Дублин

Творить с историей можно всякое: долгое время принято было вколачивать её со всей дури в ближайшую стенку и вешать сверху картинку. Например, многофигурное полотно в надёжной раме подробностей, с жирными мазками сюжета, прописанной светотенью характеров, с аллегорической композицией и уводящей в даль перспективой, полотно, на котором уместно будут выглядеть и батальные сцены, и барочные гирлянды с завитушками, и традиционно жиденько читающийся на заднем плане пейзаж, пышные драпировки и обнажённые тела в полном расцвете физиологических подробностей, и пятки блудного сына, и силы небесные, надзирающие из правого верхнего угла, и автор, выглядывающий из-за плеча второстепенной фигуры заказчика, и возникшие естественным путём или искусно наведённые кракелюры. Можно ещё повесить автопортрет в костюме соответствующей эпохи — перемещение во времени себя любимого и освещение придирчиво избранных событий с высокомерной точки зрения потомства. Можно просто всё забрызгать краской от души, с размаху, как прилетит — так и красиво, в том и правда, или аккуратненько залить пустоту чёрным до краёв — другой не годится. Можно повесить криво, можно вверх ногами, лицом к стене или в подсобку. Можно вообще ничего никому не вешать — не писать, то есть, никаких исторических романов. С чем тут же и согласились — навалят в кучу всякого, табличку концептуальную установят — разбирайтесь, кому не лень. Всё это вот, в рамках, давно не актуальное, прости господи, искусство — оно на полках, усердно собранных предками в обмен на макулатуру, оно в музеях под охраной строгих старух, всё учтено, каталогизировано, доступ закрыт, мест нет. И Эдвард Резерфорд, старательно выписывающий свои бесконечные «лондоны», «парижи», «нью-йорки», хорошо это понимает, на звание художника не претендует и плотно осваивает проходную нишу, ту, что на выходе — там, где репродукции, путеводители, открытки, тарелочки с видами городов и прочие сопутствующие праздношатающемуся ценителю ходовые товары. Плоские, глянцевые, набившие оскомину, отретушированные, с передержанной в сепию цветовой гаммой — мне совершенно не интересные (и не только по причине тотального отсутствия денег и вкуса к накапливанию барахла), но, вроде как, необходимые, чтобы никто не усомнился — вон я где был и чего видал, а не только в аквапарке головой стукнулся.

И, конечно, нечестно, очень нечестно предварять продукцию Резерфорда цитатой из Джойса - примерно, как писать на коробке с синтетическим соком «100 % вкуса на 20 % дешевле». Но как-то же надо продавать этот мерч самому себе, нагружать щемящими аллюзиями, привычной атрибуцией, хоть каким-то смыслом, оживлять умозрительный конструктор лего «Дублин» - поголовно испытывающие иррациональную любовь к Ирландии соотечественники на ура должны с этим справляться, каждый своим секретным способом. И если б мне попалась прям в руки эта серая книжка в своей серой обложке (терпеть не могу серые обложки), я бы может и радужными понями, впряжёнными в призрачную колесницу Кухулина её разрисовала, не только Джойсом, а, может, в шкуру любимой коровы святого Кириана переплела — не просто же так воду лить на эти неповоротливые жернова, чем я и занимаюсь сейчас, после того как удалила текст из ридера — много места занимает - и худо-бедно вправила челюсть, вывихнутую на 635 примерно странице особо смачным зевком (заразно, правда?)

Формально тут всё правильно: есть специфическое пространство — ладно, пусть будет Дублин, хотя речь в книге об Ирландии и её беспрестанных неприятностях в целом (слышала, издатели просто порвали резерфордофский труд «Ирландия» пополам — а то такой солидный не брал никто сразу), есть объединяющие, настырно следующие один за другим периоды времени, есть персонажи, передающие места в этой истории по наследству, и вроде как призванные втянуть в неё читателя, сделать его свидетелем не только перипетий своих коротеньких и узнаваемо перепутанных жизней, но и некоего поддающегося анализу исторического процесса. Но при всех внешних атрибутах саги у автора выходит полная её противоположность: на фоне католическо-протестантских качелей, казни королей, экспансии англичан, славных революций, великого голода, холеры и повальной эмиграции (галопом, не сбиваясь с курса, заданного любым учебником, включая википедию) характеры героев не выявляются, а нивелируются до полного расфокуса, до осознания, что нет никакой необходимости запоминать, кем и в какой последовательности приходятся друг другу все эти Смиты, Уолши, Дойлы и О'Бирны, существовали они когда-нибудь в реальности, или просто понадобились Резерфорду для массовки. Только что ты приготовился наблюдать за переживаниями юной порывистой девы, влюблённой в «типичного» ирландца — слабого, но обаятельного, и - раз — она уже дауна родила от другого такого же, только что бесплодные родители стояли на коленях у священного колодца, вымаливая младенца — бац — а он уже скончался в преклонных годах, перспективная линия фанатичного и коварного кальвиниста Пинчера рассасывается сама собой — скачем дальше, Кромвель мимо пробежал - и сгинул, родные братья, предусмотрительно воспитанные в разной вере — взаимозаменяемы, Морин, плачущая над издевательской карикатурой в лондонской газете — где она, куда канула? Туда же, куда остальные, чьи судьбы по задумке автора, вроде как, столь тесно переплетены — просто жили-жили такие не мясные, не карамельные, а потом умерли — и всё, потом новые родились. Спросите: а разве иначе бывает? Скажете: шикарная книжка, надо сериал снимать? Надо. В том случае, конечно, если вам не про людей интересно, а про деление амёб в дурной бесконечности. И даже на декорации бюджет уйдёт минимальный, потому что упомянутый исторический фон из википедии — не фон даже, а эхо, тени на стене, даже не тени — они хоть живые, а репродукции, открыточки, тарелочки, весь этот хлам.

