История осады Лиссабона

Мария-Сара не могла, ну никак не могла знать, как проводил он время сегодня, знать-то не могла, а вот догадываться - вполне, ибо женщины наделены даром ясновидения, все они воображают себя сивиллами и кассандрами, а потом в конце концов обманываются не хуже ничтожнейшего представителя племени мужчин, к которым обычно склонны относиться с насмешливо-благожелательной снисходительностью.

Музыка сопротивляется с момента своего появления на свет, бьется, мечется туда-сюда, хочет освободиться от слова, оттого, полагаю, что завидует ему, но неизменно приводится к покорности. А живопись. А живопись – вообще не более чем литература, созданная кистью.

- А я всегда слышал, что издателей хлебом не корми – дай поесть за счет автора.

- Низкая клевета, недостойное проявление классовой ненависти.

- Женщины краснеют легче мужчин, мы - слабый пол.

-Оба пола слабые, я тоже покраснел.

Безумие есть последствие шока, произведенного на человека его собственным умом, а мы и три миллиона лет спустя от этого потрясения все никак не отойдем.

Какие славные были времена прежде, когда для удовлетворения чаяний нам довольно было обратиться к высшим силам с правильно составленной просьбой, и это действовало и в самых сложных случаях, даже если страждущий, или, иначе говоря, терпящий бедствие, терпение свое готов был уже потерять вместе с надеждой на спасение.

Но произошло то, что произошло, не всего можно избежать, Господь легко обходится без наших добрых советов, однако у судьбы имеются свои неколебимые законы, да порой еще и с неожиданными художественными эффектами.

Окиньте мысленным взором корректорские будни, господин автор, вдумайтесь, какая это трагедия - по два, три, четыре, по пять раз читать книги. Которым и одного-то раза много.

…вы, к примеру, напоминаете мне мою трепетную матушку, которая в детстве причесывала и перечесывала меня снова и снова, чтобы пробор был как по линеечке. Спасибо за сравнение, но если ваша матушка уже покинула этот мир, хорошо бы вам теперь самому взяться за совершенствование…

…если есть в жизни хоть что-то интересное, то это именно различия.

Это ведь только у Бетховена судьба настойчиво повторяет свой зов, в жизни все не так, иногда нам кажется, что кто-то стоит снаружи и ждет нас, а выглянем – и нет никого, а бывает, что и наоборот – промедлим всего на секунду и никого не застанем, и разница лишь в том, что в последнем случае еще можем спросить себя: А кто бы это мог быть, и до конца дней своих промечтать о нем.

Века разнятся, а собаки лают, и, значит, мир все тот же.

Человеку, утверждал некто понимающий, свойственно ошибаться, а из этой формулы следует, если не понимать её буквально, что тот, кто не ошибается, как бы не вполне человек.

В том-то вся и штука - и у христиан, и у мусульман есть Бог, и у христиан, и у мусульман есть Книга, Святое писание. Только называются они по-разному. Вот и всё.

Господь легко обходится без наших добрых советов.

Века разнятся, а собаки лают, и, значит, мир все тот же.

…как бы ни опротивела жизнь, перед шагом в вечность даже змея призадумается.

Пока не постигнешь истину, не сумеешь исправить ее. Но пока не исправишь – не постигнешь. Так что – не смиряйся.
Из Книги Наставлений

Нельзя же ненавидеть человека только потому, что слишком вожделеешь его женщину.