Он был из тех впечатлительных людей, которые краснеют до слез от чужой неловкости.

Если мне бы сказали, что за это меня завтра казнят - я все равно бы на нее смотрел.

"Скажите, кстати, как вы придумали свой псевдоним? Я все хотел узнать?»
«Ох, это длинная история», – ответила она с улыбкой.
«Нет, вы меня не понимаете. Я хочу узнать. Скажите, вы Толстого читали?»
«Толстого?» – переспросила Дорианна Каренина. – «Нет, не помню. А почему вас это интересует?»

Он чувствовал, как она идет сзади, и боялся шаг замедлить, чтобы счастье не перегнало его.

Мои книги, мое солнце – что мне еще нужно?

В третье свое посещение он твердо решил улыбнуться ей, однако так забилось сердце, что он не попал в такт, промахнулся.

Густое счастье первой любви неповторимо.

Весь мир был мокр от слез.

Человек первым делом должен жрать, да!

Я, поверьте, всей душой скорблю о Вас, особенно когда вспоминаю Вашу любовь к живописи, к роскошным краскам и утонченным оттенкам, ко всему тому, что делает зрение божественным подарком свыше. Есть люди (Вы и я принадлежим к их числу), которые живут именно глазами, зрением, — все остальные чувства только послушная свита этого короля чувств.

Физическая слепота есть в некотором смысле духовное прозрение.

Нельзя строить жизнь на песке несчастья <..> Это грех против жизни.

Это была глупая мысль. Нельзя же в самом деле взять браунинг и застрелить незнакомку только потому, что она приглянулась тебе.

Ему нравилось помогать жизни окарикатуриться.

- Нельзя строить жизнь на песке несчастья, – говорил Горн. – Это грех против жизни. У меня был знакомый – скульптор, – который женился из жалости на пожилой, безобразной горбунье. Не знаю в точности, что случилось у них, но через год она пыталась отравиться, а его пришлось посадить в желтый дом. Художник, по моему мнению, должен руководиться только чувством прекрасного – оно никогда не обманывает.

Есть множество людей, которые, не обладая специальными знаниями, умеют, однако, и воскресить электричество после таинственного события, называемого «коротким замыканием», и починить ножичком механизм остановившихся часов, и нажарить, если нужно, котлет.

Смерть, - говорил он [Горн] еще, - представляется мне просто дурной привычкой, которую природа теперь уже не может в себе искоренить.

"Прелестная, слова нет, - подумал Ламперт. - А всё-таки в ней есть что-то от гадюки".

... ибо видеть сны - тоже искусство...