Резерфорд, нет слов, вызывает уважение мерчендайзерским талантом терпеливо раскладывать свой товар по полочкам, но, чесслово, читать его «Дублин» в разгар Самайна — чем-то похоже на нарушение гейса.

На чтение этой книги у меня ушло почти 4 месяца. Даже не потому, что она объёмная, а потому что не захватила. Периодами было интересно, но слишком много политики, упора на религию... Впрочем, без всего этого было бы неполное впечатление от описываемой ситуации.
Тем не менее, складывалось впечатление, что изначально задумка автора была другой, описание одного периода должно бы плавно перетекать в другой, но что-то пошло не так и получилось то, что получилось...
Заканчивается каждый временной период резко. Только привыкаешь к одному поколению, к их быту, привычкам, укладу жизни, время течёт неумолимо, уже знакомимся с их взрослыми детьми, затем внуками.
Дальше - больше! Просто стали выпадать куски десятилетий(!), уже не каждый раз знакомимся с новым поколением, иной раз вскользь упоминается, Ху из Ху. Постепенно это превращается в некую головоломку. Под конец, уже не пытаешься вникать и вспоминать, кто из какой ветки поколений. Смешались все: и Смиты, и Бирны-О'Бирны, Уолши...
В общем, те, кто запутался в книге "Сто лет одиночества", к этой приступать не советую.
Книга абсолютно затянута. Да, скажете Вы, у Резерфорда все произведения огромные. Но это, пожалуй, самое скучное и затянутое искусственно.
Лучше было бы чуть подкорректировать, всё же не черновик. Пусть бы эта книга была не в стиле с предыдущими по количеству страниц, воспринималось бы легче.
Автор пытался объять необъятное и у него получилось слабо.
Завысить оценку не могу, но и занижать тоже не буду, ведь, есть в ней и увлекательные страницы.
Книга-авантюра, практически всё в ней - художественный вымысел, герои разные, от аристократии до простых людей из деревень.
Рекомендовать не могу, уж слишком она на любителя и точно не для первого знакомства с творчеством автора.

Выхваченная из контекста цитата наилучшим образом иронично передает мои впечатления от "Дублина" Резерфорда. В некотором смысле эта книга совершенна. Она абсолютно ровная на протяжении всего текста, ничего не провисает и не выпирает: восстания, войны, свадьбы, разлуки, взлеты и банкротства - ничто не вынуждает жизнь нарушить ритм. Композиция не меняет пульса: завязка - кульминация - развязка... завязка - кульминация - развязка... Еще и еще. Ты в машине времени, которая движется через историю, преодолевая с каждым шагом десятилетия. Беглый осмотр вокруг и - полюбил ты или возненавидел - непреодолимое ритмичное движение времени гонит тебя дальше. И вот перед нами дети... внуки... правнуки первых героев. Поколения меняются, мы в общих чертах знакомимся с персонажами, сопереживаем их судьбам, удивляемся их характерам, но не в состоянии задержать мгновение, что-то вернуть или исправить, предупредить или предсказать и остаемся только отстраненными наблюдателями.

Идеальный сериал. Или нет?.. Мы не видим всей жизни ни одной семьи, только несколько выхваченных эпизодов у тех и у этих. Мы не успеваем прикипеть к героям. Я долго привыкаю к ​​людям (потому объемный роман менее стрессовый, чем рассказ), но в итоге не отвыкаю. Мне больно читать о смерти персонажей. И их продолжение в детях и внуках не дает облегчения. А вот уходят и внуки, и правнуки... Даже жизнь не кажется такой жестокой, как эта книга - поколения же не меняются так быстро, как листаются страницы.

Не могу понять, это мастерство автора или случайность. Книга очень похожа на жизнь. Да, бывают чрезвычайные происшествия, войны, измены, убийства... но в целом нет острых углов, нет абсолютных злодеев и героев (а если есть, то только с точки зрения их оппонентов или из-за стечения обстоятельств). Нет - выводов. Развязка не ставит конечной точки. Торговцы, священники, поэты, фермеры, повстанцы, предатели, домоседы, алкоголики, неудачники и актеры. Мне хотелось более ярких, законченных историй, более художественных... а они жизненные. Из некоторых линий будто торчат концы-хвосты, но и это очень правдоподобно.

Описания самого Дублина кое-где встречаются, рассказывается о его росте, появлении новых зданий. Но это между прочим, город - точно не участник и не персонаж книги, а случайный фон, иногда упомянутый, а часто забытый. А кажется, вот был бы в книге какой-то артефакт через века, который соединял бы персонажей и повествование - здание, микрорайон Дублина, дерево, семейная реликвия (как золотой шар Свенсен)... Но артефакты являются, беспокоят пару поколений и забываются (старый колодец, Глендалох, посох Патрика) - и это тоже не книжное, а жизненное. Зеленые глаза и шальной характер - вот хороший артефакт, но и на нем нет сильного акцента (как у Маркеса : "все Аурелиано"... не помню что). И я не могу назвать это недостатками книги, ведь и это очень правдоподобно. Но я... я в ущерб хаотичной жизненности и скучной правдоподобности добавила бы художественности, яркости, сюжетности.

