Heartbreak House

Совершенно изумительная и очаровательная пьеса, которая понравилась мне еще больше, чем «Пигмалион». Каждое предложение хочется цитировать. У каждой фразы есть двойное дно. И несмотря на разрыв эпох - ее актуальность и злободневность поражают и восхищают.

Говорят, что эту пьесу Шоу написал под влиянием творчества моего любимого Чехова. Есть здесь и сад, и бедные аристократы, и надломленные люди. И страдания души. И филигранная краткость. А помните, у Чехова - если на стене висит ружье, то в конце оно должно выстрелить? Здесь, конечно, есть ружье, из которого палят, но тем самым его символом является дом в виде корабля. Корабля, которому не суждено отправиться в плавание, но при этом вполне возможно «затонуть».

Капитан Шотовер - чудак. Ворчливый, несносный, с провалами памяти, но при этом обаятельнейший старик. Большую часть своей жизни он провел в плаваниях, а теперь двери его дома-корабля открыты настежь, и он готов предоставить приют любому, зашедшему в них. Капитан стремится достичь седьмой степени самосозерцательности, но разбитое сердце находит успокоение лишь в бутылке рома.

Одна виновница его больного сердца живет с ним, другая решила пожаловать спустя долгих 23 года - его младшая дочь Ариадна. Ее опередила молодая девушка Элли Дэн, прибывшая по приглашению старшей дочери - Гесионы. И словно сорвавшись с невидимой цепи, гости пойдут один за другим, наполняя этот дом, но не вдыхая в него жизнь.

Они, все эти люди, собравшиеся под одной крышей, лжецы и обманщики, лицемеры и пустословы, ловеласы, сердцееды и соблазнительницы, бесстыжие и слабохарактерные, страстные и равнодушные, меркантильные и злые винят этот дом в хрупкости своих сердец, которые не выдержали свалившихся на них бед. А он безмолвно смотрит своими окошками-иллюминаторами, не в силах ни помочь чем-то, ни изменить хоть что-то, видя их насквозь, даже то, что в груди некоторых нет ничего, что могло бы разбиться.

Если бы он мог, он бы собрал по осколкам одно сердце, залатал дыру в другом, вдохнул тепла и нежности в третье, очистил от черноты четвертое… Но он уже чувствует, как натужно скрипят его половицы, как пахнет плесенью, как все сказанное и сделанное в его стенах неминуемо приближает его к последнему «плаванию». Он дом, в котором разбиваются не только сердца, но и рушатся надежды и мечты. Но он будет все также тихо наблюдать и молчать.

"Книги!" - возопила я, приметив покосившийся и покрытый побелкой книжный шкаф в углу "комнатки с микроволновкой" нашего избирательного участка, на котором предстояло куковать сутки с садящийся электронной книжкой. Мой пыл бы погашен сразу: "Читала, - начала перебирать стопку я, - читала... читала... читала... Ну бог!.. Читала... О! "Бернард Шоу. Пьесы", все пьесы Шоу я точно не читала!.."

Книг Шоу с пьесами там нашлось две. Открываю оглавление... "Читала. Читала. Читала... Бог!!!"

В общем, на весь этот шкаф нашлась одна пьеса в одной книжке. Я ее не читала. Но... Боюсь, что я не потеряла многого.

То ли не уловила дух, то ли еще что, но эта вещь показалась скучной, безмерно и безнадежно. И даже емких фраз в устах героев особо не нашлось. Таких, какими ценно творчество автора, универсальных. Нет, увы.

Совсем-совсем мне не понравилась эта пьеса. В ней даже по-настоящему забавных моментов всего с пяток наберется... Увы.

Я раньше очень не любила пьесы. Ну че в них такого интересного, думала я, одни диалоги, никаких описаний, авторских рассуждений и умных мыслей.

Моя уверенность пошатнулась уже на "Цезаре и Клеопатре", "Дом..." нанес сокрушительнее поражение. Насколько меня расстроила "Карьера одного борца", настолько меня обрадовал дом капитана Шотовера. Все-таки истинное призвание Шоу - это пьесы: ироничные, образные, энергичные, острые.

Грустная история, от которой остаются светлые ощущения. Как в случаях, когда речь идет о талантливом произведении.

Я извиняюсь, но где же там сердца в пьесе? Среди персонажей мало тех, у кого есть сердце, так что разбиваться почти нечему. В пьесе много полярностей, разговоров о том, что лучше: мудрость или юность, мужчины или женщины, деньги (статус) или чувства, быть или казаться. И ответов готовых нет, правда, герои боятся их искать, они ищут комфорт в тех тупиках, в которые сами себя завели. И даже перемены в их жизни возложены на снаряд, который прилетит и что-то сделает, а дальше уже будет видно. Пьеса мне понравилась, но чеховскими мотивами я не прониклась, как по мне, сатиры тут больше, чем драмы.

