Полевой госпиталь. Записки военного хирурга

Об авторе: Никола́й Миха́йлович Амо́сов (6 декабря 1913 — 12 декабря 2002, 88 лет) - советский и украинский учёный-медик, торакальный хирург, кибернетик, писатель - доктор медицинских наук, академик АН УССР и Национальной Академии Наук Украины,, Герой Социалистического Труда -женат, дочь

Цитата:

Нужда и бедность не способствуют ни доброте, ни совести, ни чести.

Впечатление: Несомненно такие книги нужны и важны. Так как сама работаю в медицине, в последние 2 года подсела на такие книги-книги написанные врачами. И хочу отметить, что в основном до этого попадались иностранные авторы, а эта книга очень неприятно окунает нас в реалии родной медицины. И эта книга очень сильно отличается от всех книг, которые я читала ранее. Неприятно окунает потому, что врач рассказывает не только свою биографию, но и то, что творилось на фронте в 2-ю мировую, с точки зрения полевого госпиталя. Далее рассказывает про политику от и до, и так, что у меня складывалось впечатление, что я читаю снова учебник Орлова (если вы понимаете о чем я), который так и не дочитала. В общем страшные, непонятные, негуманные вещи и ЭТО все реалии.

О чем книга: Книга сделана в виде дневника, где автор рассказывает нам свою историю. Автор-врач, торакальный хирург, но на фронте это не имело значения и он оперировал и работал наравне с другими хирургами. Ужасы накладывания гипсов на голую рану, ужасы сортировки людей, ужасы условий работы-это все есть в книге без прикрас. После окончания войны Амосов помимо своей практики и обучения, старается еще принимать активное участие в политической жизни страны, так же рассказывая нам о тех погрехах, которые пришлось пережить.

Читать\не читать: читать

Книгу Николая Михайловича Амосова «Полевой госпиталь» я случайно нашла в Музее Победы на 9 мая.

Н.М.Амосов Автор новаторских методик в кардиологии и торакальной хирургии, автор системного подхода к здоровью («метод ограничений и нагрузок»), дискуссионных работ по геронтологии, проблемам искусственного интеллекта и рационального планирования общественной жизни («социальной инженерии»). Доктор медицинских наук (1953). Академик АН УССР (1969) и Национальной Академии Наук Украины, Герой Социалистического Труда (1973).

Даже и не знала, что он написал такую книгу. Кстати об Н. Амосове: я узнала в детстве. Мои родители выписывали журналы, и был такой полезный маленький журнал «Будь здоров», вот там были его статьи... А может, я ошибаюсь. Вообще, до этого момента он у меня ассоциировался строго со статьями на медицинскую тему.

Академик Николай Михайлович Амосов призывал людей вести здоровый образ жизни. Он был наглядным примером того, что физические упражнения продлевают жизнь, делают человека более выносливым и устойчивым к воздействию окружающей среды. "Первобытный человек шагом почти не ходил, а бегал, как и все звери. На шаг его перевела цивилизация. Те отличные резервы, которые создала природа в человеке, запрограммированы в нас очень хитро. Резервы существуют только до тех пор, пока человек максимально их использует, упражняет. Но как только упражнения прекращаются, резервы тают. Это давно известно. Попробуйте уложить здорового человека на месяц в постель, так, чтобы он ни на секунду не вставал, — получите инвалида, разучившегося ходить. Полмесяца потребуется, чтобы поставить его на ноги и унять страшное сердцебиение". Ещё в 40-летнем возрасте он разработал гимнастику: 10 упражнений по 100 движений + ограничения в еде. Так и появился «режим ограничений и нагрузок».