Некоторые поступки персонажей мне непонятны. Как и "историческая мотивация". Я слышала, что нации формировались преимущественно в 19 веке, но разве это значит, что национальные восстания также стали национальными только тогда? В книге Резерфорда до 19 в. все ирландские политические движения выступают исключительно в поддержку английского короля или английского же парламента. Неужели мысль о самостоятельной Ирландию никому и в голову не приходила? Противостояние католиков и протестантов мне было интересным (есть же стереотип о беларусской толерантности, когда в одном местечке обычным делом было сосуществование церкви, костела, синагоги и мечети, а то и кирхи заодно), но также какой-то логичности и связности, систематичности я не почувствовала в книге. У меня не сложилось свое мнение и видение ситуации. Признаю, это тоже очень правдоподобно: то бытовое безразличие к догматическим спорам, то бытовая же нетерпимость к "неправильному" соседа, то меркантильность в избрании конфессии, то стойкая верность корням...

Я почему-то необъяснимо люблю Ирландию и Шотландию - может, вопреки имперскости Британии? За то, что слабее? За жажду независимости, за горы, четырёхлистный клевер и... килты?.. К сожалению, полноценной картины ирландской истории, связной и последовательной у меня после "Дублина" не сложилось. Будто бы там упоминаются важные события: сражения, волны эмиграции, английские короли, попытки восстаний, упоминаются Свифт и Джойс, картофель и большой голод. И не то чтобы я хотела прочитать художественный учебник... Но... Может, если бы была отдельная книга о каждом событии?.. Может, мне больше понравилась бы погруженная в предания и сказки первая часть - "Ирландия"? Мне не хватает слов, чтобы объясниться: "Дублин" не плохой и не хороший... никакой?

А вот перевод и редактура могли бы быть лучшими. Неуклюжие конструкции английского синтаксиса дополняются несколькими перлами: "как один из тех глупых девственниц из евангельской притчи" (одна из неразумных дев - должно было бы быть написано?), "доктор Пинчер весьма польстило" и пр.

И я все думала: я хочу такую ​​книгу об истории Беларуси. От Полоцкого княжества через основные столицы Великого Княжества Литовского - Новогрудок - Вильня - Минск - к БНР. Судьба двух семей, в которых рождались бы то герои, то предатели, которые то возносились бы, то падали, дружили и враждовали... Такую толстую-толстую книгу, но легко-легко написанную, на которую западали бы подростки, выбирая героев под себя, и которую можно было бы давать иностранцам для художественного ознакомления с историей моей страны. Правда, когда я пытаюсь прокрутить в голове возможные сюжеты, у меня не получается продолжить их через столько веков. Островное положение Ирландии, возможно, давало ей определенное преимущество по сравнению с открытостью европейского пространства?.. То мои персонажи погибают при Синих Водах от татар, то теряют друзей при Грюнвальде, их вырезают войска Ивана Грозного или Петра Первого... Герои меняют язык и убегают глубоко на Запад или занимают высокие должности на Востоке, забывая о родине... И также, как в Ирландии, каждое поколение, как пульс нации, дает толчок крови новому восстанию (1790-е, 1830-е, 1863 - ровно поколение!). Зимний дуб (некоторые дубы, не сбрасывающие листья на зиму), который мог бы быть символом Края, снова и снова страдает от войн и виселичных веревок... И предатели представляются ярче, чем герои... Кажется, моей истории очень не хватает хэппи-эндов...

Па-беларуску першатэкст...

Тутака...

Выхапленая з кантэксту цытата як найлепш іранічна перадае мае ўражанні ад "Дубліна" Рэзерфорда. У некаторым сэнсе гэтая кніга дасканалая. Яна цалкам роўная цягам усяго аб'ёму, нічога не правісае і не выпірае: паўстанні, войны, вяселлі, расстанні, узлёты і банкруцтвы - нічога не змушае жыццё парушыць рытму. Кампазіцыя не мяняе пульсу: завязка - кульмінацыя - развязка... завязка - кульмінацыя - развязка... Яшчэ і яшчэ. Ты ў машыне часу, якая робіць мерныя крокі праз гісторыю, адольваючы з кожным рухам дзесяцігоддзі. Беглы агляд вакол - і палюбіў ты ці ўзненавідзеў - неадольная хада часу гоніць цябе далей. І вось перад намі дзеці... унукі... праўнукі першых герояў. Пакаленні змяняюцца, мы ў агульных рысах знаёмімся з персанажамі, суперажываем іх лёсам, здзіўляемся іх характарам, але не ў стане затрымаць імгненне, нешта вярнуць ці выправіць, папярэдзіць ці прадказаць і застаемся толькі адхіленымі назіральнікамі.

Ідэальны серыял. Ці не?.. Мы не бачым усяго жыцця ні адной сям'і, толькі некалькі выхапленых эпізодаў у тых і ў гэтых. Мы не паспяваем прыкіпець да герояў. Я доўга прывыкаю да людзей (таму аб'ёмны раман менш стрэсавы, чым апавяданне), але ў выніку не адвыкаю. Мне балюча чытаць пра смерць персанажаў. І іх працяг у дзецях і ўнуках не дае палёгкі. А вось адыходзяць і ўнукі, і праўнукі... Нават жыццё не падаецца такім жортскім, як гэтая кніга - пакаленні ж не змяняюцца ажно так хутка.

