевской премии по литературе (2024). Честно, об авторе я ничего не знала до прошлого года. Потом взяла ее "Вегетарианку" и, мягко говоря, не впечатлилась. На этом все бы и закончилось, но одна моя знакомая так горячо высказалась о "Человеческих поступках", что я решила дать Ган второй шанс.

В этом небольшом произведении описывается восстании в Кванджу. Сделано это опосредовано через мысли, воспоминания и ощущения нескольких людей. Шесть глав — шесть историй. Слог хоть и красив, но немного отстраненный, без лишних эмоций. Нет громких заявлений, нет захватывающего сюжета. Но остановиться и бросить книгу просто не можешь. С каждой страницей она поглощает тебя, и ты испытываешь всю боль и страдания героев. А эпилог — просто квинтэссенция всего. В нем автор описывает свой собственный опыт. И если вначале была призрачная иллюзия, что "да, страшно, но истории же выдуманные", то финал прямым текстом говорит: "Все так и было, примите и живите с этим!"

После прочтения только один вопрос: "Люди, что же мы творим?"