Рассказы

Счастье многолико, противоречиво и для каждого свое. Для кого-то притаилось в любви, для другого - в самореализации или следовании настойчивому зову сердца.

Шелест платья любимой, нежные переливы ее голоса, блеск кожи и задумчивый взгляд останутся в памяти светлым облачком. Если дело происходит на страницах бунинского томика, даже несбывшаяся / неразделенная /запретная любовь станет главным счастьем в жизни.

Кто в России вообще умел вот так, с надрывом, нежностью, писать о любви, кроме Тургенева, Куприна и Бунина?.. Великие мужчины издавна дарили нам свое понимание этого великого же чувства. Бунин - мастер трагичных развязок и все равно это светлая печаль. Счастливый финал его историй невозможен в принципе. Любовь, заканчивающаяся бытом, семейными дрязгами и постыдными изменами, - это не к нему. Его истории о любви, согревающей спустя годы одним лишь воспоминанием.

Любовь как нежное, едва ощутимое касание двух сердец или душ; легкое перышко невиданной экзотической птицы; прерывистое дыхание, румянец на щеках, учащенный пульс и слова, застывшие где-то там, в подсознании...

Рассказ "Чистый понедельник" входит в знаменитый бунинский сборник "Темные аллеи", любимый мною со времен юности. Обожаю почти все рассказы из этой книги, но отчего-то про понедельник люблю больше всего. Открываю в н-ный раз и вновь надеюсь на чудо: эти двое останутся вместе, страшные революционные годы проведут бок о бок, поддерживая друг друга и вселяя веру...

Суровая действительность врывается с окончанием новеллы: даже самый любимый мужчина не сможет заменить того, чего требует душа... Предательство мужчины или предательство себя самой, что перевесит в итоге? Вот так история о любви мигом превращается в историю непростого морального выбора, где нет правильных решений. Есть близкий, понятный, родной, который рядом. И есть что-то далекое, зовущее, высшее, без чего жизнь кажется пустой и бессмысленной...

Смуглая московская красавица вновь упорхнет под своды храма, оставив незаживающий шрам на сердце этого московского мужчины. Отпустить с чистым сердцем, не привязываясь, не отговаривая, позволив человеку сделать собственный выбор - и вспоминать затем при случае как самые нежные отношения в своей жизни. Все же Бунин знал толк в любви...

Ах, какая сегодня вкусная дата - сегодня исполняется 150 лет со дня рождения большого русского писателя и поэта, лауреата Нобелевской премии, - Ивана Алексеевича Бунина. Такую дату нельзя не отметить рецензией, тем более, что творчеству Бунина до сих пор я посвятил единственную рецензию, коснувшись его поэтического таланта. Значит, сегодня - очередь Бунина-прозаика. У Бунина много замечательных произведений, но первое из них, которое вспоминается мною при упоминании имени автора, это - "Лёгкое дыхание".

И дыхание лёгкое, и сам рассказ необыкновенно лёгкий и чувственный, несмотря на серьезность поднимаемых в нем тем. Бунин коснулся проблемы красоты и женственности, увязав её с социальными и психологическим аспектами. А ведь, по иронии судьбы, этот рассказ был написан для пасхального выпуска газеты "Русское слово", издаваемой Иваном Сытиным. Бунину долго ничего не шло в голову, пока он не вспомнил о могиле молодой девушки на острове Капри, вспомнилась и её история, которую он там слышал, и сразу возник сюжет рассказа, перенесенный в российскую действительность.

Бунин смутил читателей неоднозначностью фигуры главной героини - гимназистки Оли Мещерской. Её подкупающие юность, очарование и легкость делали её эталоном женской красоты и обаяния. Но за ангельским образом стоит интерес к чувственной стороне взрослой жизни, побуждающий на смелые шаги, которые, как выясняется, продиктованы той же лёгкостью. Лёгкость в отношении к жизни проявляется у Оли во всем, она живет играя, не очень понимая, что это такое настоящая взрослая жизнь. Эта лёгкость, переходящая в опасную беспечность, становится причиной гибели юной соблазнительницы, вздумавшей играться с проявлениями мужского самолюбия.

Я не сразу понял, кого же мне напомнили Оля и казачий офицер, застреливший её. Это же другая Оля - чеховская Оля Скворцова из "Драмы на охоте", такая же лёгкая и воздушная, такой же "ангел во плоти", легко решающая и чувственные и житейские вопросы, не задумываясь о чувствах других. А казачий офицер - вариация "ласкового и нежного зверя" - Камышева, убивающего неверную возлюбленную. Хотя сравнение офицера с Камышевым слегка натянуто, ведь чеховский герой был по-настоящему любим, а офицер - нет.