Не магу зразумець, гэта майстэрства аўтара ці выпадковасць. Кніга вельмі падобная да жыцця. Так, бываюць надзвычайныя здарэнні, войны, здрады, забойствы... але ў цэлым няма вострых вуглоў, няма абсалютных зладзеяў і герояў (а калі ёсць, гэта толькі з гледзішча іх апанентаў або праз збег абставінаў), няма - высноў. Развязка не ставіць канчатковай кропкі. Гандляры, святары, паэты, паўстанцы, здраднікі, сямейнікі і акторы. Мне хацелася больш яскравых, закончаных гісторый, больш мастацкіх... а яны жыццёвыя. З некаторых ліній нібыта тырчаць канцы-хвасты, але і гэта вельмі праўдападобна.

Апісанні горада сям-там сустракаюцца, паказваецца яго рост, з'яўленне новых будынкаў. Але гэта паміж іншым, горад - дакладна не ўдзельнік і не персанаж кнігі, а выпадковы фон, часам згаданы, а часам забыты. А здаецца, вось быў у кнізе нейкі артэфакт праз стагоддзі, які злучаў бы персанажаў і аповед - будынак, мікрараён Дубліна, дрэва, сямейная рэліквія (як залаты шар Свенсан)... Але артэфакты з'яўляюцца, турбуюць пару пакаленняў і забываюцца (стары калодзеж, Глендалох, кій Патрыка) - і гэта таксама не кніжнае, а жыццёвае. Зялёныя вочы і шалёны характар - вось добры артэфакт, але і на ім няма моцнага акцэнту (як у Маркеса : "усё Аўрэліяна"... не помню што). І я не магу залучыць гэта ў хібы кнігі, бо і гэта вельмі праўдападобна. Але я... я на шкоду неахайнай хаатычнай жыццёвасці і сумнай праўдападобнасці дадала б мастацкасці, яркасці, сюжэтнасці.

Некаторыя ўчынкі персанажаў мне незразумелыя. Як і "гістарычная матывацыя". Я ведаю, што нацыі фармаваліся пераважна ў 19 стагоддзі, але няўжо гэта значыць, што нацыянальныя паўстанні таксама сталі нацыянальнымі толькі тады? Да таго ўсе палітычныя рухі ў кнізе выступаюць выключна ў падтрымку ангельскага караля або ангельскага ж парламенту. Няўжо думка пра самастойную Ірландыю нікому і ў галаву не прыходзіла? Супрацьстаянне каталікоў і пратэстантаў мне было цікавым, але таксама нейкай лагічнасці і звязнасці я не адчула ў кнізе. Прызнаю, гэта таксама вельмі праўдападобна: побытавая то абыякавасць да дагматычных спрэчак, то нецярпімасць да "няправільнага" суседа, то меркантыльнасць у абранні канфесіі, то нязломная вернасць караням...

Я чамусьці невытлумачальна люблю Ірландыю і Шатландыя - можа, насуперак імперскасці Брытаніі? За тое, што слабейшыя? За прагу незалежнасці, за горы, чатырохпялёсткавую канюшыну і... кілты?.. На жаль, паўнавартаснай карціны ірландскай гісторыі, звязнай і паслядоўнай у мяне пасля "Дубліна" не склалася. Нібыта там згадваюцца важныя падзеі: бітвы, хвалі эміграцыі, ангельскія каралі, спробы паўстанняў, згадваюцца Свіфт і Джойс, бульба і вялікі голад. І не тое каб я хацела прачытаць мастацкі падручнік... Але... Можа, каб была асобная кніга пра кожную падзею?.. Можа, мне больш спадабалася б заглыбленая ў паданні і казкі першая частка - "Ірландыя"? Мне не хапае слоў, каб вытлумачыцца: "Дублін" не дрэнны і не добры... ніякі?

А вось пераклад і рэдактура маглі б быць лепшымі. Няўклюдныя канструкцыі ангельскага сінтаксісу дапаўняюцца некалькімі перламі: "как один из тех глупых девственниц из евангельской притчи" (одна из неразумных дев - павінна было б быць напісана), "доктор Пинчер весьма польстило".

І я ўсё думала: я хачу такую кнігу пра гісторыю Беларусі. Ад Полацкага княства праз асноўныя сталіцы Вялікага Княства Літоўскага - Наваградак - Вільня - Менск - да БНР. Лёс дзвюх сем'яў, у якіх нараджаліся б то героі, то здраднікі, якія то ўзляталі б, то занепадалі, сябравалі і варагавалі... Такую тоўстую-тоўстую кнігу, але лёгка-лёгка напісаную, на якую западалі б падлеткі, выбіраючы герояў пад сябе, і якую можна было б даваць замежнікам для мастацкага азнаямлення з гісторыяй маёй краіны. Праўда, калі я спрабую пракруціць у галаве магчымыя сюжэты, у мяне не атрымліваецца прадоўжыць іх праз столькі стагоддзяў. Астраўное становішча Ірландыі мо давала ёй пэўную перавагу перад адкрытасцю еўрапейскай прасторы?.. То мае персанажы гінуць пры Сініх Водах ад татараў, то страчваюць сяброў пры Грунвальдзе, іх выразаюць войскі Івана Жахлівага або Пятра Першага... Героі мяняюць мову і ўцякаюць ад глыбока на Захад або займаюць высокія пасады на Усходзе, забываючыся пра радзіму... І таксама, як у Ірландыі, кожнае пакаленне, як пульс нацыі, дае штуршок крыві новаму паўстанню (1790-я, 1830-я, 1863 - роўна пакаленне!). Зімовы дуб, які мог бы быць сімвалам Краю, зноў і зноў церпіць ад войнаў і шыбельных вяровак... І здраднікі ўяўляюцца ярчэй, чым героі. Здаецца, маёй гісторыі бракуе хэпі-эндаў...

