كتاب المقابر

Один раз — это ошибка, Джек. Два раза — катастрофа.

Историки не прячут информацию, а разыскивают ее. Чтобы показать людям.

Люди стремятся забыть невозможное. Так мир кажется им безопаснее.

Мы главнее королей с королевами, президентов с премьерами, главнее самых геройских героев, как люди главнее брюссельской капусты!

- Люди стараются забыть невозможное. Так мир кажется им безопаснее.

It was cold in the graveyard, cold and dark, and the stars were already out. Bod passed Mother Slaughter in the ivy-covered Egyptian Walk, squinting at the greenery.
“Your eyes are younger than mine, young man,” she said. “Can you see blossom?”
“Blossom? In winter?”
“Don’t you look at me with that face on, young man,” she said. “Things blossom in their time. They bud and bloom, blossom and fade. Everything in its time.”

Прихрамывая, Никт поднялся на холм и достал из-под камня сложенный лист бумаги с фиолетовыми чернилами.
ПСЫ ГОСПОДНИ
Эти слова, написанные печатными буквами, были первым пунктом в списке.
«Те, кого люди прозвали оборотнями или ликантропами, называют себя псами Господними, поскольку считают свою трансформацию даром Создателя и платят Ему упорством, с которым преследуют преступников до самых Адовых врат».

— Он повредил щиколотку, — сказала мисс Лупеску.
— Бедняжка! — Миссис Оуэнс забрала у нее приемного сына и стала укачивать в своих заботливых, хоть и бестелесных руках. — Не могу сказать, что я не тревожилась. Я очень тревожилась! Но главное, он снова с нами.

Три луны исчезли. Теперь мальчик видел Млечный путь, да так ярко, как никогда в жизни: сияющий саван поперек полного звезд небосвода.
— Как красиво!
— Когда вернемся домой, — сказала мисс Лупеску, — я научу тебя названиям звезд и созвездий.
— Было бы здорово, — признался Никт.

— Мы к стене могил?
— К упырьей двери? Вот еще! Я пес Господень и хожу что в ад, что из ада своим путем.