Но за художественной красотой и изысканностью рассказа скрывается целые пласты проблем. Социальная сторона обнажает уродливые черты провинциального быта небольшого российского городка, ведь как бы Оля не хотела познать запретное, если бы стареющий жуир господин Малютин не поторопился сорвать этот прелестный цветок, возможно, Олина судьба сложилась бы иначе.

Этическая проблема - вопрос: блудница ли Оля, уже превратившаяся в расчетливую женщину, искусно пользующуюся своими прелестями, или же заблудший ангел - ребенок, попавший под очарование разврата, не отдающий себе отчета в том, что с ней происходит?

Психологический аспект снова возвращает нас к уже упомянутой повести Чехова, к легкости главной героини в отношении к жизни, к чувствам других людей, осознание своей власти над мужчинами, смелости бросить вызов обществу. Последнее проявляется ярче всего в диалоге с классной дамой, когда Оля ставит старую деву горазд ниже себя, используя при этом еще и шантаж, упоминая своего соблазнителя - брата учительницы.

Автор старается быть беспристрастным, уклониться от оценок, но все же в тексте просматривается симпатия к главной героине, которая передается и читателю, и, если читатель не законченный ханжа, он в состоянии отделить чистое и лёгкое от грязного и пошлого, простить и полюбить Олю Мещерскую, за её не до конца реализованную женственность, за её открытость миру, за её лёгкое дыхание...

Люблю читать осенью осенние книги)

В холодное осеннее ненастье, на одной из больших тульских дорог, залитой дождями и изрезанной многими черными колеями, к длинной избе, в одной связи которой была казенная почтовая станция, а в другой частная горница, где можно было отдохнуть или переночевать, пообедать или спросить самовар, подкатил закиданный грязью тарантас с полуподнятым верхом... Погружение в ткань повествования еще больше + огромный писательский талант И. Бунина и вот ты уже находишься в горнице невольным свидетелем встречи двух давних знакомых, Надежды и Его Превосходительства Николая Алексеевича. И сразу становится понятно, что эти двое любили друг друга, когда-то давно, очень давно, лет 30 тому назад, любили словно в прошлой жизни.

Грустно-щемящее чувство от строк рассказа, когда выясняется, что прошла целая жизнь, а они так и не были счастливы (ни поодиночке, ни вместе...) И насколько разный взгляд на любовь у мужчины и у женщины, это тоже нам покажет со всей выразительностью автор. Любить до ненависти, до дрожи, не прощая, не вспоминая, любить одного мужчину 30 лет (!), даже будучи разлученной с ним. Похоже на жертву - только вот для чего и для кого, бессмысленную по сути жертву, ведь молодость и прошедшие дни в тоске по невозможной (безответной) любви не вернешь. Да и жизнь не отмотаешь назад...И мужской взгляд, отчего-то вспоминающий лишь физическую красоту любимой некогда женщины, не ее душевные качества, нет...

— Ведь не могла же ты любить меня весь век! — Значит, могла. Сколько ни проходило времени, все одним жила. Знала, что давно вас нет прежнего, что для вас словно ничего и не было, а вот... Поздно теперь укорять, а ведь, правда, очень бессердечно вы меня бросили, — сколько раз я хотела руки на себя наложить от обиды от одной, уж не говоря обо всем прочем. Ведь было время, Николай Алексеевич, когда я вас Николенькой звала, а вы меня — помните как? И все стихи мне изволили читать про всякие «темные аллеи», — прибавила она с недоброй улыбкой. — Ах, как хороша ты была! — сказал он, качая головой. — Как горяча, как прекрасна! Какой стан, какие глаза! Помнишь, как на тебя все заглядывались? — Помню, сударь. Были и вы отменно хороши. И ведь это вам отдала я свою красоту, свою горячку. Как же можно такое забыть. — А! Все проходит. Все забывается. — Все проходит, да не все забывается. И встреча получилась такая же горькая, бессмысленная, несуразная и ненужная (да лучше бы ее и вовсе не было...), оставившая лишь в душе непонятный осадок и ничего не прояснившая. Ни для нее, ни для него. Как тут не вспомнить Вознесенского: Не возвращайтесь к былым возлюбленным, былых возлюбленных на свете нет...Ни к чему бередить душу тяжелыми воспоминаниями, надо жить дальше...

Прекрасный, как впрочем, и всегда у Бунина язык, тонкий психологизм и потрясающая правда жизни....5/5

«Да, пеняй на себя. Да, конечно, лучшие минуты. И не лучшие, а истинно волшебные! „Кругом шиповник алый цвел, стояли темных лип аллеи...“ Но, боже мой, что же было бы дальше? Что, если бы я не бросил ее? Какой вздор! Эта самая Надежда не содержательница постоялой горницы, а моя жена, хозяйка моего петербургского дома, мать моих детей?» И, закрывая глаза, качал головой.