• Two tickets to Dublin.
• Куда, блин?
• Туда, блин.

С Ирландией все непонятно. Почему до сих пор вооруженные столкновения на улицах, их ведь не вчера завоевали, за столько сотен лет не ассимилировались? Почему живут у себя хуже русских, в то время, как в Америке потомки ирландских эмигрантов сумели стать белой костью, промышленниками, политиками. Почему умирали от голода в центре Европы, в середине просвещенного XIX века? Почему, живя в окружении флегматичных северных народов с лошадиными лицами, хороши знойной красотой кастильских грандов и демонстрируют южный темперамент?

Ирландия моя священная рана. Бывает, встретишь что-то. причиняющее боль, чего не можешь понять-принять-осмыслить. Рада отбросить, да не получается - это уже вошло в тебя. Задвигаешь подальше внутрь, чтобы не задеть ненароком и живешь как прежде, но вот повернешься как-нибудь неловко и опять саднит-болит-кровоточит. Не заживает до конца. Очарование Изумрудного Острова, где герой Кухулин исполнял работу пса, а Тристану и Изольде некуда было деться от любви, и до "Сестер Магдалены" горчило трагической предопределенностью. Но вот фильм обрушился, а с ним обыденное знание, что в просвещенной западной стране во второй половине XX века существовали приюты, куда девочку-подростка могли запереть за флирт с мальчиками; за то, что забеременела, не будучи в браке или за то, что ее изнасиловали. А там хуже, чем в тюрьме: там издеваются, унижают, заставляют рабски трудиться, там могут убить ребенка, рожденного юной грешницей и зароют тут же в подвале. И покроют все именем Божьим - впору сделаться атеисткой.

Положим, исчерпывающего ответа на все вопросы восемь сотен страниц романа Резерфорда не дадут, но с большинством справятся. Это редкий случай, когда аннотация права, читать "Дублин" имеет смысл тем, кто по каким-либо причинам интересуется Эрином: был там, собирается поехать или как я - переживает острый когнитивный диссонанс. Прочим я бы не рекомендовала, у книги очень высокая плотность поверхностного натяжения. В этот текст не вносит вихрем, как в романы Стивенсона, не въезжаешь в него и галопом, как к Дрюону; даже с неспешной рысью дартаньяновой лошади не сравнить начало чтения. С "Дублином" тянешь за собой неповоротливую. перегруженную персонажами, конструкцию, как бурлак на Волге.

Книги Резерфорда относятся к тому крепкому жанру исторического романа, каким еще Вальтер Скотт радовал читателя, ни изыски модерна и постмодерна не коснулись его, ни вольность нового времени в обращении с сексом и насилием. Это целомудренно до пуританизма, а из многообразного описательного арсенала современности: кишки, гной, раздутые трупы разной степени разложения, рои мух и кишащие личинками раны, кровавый понос - автор оставил на своих страницах только кровь в батальных эпизодах. Посредством одной только алой краски и занавеса, опускаемого над интимными сценами, достиг перманентного лидерства своих книг в списках бестселлеров, а суммарный тираж перевалил за пятнадцать миллионов (и это только на бумаге в наш, сплошь читающий в цифре и аудио, век).

Раз читают. значит интересно? Н-ну. скорее всего, так и есть, потому что имеется ведь еще немалый сегмент поклонников исторической литературы, к числу которых не принадлежу. Тех, кого интересует возможность познакомиться с бытом и нравами, подоплекой исторических событий, более красочными, чем в учебнике, подробностями военных кампаний. Тех кто, как я, не поклонник жанра, не стану успокаивать уверениями, что через первые двадцать (пятьдесят, сто) страниц станет интереснее. это случится ко второй половине книги. Первая оставляет впечатление тщательного кустарного опуса: герои марионетки, которым всю сложность психической жизни заменяют одна-две черты; живым и мотивированным выглядит лишь носитель зла в романном пространстве, доктор Пинчер.

Однако вот какая штука, на данной стадии и не нужны живые полнокровные герои. Сколько понимаю, здесь Эдвард Резерфорд ставит целью проиллюстрировать персонажами своего марионеточного театра историческую подоплеку крайне непростого ирландского феномена (помните сто тысяч "почему" и когнитивный диссонанс?) И, должна признать, это блестяще удается. Горечь людей, которых периодически, по капризу задней левой ноги очередного правителя и в стремлении пополнить бюджет облагают непосильными налогами, сгоняют с обжитых мест, отобрав дома и землю; позволяют вернуться, выкупив свою прежнюю собственность и снова отбирают. чтобы передать кому-то другому. Это покруче будет, чем среди родных берез. Мы у себя привыкли, что родное правительство не тем, так иным способом ограбит народ и все время ждем подвоха. Какой же уровень внутренней нестабильности и недоверия властям предержащим должен за века выработаться у них?

