Цитаты из книги A Moveable Feast

Все бедные богаты легкомыслием, но без гроша в кармане.

Его талант был таким же естественным, как узор из пыльцы на крыльях бабочки. Одно время он понимал это не больше, чем бабочка, и не заметил, как узор стерся и поблек. Позднее он понял, что крылья его повреждены, и понял, как они устроены, и научился думать, но летать больше не мог, потому что любовь к полетам исчезла, а в памяти осталось только, как легко ему леталось когда-то...

Лицо его напоминало мне лягушку обыкновенную лягушку, для которой Париж оказался слишком большой лужей.

Говорят, что во всех нас заложены ростки того, что мы когда-нибудь сделаем в жизни, но мне всегда казалось, что у тех, кто умеет шутить, ростки эти прикрыты лучшей почвой и более щедро удобрены.

Это было скверное время, я был убежден, что никогда больше не смогу писать, и показал ему рассказ как некую диковину: так можно в тупом оцепенении показывать компас с корабля, на котором ты когда-то плавал и который погиб каким-то непонятным образом, или подобрать собственную ногу в башмаке ампутированную после катастрофы, и шутить по этому поводу.

Разве вы не знаете, что писатели только и говорят что о своих бедах?

Париж очень старый город, а мы были молоды, и все там было не просто и бедность, и неожиданное богатство, и лунный свет, и справедливость или зло, и дыхание той, что лежала рядом с тобой в лунном свете.

А еще утром я видел обманную весну, и слышал дудку пастуха, гнавшего коз, и ходил за утренней программой скачек, и жизнь казалась такой простой.

-У вас поблизости нет ресторанов, да?
-Да. Откуда вы знаете?
-Там жил Ларбо, - сказала она. - Ему там все нравилось - за исключением этого.

Тогда Скотт просил меня, боюсь ли я смерти, и я ответил, что иногда больше,а иногда меньше.

— Нам в нашей жизни, Хем, нужно больше настоящей тайны...

... но не окликнул меня, потому что я был очень поглощён писанием.
— У вас был вид человека, паповшего в джунги.
— Когда пишу, я как слепая свинья.
— Но вы не заблудились в своих джунглях, месье?
— В трех соснах, — сказал я.

Все поколения были потеряны из-за чего-то, всегда были потерянными и всегда будут...

Электрошоковая терапия может уничтожить память, как уничтожает её смерть или безумие, но, в отличие от смерти и безумия, ты остаёшься с сознанием, что она уничтожена.

Хорошо, что Достоевский не был знаком с Жаном, — сказал Ивен. — Он мог бы спиться.

Слушайте, Хемингуэй, не думайте о том, сколько вам за них сейчас платят. Важно то, что вы можете их писать.

Когда в Париже живешь впроголодь, есть хочется особенно сильно, потому что в витринах всех булочных выставлены всевозможные вкусные вещи, а люди едят за столиками прямо на тротуаре, и ты видишь еду и вдыхаешь ее запах.

Еслили я чего-нибудь не понимаю, это еще не значит, что это плохо.

... и каждая наливка -...- отдавала на вкус теми ягодами из которых была сделана, приятно обжигала язык и согревала вас, и вызывала желание поговорить.