Но именно эта книга не об этом, хотя, конечно, захотелось и другие книги его прочитать. Она о военных днях Н. М. Амосова. Часть книги отражает взгляд молодого хирурга на Великую Отечественную войну, прошедшего этот путь вместе с военным госпиталем. Цитата: ".... За всю войну мне не довелось быть свидетелем броских, эффектных, героических поступков. Но я видел другой, повседневный, ежечасный героизм, видел массовое мужество. Нужно мужество, чтобы переносить страдания. Страдания: физическая боль — острая, когда снимают повязку, когда распирает бедро, поражённое газовой флегмоной. Когда трётся гипс о пролежень на крестце. Когда месяцами болит голова после ранения черепа. Голод и жажда челюстного раненого, с развороченным ртом, не глотающего, которого не могут накормить, пока не привезут к специалистам. Страдания: холод, отсутствие постели, неудобное положение в гипсе. Сколько из них плакало и кричало в палатках, при перевязках и наших хирургических процедурах? Сколько из них плакало и кричало в палатках, при перевязках и наших хирургических процедурах? Единицы... Кто из них просил себе частного, отдельного снисхождения или льготы по тяжести ранения или по чину? Единицы... ".

Во второй части размышления о политике — что тоже интересно почитать — есть над чем подумать.

На воспоминания Н. М. Амосова наткнулся в отзывах Лайвлиба и заинтересовался. Помню, как читал мемуары немецкого врача о Великой отечественной войне

Очень мне запомнились не только самой информацией, но и совершенно иным взглядом в сравнении с обычными военными. Поэтому решил, что наш автор сможет продемонстрировать что-то подобное.

О воспоминаниях. Я от медицины далек, поэтому об авторе ничего не знал. Он же, оказывается, личность в своей сфере известная. Достаточно сказать, что был академиком медицинских наук СССР. Из краткой автобиографии следует, что автор родился в 1913 г. в Вологодской губернии. Беспартийный. Имел несколько образований. Путь из просто практикующего хирурга в ученого врача был непростым. Так в годы войны его первую кандидатскую диссертацию завернули, из-за чего написанные им за годы войны статьи остались рукописными, опубликовать не решился. В послевоенное время разрабатывал различные новые методики лечения, ездил за рубеж, был долгое время депутатом Верховного совета, и при этом продолжал оперировать. На этом фоне находил место чтению научно-популярных лекций в различных городах Советского Союза. Сам он жил и работал в Киеве. Еще автор был тихим диссидентом. Так называю, потому что он привозил из-за границы нелегальную литературу, увозил туда соответствующую самиздатскую (пользуясь тем, что депутатов таможня не шмонала), но при этом открыто против советской власти не выступал. Более того, ка кон сам пишет, до перестройки верил в возможность строительства социализма с человеческим лицом.

Предложенные выдержки из воспоминаний хороши тем, что они имеют редакцию постсоветского времени. Автор открыто высказывает свое отношение к Сталину и советской власти, имеются замечания по самой войне. Но рассуждений здесь немного. Воспоминания, что о войне, что более поздние очень краткие. Неудивительно, при такой загруженности человека расписывать на страницы свои мысли и воспоминания нет времени. Художественного слога тоже нет. Судя по структуре текста, авторские воспоминания о войне основаны на его дневниковых записях.

Автор с самых первых дней войны стал главным врачом Полевого подвижного госпиталя (ППГ) 2266. С ним он прошел всю войну до Германии, а потом еще и по Маньчжурии покатался. Поясню, что начальник или командир госпиталя – лицо сугубо административное, а вот главврач решает все вопросы непосредственно по самой работе госпиталя. В своих лаконичных, но информативных заметках он дает четкое представление о фронтовой медицине. Коротко перескажу основное. ППГ был рассчитан на 200 коек. Но большую часть войны госпиталь принимал в разы больше раненых. Самые трудные дни были в конце 1943 г. в ходе наступления на центральном направлении. У нас не любят вспоминать о боевых действиях на этом фронте после зимнего контрнаступления 41-42 гг. и до операции Багратион. Там же мы потеряли миллионы людей. Сначала под Ржевом, потом тяжело освобождали Смоленск и входили в Белоруссию. Воспоминания Амосова объективно отражают положение дел на фронте. Дак вот, под Гомелем в населенном пункте, где развернулся ППГ Амосова число раненых достигало 2000 человек. В городке протяженностью 2 км были забиты больными все уцелевшие дома, а их хозяева стали нештатными сотрудниками госпиталя. Всего же за годы войны через ППГ 2266 прошло 40 тыс. раненых из которых более тысячи умерло. И это всего лишь один госпиталь из тысяч!

