Цитаты из книги Hear the Wind Sing

Иногда вчерашний день воспринимаешь как прошлый год. А иногда прошлый год воспринимаешь как вчерашний день. Бывает еще, что будущий год кажется вчерашним днем — но это уже совсем худо.

Но вместе с тем, писать текст - это штука веселая. Ей гораздо легче придать смысл, чем преодолению жизни.

-А зачем ты книжки читаешь? -А зачем ты пиво пьешь? .... -А зачем ты книжки чиатешь? -Затем, что Флобер уже помер! -А живых не читаешь? -Живых читать - никакого проку. -Почему? -Потому что мертвым почти все можно простить.

Узнав о её смерти, я выкурил 6922-ю сигарету.

В конце концов, везде то же самое, это наверняка. Но я все равно уеду. Даже если там то же самое.

Сколько же все таки прошло времени? - думаю я , шагая сквозь молчание, конца которому не видно.

Пока учишься чему-то новому, стареть не так мучительно.

"Слушай песню ветра"

В конце концов, тексты пишутся не для самоисцеления, а только ради слабой попытки на этом пути.

Я давно забыл, как пахнет лето. Раньше все было другим: запах морской воды и далекие теплоходные гудки, прикосновение девичьей кожи и лимонный аромат волос, дуновение сумеречного ветра и робкие надежды. Теперь лето превратилось в сон. Словно калька съехала с оригинала: здесь миллиметр, там миллиметр - и уже все не так.

Когда душа темна, видишь только темные сны. А если совсем темная — то и вовсе никаких.

Проза Харуки Мураками похожа на музыку. Только слышит ее каждый по-разному.

Как отмечал Теннеси Уильяме, о прошлом и настоящем говорят как есть. А говоря о будущем, добавляют "вероятно".

Но когда я оглядываюсь на потёмки, через которые мы брели, то не виду там ничего определённого - только "вероятное". Ведь мало того, что воспринимать нам дано лишь мгновения, именуемые "настоящим", - даже сами эти мгновения проскальзывают мимо нас, почти не задевая.

- Слушай, Джей! - сказал Крыса, не отводя взгляда от стакана. - Я вот двадцать пять лет  на свете живу - а чувство такое, что еще ни в чём не разобрался.

- А я сорок пять лет живу - и понял одну-единственную истину. Знаешь, какую? Такую, что человек при большом желании из чего угодно может извлечь урок. Из самых заурядных и банальных вещей извлечь урок всегда можно. Кто-то сказал, что даже в бритье присутствует своя философия. Собственно, никто в мире и не выжил бы, будь это не так.

- Ну да. Хотя противоположных точек зрения в мире - примерно полтора миллиона. Или нет, пожалуй, больше.

- Выходит, в мире почти никто ни с кем не может подружиться?

- Наверное. Практически никто ни с кем подружиться не может.

Таков был стиль моей жизни в семидесятые годы. Достоевский предсказал, я воплотил.