Сменяются времена, неспешным гобеленом продолжает ткаться история страны со вспомогательными фигурками отдельных людей и целых родов. Эффект телесериала: когда можешь мысленно ставить вешки: а это сын того-то, и внук того-то, герои становятся ближе. Чуть более высокими и яркими верстовыми столбиками мелькают камео реальных исторических персонажей: правителей, полководцев, знаменитостей. А потом глава о голоде и ты уже не сможешь воспринимать книгу как беллетризованную историю. Судьба Морин такая живая и больная, скручивает тебя изнутри жгутом - вот так. значит, все было! Фитофтора и четверть населения страны умирает от голода, вот тебе и прообраз биологического оружия.

Если на этапе Морин это просто очень хорошее, не в последнюю очередь за счет темы, чтение, то с графиней Кейтлин становится отличным, а финал, так и вовсе изумительно хорош. Ну а как твоя священная рана? Затягивается.

В детский сад прислали двух солдат чинить электропроводку. Детишки стали ругаться матом. Заведующая идет жаловаться лейтенанту. Тот вызывает обоих солдат.

• Выражались?
• Никак нет, товарищ лейтенант. Рядовой Макеев паял провода, я держал внизу стремянку. Потом раскаленное олово стало капать мне на голову.
• А вы что?
• А я и говорю: рядовой Макеев, не капайте мне, пожалуйста, оловом на голову!

  На уроке истории нам классе в шестом задали факультативным заданием написать небольшой сценарий по какому-нибудь из эпизодов истории Великобритании. Летом мы читали «Историю Англии для юных» Чарльза Диккенса, поэтому вдохновение и сюжеты было решено черпать из неё. Тогда у меня ничего не получилось: по неопытности я вкладывала в уста героев повествовательные предложения. Условно говоря, пишет Диккенс: Елизавета I решила быть королевой-девственницей, я и заставляла несчастную Елизавету гордо заявлять: «Я решила стать королевой-девственницей». Когда я перечитала «сценарий», то решила его не сдавать: настолько скучным и безжизненным он мне показался.

  Роман Резерфорда очень напомнил мне тот самый картонный сценарий. Автор, правда, пошёл чуть дальше: изобрёл собственных ходульных персонажей. Вот вам семья коренных благородных ирландцев, в которой есть мерзавец, считающий, что он должен был стать истинным вождём. Вот вам хорошие обирландевшие англичане-католики. Вот ЗЛОЙ (очень злой!) протестант-англичанин, который не может понять и принять Ирландию даже после долгих лет жизни на зелёном острове, потому что он ОГРАНИЧЕННЫЙ.

  Мало того, что персонажи выглядят функциями, за ними ещё и неинтересно следить. Стоит в романе возникнуть хоть какой-то жизни и интриге, как Резерфорд обрывает её на корню (обычно смертью персонажа). Хороший и честный персонаж впервые пошёл против закона ради благой цели, и тут бы посмотреть на последствия этого поступка? Зачем, если можно его убить. Девушка влюблена в одного юношу, а её выдают замуж за его положительного брата? Утопим предмет её воздыхания, нечего соблазны оставлять. А её эмоции разжуём и положим в рот читателю: зачем хотя бы вскользь описывать КАК она горюет и ненавидит брата, из-за которого любимого и отправили за море? Лучше написать, ЧТО она горевала и возненавидела брата на всю жизнь. Всего пара предложений, в лучших традициях кратких содержаний.

  Только вот у кратких содержаний есть один серьёзный минус — лично я после прочтения напрочь их забываю, даже если пытаюсь выписывать ключевые имена. Потому что они меня никак не цепляют, и на экзамене в университете мне легче было вспомнить прочитанного в детстве и не перечитанного во время семестра «Робинзона Крузо», чем «Моби Дика», до которого у меня так и не дошли руки, но зато краткое содержание я лихорадочно читала накануне.

  В начале романа Резерфорда есть краткий пересказ первой части «Дублина», романа «Ирландия». Её я не читала, поэтому попыталась вникнуть, но уже через пару страниц бросила это дело и перешла к основному повествованию. И надо признать, несмотря на пугающий объём, качество текста не сильно изменилось.

  Также в романе раздражают внезапные хронологические прыжки. Автор неожиданно прерывает повествование на «самом интересном месте» (выражение не слишком уместное для этой книги) и ставит перед новой частью очередной год. Это вводит в ступор. Думаю, я не единственный читатель, который не помнит, в каком году разворачивалось действие прошлого куска, поэтому некоторое время в недоумении ищу в тексте подсказки, сколько лет прошло между частями. Возможно, для доподлинно знакомого с историей Ирландии читателя это очень важные даты а-ля «ах, да в этом году же достиг своего пика конфликт между католиками и протестантами, как же с этим справятся наши герои». Для меня — нет.

  Я понимаю, что хотел написать Резерфорд — этакий увлекательный экскурс в историю Ирландии с картинками (то бишь, с увлекательным сюжетом). На мой взгляд, не получилось, ни того, ни другого, слишком уж выпирает ходульность героев, а исторические справки выглядят притянутыми за уши и нудными.

  Что ж, лучше я накоплю денег и съезжу в Ирландию сама, где экскурсоводы без всяких натужно выдуманных героев расскажут мне об истории этой замечательной страны. А пока, закину в себя пинту Гиннеса, прочитаю, наконец, «Дублинцев» и ещё раз посмотрю на завораживающие выступления Riverdance.

