Волшебник Изумрудного города

— Скажи, нет ли у тебя заветного желания?
— У меня? О, у меня целая куча желаний! — И чучело скороговоркой начало перечислять: — Во-первых, мне нужны серебряные бубенчики на шляпу, во-вторых, мне нужны новые сапоги, в-третьих…
— О, хватит, хватит, — перебила Элли. — Какое из них самое-самое заветное?
— Самое-самое? — Чучело задумалось. — Чтобы меня посадили на кол!
— Да ты и так сидишь на колу, — рассмеялась Элли.
— А ведь и в самом деле, — согласилось чучело.

Да, большая сила воли была у этого человека, только, к сожалению, он направлял её не на добро, а на зло.

– Почему ты не предупредил меня, что опасно оживлять рога?
Злопамятная птица ответила:
– Гуамоколатокинт предупредил бы, а Гуамоко не хватило для этого проницательности.

Человеческая память милосердна, — сказала Рамина. — Сначала вам будет грустно и горько, а потом на помощь придет забвение. Прошлое покроется туманной дымкой, и вы будете вспоминать его, как смутный сон, как милую старую сказку.

Девочка спросила:

— Должна я сказать Страшиле, Дровосеку и Льву, что покидаю их навсегда?

— Нет, — ответила фея. — Они такие добрые и мягкосердечные создания, что не стоит огорчать их. Оставьте им надежду. Надежда — великая утешительница в печали…

- Сердце делает очень многих людей несчастными, - сказал Гудвин. - Не очень большое преимущество иметь сердце.

Солдаты увидели одинокого противника, и их свирепые рожи загорелись торжеством, а глаза из пурпурного стекла кровожадно блестели.

- Друзья мои! Страшила мудр по-прежнему, и вот вам доказательство : у меня в голове появились великие мысли. Для борьбы с Урфином у нас нет оружия, и сделать его могут только Мигуны. Но Мигуны живут в Фиолетовой стране, а Фиолетовая страна - не Изумрудная. И я полагаю так, что, когда ты находишься в одной стране, в другой тебя в это время нет. Какой же из всего этого вывод? Мы должны отправиться в Фиолетовую страну!

Воспитанию капралов Урфин Джюс посвятил много времени. Капралы должны были понять, что в сравнении со своим повелителем они - ничтожество, и любой его приказ для них - закон. Но для солдат они, капралы, - требовательные и суровые начальники, их подчинённые обязаны их почитать и повиноваться им.

Волшебным книгам надо верить.

– Друзья мои! Страшила мудр по-прежнему, и вот вам доказательство: у меня в голове появились великие мысли.

Я люблю помогать другим в несчастье, особенно, когда это не стоит мне большого труда…

- Нет, девочка, это было не так, - рассмеялся Чарли. - Победить людоедов я не мог : их были тысячи, а я один. Но знаешь, они оказались славными ребятами, эти людоеды. Когда я доказал, что живой принесу больше пользы, чем зажаренный на костре, обитатели Куру-Кусу охотно оставили меня в живых.

У дурака не может быть доброго лица, у него на это не хватит ума.

Урфин Джюс шел один, его не окружала стража, наоборот, люди сторонились его, и в этом кольце угрюмых лиц и ненавидящих взоров бывший диктатор чувствовал себя хуже, чем если бы его посадили в темницу.

Из этого летописец сделал два важных вывода. Во-первых, Урфин вступил на престол по законному праву, как наследник древних владык. Во-вторых, волшебницы Стелла и Виллина без всякого на то права и основания присвоили земли Урфина, и на этих наглых захватчиц надо пойти войной и лишить их владений.
В награду за свой труд летописец получил серебряный подстаканник, отобранный у одного купца и еще не попавший в дворцовые кладовые.

Через три дня после пира придворный летописец представил обширный доклад, где с неопровержимой ясностью выводил род Урфина от древних королей, когда-то правивших всей Волшебной страной.

Руф Билан получил должность главного государственного распорядителя, что равнялось рангу первого министра, но, когда он напомнил правителю обещание щедро наградить его золотом, Урфин
Джюс очень удивился. Филин, вероятно, что-то напутал, ничего такого ему не поручали говорить.

Ты научила нас самому дорогому и самому лучшему, что есть на свете, – дружбе!..

Черты лица почти изгладились, и скверно было с мозгами: сырость подвала оказала на них вредное действие.

- Ну, девчушка, клянусь всеми черепахами Куру-Кусу, твой вахтенный журнал заполнен необычайными вещами!