Салимов удел (Жребий)

Иногда мне даже удивительно, как дома не стонут от ужасов, которые происходят во сне

В дальнем углу, почти вплотную к стене, стоял гроб Барлоу, напоминавший саркофаг, в который укладывают мумию. В изголовье плясали огоньки, похожие на огни святого Эльма.

Ему вдруг подумалось, что основой всех страхов является именно это: чуть приоткрытая дверь в неведомое.

– В провинциальных городках, подобных нашему, хорошее встречается редко. Чего нельзя сказать о безразличии, замешанном на невольном или – что гораздо хуже – намеренном зле.

... и многие ученики на его примере осознали, что преданность делу, какой бы эксцентричной и жалкой ни казалась, может быть достойна уважения.

Даже по прошествии двадцати пяти лет шрамы от пожара так и не зарубцевались полностью, что лишний раз напоминало о простой истине: среди жизни всегда ходит смерть.

Еще Марк Твен сказал, что роман- это признание человека во всех преступлениях, которых он никогда не совершал.(Бен)

Хэл знал людей. Они делились на два вида: тех, кем можно помыкать, и тех-кем нельзя. Причем первых было раз в десять больше.

Ещё чудо, что, живя в таком мире, священники не попадают в психушку!

Во всех маленьких городках скандалы никогда не затухают надолго, они тлеют постоянно, как угли в жаровне, готовые в любой момент ярко вспыхнуть.

Кажется, Томас Карлейль сказал, что если человек низвергает Бога в своем сердце, то на его престоле обязательно воцарится Сатана .

Когда во второй половине сентября на смену иссушающему лету приходит осень, она кажется приехавшим погостить старым другом. Будто он устраивается в вашем любимом кресле, раскуривает свою трубку и рассказывает, где был и чем занимался все то время, что вы не виделись.

Люди в этой стране никогда не знали, что такое голод или нужда, - во всяком случае, два последних поколения. Да и прежде их невзгоды носили весьма условный характер. Их несчастья сродни огорчению ребенка, уронившего мороженое на вечеринке по случаю дня рождения. В них нет... - как это будет по-английски? - потери жизненной энергии. Они с энтузиазмом проливают кровь друг друга.

Понять смерть? Конечно. Это — когда чудовища, наконец, добрались до тебя.

Жизнь в городе обыденна и чувственна, она опьяняет. С наступлением темноты город принадлежит тебе, а ты – городу, и вы вместе проваливаетесь в глубокий сон, становясь бесчувственными ко всему окружающему подобно валунам на дальнем поле.

Она не верила в любовь с первого взгляда, но вполне допускала, что неожиданное физическое влечение (которое обычно принято называть невинным словом «влюбленность») человек может испытывать достаточно часто.

... но у маленьких городков долгая память и рассказы об ужасах передаются из поколения в поколение.

Это свидетельствует в общем-то только об одном: в Америке даже свинья может обрести бессмертие...

– Вам не за что извиняться. Писатели любят говорить о своих книгах.