Начиная читать эту книгу, все что я знала о Дублине, это то, что это столица Ирландии, там отмечается день св.Патрика, и по легендам водятся лепреконы. Весьма не богатые познания о стране. Но Д.Резерфорд это с лихвой исправил. Это уже не первая книга из этой серии, потому я знакома со слогом автора и его манерой его повествования. Да, события и главные герои по большей части вымышленные, но они так гармонично вписаны в историческую канву. Автор как всегда , раскрывает быт и традиции, рассказывает о культуре, добавляет немного мистики. Конечно же здесь и религиозные противостояние, и борьба за независимость страны. Даже в таких условиях люди умели оставаться людьми, старались сохранить семейные ценности. Как в семье Уолшей-воспитывали двух сыновей в разных религиях, но при этом они поддерживали друг друга, что бы не происходило в их жизни.
Мне очень нравится , как автор рассказывает историю страны через историю города и нескольких поколений семей.
С удовольствием продолжу эту серию.

Оценка не стала отрицательной, только потому, что могу представить сколько труда было вложено в это произведение. Но этого оказалось мало.
Эмоциональный фон к этой книге бы абсолютно ровный. Как введение вызвало вопрос, и зачем мне все эти люди, так и само повествование. Ни одной эмоциональной (пусть даже негативной!) за весь талмуд! Это конечно мастерство.
Канва сюжета повторяется из поколение в поколение. Через какое-то время перестаешь тратить силы на запоминание имен. А зачем? Все равно умрут на самом интересном месте. Остается политика и религия. Но будем честны, для этого можно спокойно почитать какой-нибудь нон-фикшн.
Но один плюс точно есть! Я освобождаю полку со всеми книгами автора, которые сгоряча накупила.

Вторая часть истории. Если от первой у меня остались добрые впечатления, то от этой кроме «затянутости» не осталось ни одной мысли.

Долго и упорно пыталась проследить последовательность наследия, кто кому кум-сват-брат, но в итоге плюнула и просто читала про рандомных героев (согласна, от этого, вероятно, потерялась какая-то часть интриги, но…) и мне не стыдно!

Мне сложно хвалить произведение только за то, что туда вложено много труда или за объёмы. Но могу сказать, что ставлю плюсик за персонажей: они не показались мне однобоко добрыми или злыми, да, их много, они забываются, проносятся толпой по столетиям, но они есть.

В целом. Много слов, событий, местами нудновато, но читаемо. Первая часть была «ярче».

Дублин стал для меня самой неоднозначной книгой года. Мнение о том, что эта часть лучше "Ирландии" я не могу разделить, хотя примерно первую треть повествования я еще могла так сказать, и надежда на это появилась ближе к концу, но так же внезапно растаяла. А дело все в том, что в этой книге автор начал больше нудить: погружаться в политические конфликты, забывая о художественности произведения. Это не история живописной Ирландии, развивающейся во всех направлениях, это история об Ирландии, которая обрела независимость. И каково было мое разочарование, когда я осознала, что этот огромный том был посвящен на 85 % образованию республики на острове, а все прочие достижения страны в науке и творческих направлениях оказались некрасиво упомянуты в тексте, как бы между делом.

"Дублин" охватывает годы с 1597 по 1918 и встречает нас доктор Пинчер, который со взрывом фанатического духа кальвинизма врывается в Ирландию. Это, наверное, единственный персонаж, которого автор проработал с большим мастерством. Он иронизирует над Пинчером и пропагандируемой им верой, описывая его в смешных казусных ситуациях. Было по-настоящему интересно читать, как его унылая мрачная душа сражается с "дикарскими" кельтами и, "обреченными на ад" папистами.

О каких еще героях эта книга? Да о тех же, что в прошлой. Только здесь еще большее разветвление родословного дерева и несколько новых семейств. В какой-то момент я совсем перестала заглядывать в него, так как оказалось, что не все вымышленные герои туда занесены. Возможно, кого-то порадует возвращение Конала и Дейрдре, у которых, к моему счастью, уже не трагичная история любви, как в предыдущей книге.

Картина того, как Ирландия на протяжении 3 веков архитектурно и культурно расширяется, возможно, скудновата, но имеем то, что имеем: В 17 веке появляется почта, уличные фонари и театр.
В 18 веке архитектурный стиль сменяется на лаконичный георгианский и Дублин становится самой красивой столицей после Лондона и Санкт-Петербурга. Этот век славится своими композиторами, поэтами и музыкантами. На севере Ирландии процветает торговля льняным полотном.
В 19 веке были построены каналы, которые не только позволили перемещать товары в разные концы Ирландии, но и красиво облагородили страну. Телескоп "Левиафан", построенный ирландским астрономом Уильямом Парсонсом был самым большим в мире и позволил совершить несколько астрономических открытий.
В начале 20 века самыми популярными местами для работы стали пивоварня "Гиннесс" и кондитерская фабрика "Якобс". Создали Гэльскую лигу, чтобы возродить древние язык, спорт и некоторые старинные ирландские праздники. Появился кинотеатр "Вольта".

Вся религиозно-политичическая проблема Ирландии была в постоянных националистических мятежах. После раскола христианского мира приверженцы одной веры не стеснялись убивать сторонников другой, проливалось много крови. Но уже в 17 веке начали зарождаться мысли о лояльности. Многие солдаты отказались воевать, как бы ни умолял их Оливер Кромвель. "Вера – личное дело каждого", – говорили они.

