Маленький дьявол

— Слушай, ты уверен, что никогда не сидел в седле раньше?

— Ну помню я себя лет с двух и уверен, что ни с какой лошадиной планеты меня не похищали. — Серьезный ответ на риторический вопрос всегда выглядит очень забавно, а мне надо исправлять свои ошибки. — Я обещал не удаляться от своей охраны, — с сожалением добавил я.

«Сеттер» приземлился на посадочной площадке соседней с конезаводом фруктовой плантации.

— Лошадей просили не пугать, — пояснил Барлетта. — За вами пришлют транспорт.

Никаких больших поселений на острове нет. Есть множество ферм и плантаций, где выращивают капризные земные культуры. Кофе, какао, нежные фрукты. И среди этого ботанического великолепия гуляют лошади! Я вспомнил те немногие голографии, которые нашлись на моем (и не только моем) любимом сайте. Красивые животные. В палермском зоопарке их нет.

Все-таки женщины вне игры до определенных пределов. Пока они ничего не знают или делают вид, что ничего не знают. Убивать Ларису не будут, но уж синьор Мигель найдет способ заставить ее молчать, и ее интересы будут волновать его при этом в последнюю очередь.

— Энрик, — сказала Лариса между двумя поцелуями, — я хотела тебя спросить, ты ведь не рассердишься?

Я помотал головой.

— Твой профессор ведь не просто так тебя усыновил, ты там что-то делаешь, что-то такое опасное, и что…

Я закрыл ей рот поцелуем.

— Никогда, — внушительно, как только мог, сказал я, — никому, ни при каких обстоятельствах не говори о том, о чем ты догадалась. Иначе мне придется хватать тебя в охапку и увозить куда-нибудь с Этны.

Проф посмотрел на часы, усмехнулся, но замечаний за опоздание к завтраку делать не стал: не при гостях. А в гостях у нас был синьор Мигель собственной персоной.

«А какой ты маневренный, мы скоро узнаем», — сказал я своему «Феррари», щелкнул его в нос и побежал завтракать — и так уже опоздал. Когда-то давно проф полгода чуть ли не каждый день читал мне нотации, чтобы я никогда никуда не опаздывал.

Долго огорчаться мне не пришлось, потому что нам заступили дорогу: четверо, двое явно чуть постарше, а двое, наверное, мои ровесники.

Не только я умею восстанавливать информацию по крупицам. Так что в ответ я настоял, чтобы Алекс рассказал, как он меня разоблачил. Испортил он все то, чего я добился с Гвидо — теперь парень опять смотрит на меня, как новобранец на победоносного полководца. Да и Лариса что-то стала задирать нос. Я расстроился: мне казалось, что наши отношения уже переросли стадию «смотрите, какая девушка пошла со мной танцевать», «смотрите, какой парень меня пригласил».

— Для того, чтобы полетать, надо, чтобы не только ты отменил чрезвычайное положение, — заметил проф.

Я все же съездил в третий истребительный, но полетать мне не дали: опасно. Печально.