Сильной стороной воспоминаний является то, что автор не боится рассказывать о смертях на операционном столе. Он даже вспоминает, как пытался в начале 42-ого покончить с собой, после одной из таких неудачных операций. Когда описывает тот кошмар, что творился в конце 43-его, то вставляет фразу, что при таком потоке раненых делать качественные операции не получалось. Стоит ли из этого делать вывод, что автор был живодером? Я так не считаю, наоборот, то, что он указывает и об отрицательных сторонах своей работы, показывает его честность и стремление выполнять свою работу качественно.

Конкретных медицинских случаев в тексте немного. Но те что автор вставил очень запоминаются. Так зимой 41-ого ему на стол попал боец с разбитым лицом. Прочитанное хуже любого ужастика. Описывает он последнюю умершую в его госпитале. Фронтовая разведчица Маша. Как не пытались спасти, дотянула только до дня победы. Очень тяжело читать это!

Что касается послевоенных воспоминаний, то они во мне мало вызвали интереса. Конечно, написано все толково. Автор мыслящий человек. Благодаря лаконичности изложения, можно сотни предложений использовать как цитаты. Так говоря о Хрущеве, понравилось следующее:

Даже смешно, когда он в Манеже художников шуганул. Народ и теперь до них не дорос. Впрочем, это не оправдание. Если не растить народ, то и никогда не вырастит

Однако все зависит от того, ради чего ты читаешь книгу. Мемуаров уйма, пишут люди, о чем угодно. У меня тоже есть свои дневники. Но меня интересовали именно военные воспоминания. Если бы, например, мне было интересно, как наша интеллигенция воспринимала советскую жизнь в период 1945 – 1991 гг., то мое внимание было сосредоточено на последних ста страницах.

Теперь о плохом – характеристика издания. Оказалось, что воспоминаний автора много, они переиздаются под разным видом с самыми различными ценами. Пока я нацеливался на одну книгу, скидка на нее исчезла и вместо 700 рублей стала стоить 1200. И тут подвернулась данная книжечка. Я повел себя, как часто со мной бывает, непредусмотрительно и, не просмотрев характеристики, поддавшись ценнику в 500+ р., заказал издание. Что же мне пришло?

Книга формата А5, твердый переплет, бумага серая газетная, объем всего 256 стр. Важно подчеркнуть, что сейчас то и газет на такой бумаге не печатают. Где издатели такую нашли, большой вопрос. На обложке, я так понимаю иишная ерунда. Но виноват, конечно, не искусственный интеллект, а тот оформитель, художником его назвать нельзя, кто счел, что так пойдет. Еще больше нареканий вызывает само содержание. Надерганные главы из разных книг, причем военным воспоминаниям уделено только 123 стр. текста. В начале помещена авторская биография, что оправдано. Со 146 по 255 стр. воспоминания автора о послевоенном времени вплоть до современности, т.е. до конца 90-ых. Следовательно, название книги не соответствует содержанию! Издатель обманул читателя.

Известна поговорка: «Лох не мамонт, не вымрет». Но рассчитывать, что такие как я будут спасать издательства, стратегия тупиковая. На днях прочел, что книжные издательства фиксируют снижение продаж на 15% в сравнении с прошлым годом. Никто из них не задумывается, почему так?! Если книга объемом в 400 – 500 стр. перед новым годом стоила еще 700 р., сразу после стала стоить 1200, а аналогичного объема изданная в 26 году минимум 1200, то никто это покупать не будет. И не надо тут говорить про налоги и т.п., мы все живем в одной стране. Если вы не торгуете бензином, прикрывшись в своем жульничестве СВО, то ваше хапыжничество обязательно приведет к снижению продаж. Не будут и покупать якобы по дешевке электронные варианты, где ценник ниже всего в 2 раза. Цена данной книженции при объеме и качестве не может превышать и 200 рублей! Ну а то, как она скомпонована вообще отправляет ее в категорию «в корзину». Я книги не уничтожаю и оставлю себе, но настоятельно рекомендую потенциальных читателей не мараться этим!