Очень важное для нашего времени произведение во многом, благодаря предисловию Бернарда Шоу. Он писал его в 1913-1919 гг. В предисловии он писал о суровой военной реальности, не в смысле положения в окопах, а скорее о реальности для гражданских людей: для думающих и притворяющихся думающими. Он пишет о безумии в судах над молодыми девушками и стариками за пацифистские высказывания, о милитаризации культуры, об «эпидемии нравственности», о безумных выборах, о тех, что наживаются на войне. Бернард Шоу заключает: «Чудовищность войны была гораздо выше понимания большинства из нас». Это произведение отличная иллюстрация отношения к реальности той самой категории людей из высших сословий, которые притворяются думающими. Я нахожу всех героев пьесы по-своему одновременно и сложными и до однообразности простыми. Их объединяет характерное стремление «надуть» друг друга. Эта «фантазия в русском стиле на английские темы» легко читается. Нестареющая в веках сатира.

Фантазия в русском стиле на английские темы.Определенно чувствуется влияние Чехова. Вроде ничего и не происходит, люди разговаривают, на первый взгляд, о сущих пустяках, но, на самом деле, они говорят о самом сокровенном, о том, что тревожит душу.

Дом, где различаются сердца, - это еще и Дом, где все переворачивается с ног на голову. Первое впечатление не значит ничего - во время пьесы персонажи сменяют маски тысячу раз. Лишь в финале они приоткроют свои истинные сущности. Например, кто бы мог подумать, что нежная, хрупкая, милая Элли, мечтающая о любви, окажется расчетливой, маленькой дрянью, жаждущей выйти за богатого старика? И это не единственная метаморфоза.

Вообще, пьеса показывает нам то,что будет всегда, пока существуют люди - муки выбора между комфортом, богатством, положением в обществе и, с другой стороны, гармонией с собственной совестью.

Бернард Шоу - совершенно гениальный писатель. Иначе было бы совершенно невозможно превратить вроде бы традиционный сюжет (бедная девушка должна выйти замуж за богача уже солидного возраста для того, чтобы спасти своего благородного, но излишне доверчивого отца и себя от нищеты, хотя она любит другого мужчину, а ее подруга стремится этому помешать) в настоящий театр абсурда. И богач оказывается совсем не богачом, и отец оказывается не настолько уж доверчив и простосердечен, и любимый мужчина - не тот, кем представлялся, да и в поступке самой девушке не так уж и много жертвенности и благородства. Все герои оказываются совсем не теми, кем они кажутся в начале, и все друг друга обманывают. В итоге - отличная чисто английская трагикомедия.

Фантазия в русском духе на английские темы — точнее, чем сам Шоу, эту пьесу вряд ли кто-то смог бы описать.
Герои много говорят ни о чём, и истинные смыслы их поступков стоит искать не в репликах, а за ними. Бернард Шоу написал истинно чеховское произведение, со всеми его подводными течениями, отчаявшимися персонажами и хлёсткими диалогами. Но здесь читатель не увидит надежды на счастливый конец, как не увидит и фатализма, смягчающего горечь и абсурд происходящего. Англия разлагается, и разлагается каждый её житель: под влиянием обстоятельств, из-за воспитания или невежества. Так или иначе, светская львица и вор, бедная девушка и лжец — все они оказываются равными перед автором, который беспристрастно ведет историю болезни общества, отмечая все симптомы, но не назначая лечения.

Сумасбродный дом. Порой кажется, что оказался в вертепе, где один на другом сидит и третьего погоняет. Пытаешься понять, в ком же больше всего адекватности. А потом внезапно какой-нибудь мужской персонаж бросается в слезы, и хочется воскликнуть «ну что за фантасмагория». 

Однако во всем этом читается неповторимый стиль Бернарда Шоу. Пьеса изобилует колким юмором, вдоволь приправленным житейской мудростью. Эмоциональный фон настолько энергичный, что возникает ощущение, будто смотришь спектакль вживую. И не в классическом театре, а в иммерсивном. 

Несколько досадно, что в произведении нет явных отсылок к Первой мировой войне, которая, мол, привела британское общество к разложению, а сатиру на английский социум Шоу заключил в эту пьесу. В целом вполне можно предположить, что жители Туманного Альбиона не единожды вели себя так сумасбродно.