Что мне нравится у Резерфорда с первой книги, так это то, как он описывает сражения. У него это выходит эпично, беспощадно, он задействует обе стороны, сначала описывая взгляд на сражение одной армии, потом их противников. Приход Оливера Кромвеля с армией круглоголовых в Ирландию оказалось поистине страшным событием для католиков и пресветерианцев. Для меня в том числе, потому что в сражении у крепости Дроэда погиб мой самый любимый персонаж. И самое ужасное, что это не героическая смерть, а абсолютно внезапная и безысходная. Я вообще заметила наклонность автора моментально избавляться от самых сопереживательных персонажей. Похожая ситуация была с желающим жить в мире и добре отцом, который выслушивает ненависть сына к своему роду, и в тот же вечер умирает от сердечного приступа.

Вся политическая деятельность Ирландии строилась на обмане и лести. Людям обещалось все, лишь бы они придержались мнения парламента и правильно отдали свои голоса. Таким образом в 1800 году Ирландия стала частью Англии, а обещанные титулы и деньги получили не многие. Для всех, кто подвергся еще большему социальному неравенству, а это опять же в основном католики, революционная Франция была идеалом правления. Сами описания того, как люди бунтовали против новой системы, объединяясь в тайные сообщества, были интересны, но автор настолько растянул эту тему, и описывал ее так сухо, что становилось ужасно скучно. Он продолжает писать об этом и во время Великого голода и после, но уже с женскими объединениями. Поэтому меня и возмутило, что роман так резко потерял художественную составляющую.

И вообще, еще с первых страниц книги я задавалась вопросом: где же все бедное население Ирландии? Почему автор описывает аристократичные семьи, или, по крайней мере, хорошо обеспеченные, а другую строну острова оставляет за кулисами? И вторая часть романа потрясла меня ужасающей правдой и событием – голодом в провинциях Ирландии. Как же так произошло, что в начале 19 века еще сохранились глиняные дома с соломенными крышами и земляным полом?? Описываемая семья, владеющая таким домом, и все ближайшие поселения, оказались в цепях голода. Картошечный вирус или грибковое заболевание из Америки добрался в Ирландию и перекрыл всю их торговлю, а власти не могли обеспечить их едой. Конечно, появились суповые кухни без супов и работные дома, но еды выдавалось очень мало – люди умирали. А чуть позже пришла эпидемия холеры, усугубившая ситуацию. Девушка из описываемой семьи потеряла почти всех родных в результате голода, ее сестре даже пришлось торговать собой, чтобы добыть немного денег. Хуже всего то, что Англия не хотела выдавать больше денег на помощь. Очень жаль, что за два тома бедное население описывалось лишь в одной главе.

Но самое большое негодование у меня вызвало то, что автор довольно хорошо раскрыл Джонатана Свифта – автора "Путешествий Гулливера", который на самом деле писал не детскую сказку, а политическую сатиру, а о Джеймсе Джойсе не упомянул ни единого слова. Он ведь легенда Ирландии, его Улисса в аэропорту раздавали бесплатно! Резерфорд все-таки не в 20 веке писал эту книгу и можно было бы о становлении писателя пару слов оставить, не смотря на то, что повествование оканчивается 1918 годом. До конца романа я надеялась на его появление, но получила очередную сводку о женских сообществах, которые принимали участие в сражении за республиканство. Концовка была местами страшная, потому что некоторых невинных людей приговорили к расстрелу, но в целом спокойная и радостная. А я была рада, что наконец-то дочитала этот мучительный роман.

Рекомендовать книгу могу, потому что об истории Ирландии наверное больше и нет таких цельных произведений. Но будьте готовы к тому, что роман может вызвать читательский кризис.

P.S. Дополняю рецензию спустя почти неделю.
Мое возмущение насчет Джеймса Джойса оказалось ложным. В книге упоминался "какой-то там Джеймс", который, открывши первый кинотеатр в Ирландии "Вольта", не мог привлечь туда зрителей. Но более никаких подробностей не было, и я отмела свои догадки. Автор очень хитер, ведь, оказывается, это реально был будущий писатель. Джеймс Джойс открыл электрический кинотеатр при помощи итальянских друзей, но быстро разочаровался в своем предприятии: дублинцы избегали европейского кино. Я не стала редактировать свое негодование, потому что это не отменяет того факта, что писатель не был упомянут должным образом

В отличие от "Парижа", "Нью-Йорка" и "Лондона", чтение этой книги продвигалось медленнее. Наверное, в первую очередь потому, что об Ирландии и, в частности, о Дублине, я знала не так много.
Для меня Ирландия была больше про людей, нежели про архитектуру и географию, например.
Зато Оскар Уайльд, или Джонатан Свифт, или еще ряд исторических персонажей явились как бы связующим звеном между мной и Дублином, хотя и не были главными действующими лицами.
В книге показана борьба Ирландии за место под солнцем, борьба с политической властью, религиозной составляющей (не нашла нужного слова, пусть будет составляющая)), голодом.
Для полного погружения можно параллельно с чтением изучать территорию Ирландии на карте и находить на ней географические объекты, упоминающиеся на страницах.
После прочтения становится понятно, что автор не просто написал книгу о стране, но основательно погрузился в данный вопрос. Это ценно.