Салимов удел (Жребий)

Если на год запереть психиатра в комнате с человеком, считающим себя Наполеоном, то кто выйдет оттуда - два нормальных человека или два Наполеона?

Крест, хлеб и вино - только символы. Без веры крест - простое дерево, хлеб - испеченное зерно, а вино - сок винограда.

Основа всех людских страхов - приоткрытая дверь.

Ребенок, подсчитывающий, во что ему обойдется то-то и то-то, уже не ребенок.

В Америке пропавшие люди так же обычны, как пирог с вишнями.

Я всегда говорил, что в больницах мало атеистов, а в реанимации почти нет агностиков.

Плакать - это как вылить вон всю память.

В конце концов ты всегда упираешься в стену родительской любви, так похожую на обитые мягким войлоком стены тюремной камеры. Искренность этой любви лишала всякого смысла как дальнейшее препирательство, так и уже состоявшееся.

"Глаза - окна души," - сказал Вордсворт. Эти окна открывались в пустую комнату.

Роман - признание во всем человека, который так ничего и не совершил.

Если страх нельзя выразить словами, он непобедим.

Хороший священник должен знать не только высоты, которых может достичь человеческая натура, но и возможные глубины её падения.

...зло, сотворенное человеком, не исчезает с его смертью.

Дай, Господи, мне МУДРОСТЬ принять то, что я не в силах изменить, РЕШИМОСТЬ изменить то, что я могу, и УДАЧУ, чтобы не облажаться.

- Еще Марк Твен сказал, что роман - это признание человека во всех преступлениях, которых он никогда не совершал.

В конце-концов ты всегда упираешься в стену родительской любви, так похожую на обитые мягким войлоком стены тюремной камеры.

Иногда мне даже удивительно, как дома не стонут от ужасов, которые происходят во сне.

Мне кажется, что людям легко верить в возможность телепатии, ясновидения или телеплазмы, поскольку их это в общем-то не затрагивает и не мешает спокойно спать по ночам. А вот с мыслью, что зло, сотворенное человеком может пережить своего создателя смириться не так просто.