Еда Древнего мира

В четвертом веке до н. э. «отец ботаники» Феофраст в «Исследовании о растениях» писал о замечательных деревьях, растущих в Индии: одно из них «очень большое, с удивительно сладкими и крупными плодами», второе-«с листьями продолговатой формы, похожими на птичьи перья; их втыкают в шлемы; длиной они локтя в два». И наконец, третье - «с большими кривыми плодами, сладкими на вкус; они вызывают резь в животе и дизентерию». Таким образом, банан превратился в три разных «дерева» (на самом деле это высокая трава), что, впрочем, не удивительно: Феофраст никогда не видел это растение и пользовался заметками, сделанными спутниками Александра, точнее, копиями этих заметок, снятыми (видимо, не слишком аккуратно) в вавилонском архиве. Что же касается желудочных проблем, которые возникли у воинов Александра (царю пришлось даже отдать специальный приказ, запрещающий употребление бананов), то, скорее всего, солдаты в числе прочего попробовали какую-то из несъедобных разновидностей этого фрукта; кроме того, дизентерия была их постоянным спутником в этом походе независимо от пищи...

Не было тогда и баклажанов - их ели одни лишь индийцы, и никому не приходило в голову везти скоропортящийся овощ за тысячи миль на запад. А когда в чью-то голову эта мысль все-таки пришла, европейцы поначалу не оценили вкусовые качества баклажана и стали лечить им зубную боль и подагру. Вообще говоря, баклажан действительно обладает немалыми целебными свойствами (например, он полезен для профилактики атеросклероза). Но для того, чтобы эти свойства реализовать, его надо есть достаточно много и часто, а сделать это было нелегко: выращивать баклажаны в более или менее заметных количествах в Европе, Африке и Передней Азии стали не раньше позднего Средневековья.

Если знакомство с документами древней Месопотамии вызывает в целом сочувствие к ее вечно голодным жителям, многим из которых приходилось повседневно довольствоваться ячменными лепешками и пивом, то современные им памятники Египта рисуют совершенно другую картину. Здесь глазам исследователя предстает пышное изобилие, и кажется невероятным, что эти две цивилизации существовали практически в одно и то же время, в достаточно близких климатических зонах и имели схожую систему земледелия. Поначалу эта разница представлялась авторам настоящей книги неразрешимой загадкой. В самом деле, почему кухня Междуречья ассоциируется в основном с ячменем и в лучшем случае-с финиками и бараниной, а при мысли о Египте перед глазами встают тучные стада быков, птичники, полные журавлей и уток, столы, заваленные жареными гусями, корзины с разнообразными фруктами, мед, рыба... Неужели египтяне настолько лучше работали?
Разгадка (если, конечно, правы авторы настоящей книги) достаточно проста. Лучше работали не все египтяне, а только египетские художники, чьими стараниями и появилось на стенах гробниц все это невероятное изобилие.

Для возбуждения аппетита греки использовали в том числе и такие блюда, от которых у современного человека (по крайней мере, у авторов настоящей книги) аппетит пропадает: они ели цикад, кузнечиков и акрид. Но как именно их готовили, авторам выяснить не удалось. Насколько им известно, без специального приготовления акриды трудно назвать вкусными, и христианские подвижники ели их в целях умерщвления плоти. Впрочем, современная кухня многих народов мира знает и вяленых, и жареных акрид, и даже акрид и тараканов, залитых сахарным сиропом и превращенных в леденцы с начинкой. Сахара у греков, конечно, не было, но жарить, мариновать или солить их они вполне могли.

Вина в причерноморских степях до прихода греков не знали. Скифы, как могли, пытались восполнить этот недостаток коноплей. Геродот писал: «Взяв это конопляное семя, скифы подлезают под войлочную юрту и затем бросают его на раскаленные камни. От этого поднимается такой сильный дым и пар, что никакая эллинская паровая баня не сравнится с такой баней. Наслаждаясь ею, скифы громко вопят от удовольствия». «Отец истории» был не вполне прав, поскольку семена конопли не содержат канабинола и не являются наркотиком, - надо думать, скифы использовали другие части этого растения. Но так или иначе, им приходилось утешаться коноплей, поскольку винограда на их территории не встречалось.