
Аудио
309.9 ₽248 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Параня — поселковая юродивая, без ума и осознания, что творит. И, естественно, она первый объект для насмешек и издевательств детей (при молчаливом одобрении взрослых). И вот в один из таких случаев, она громко призывает на помощь себе "видных и авторитетных" жителей села, но безрезультатно. И громкий ретраслятор с площади подсказывает ей, кто точно поможет. Ни окружающие, ни б-г не пришли на защиту, только лишь ОН.
И всё. Реальность в этом поселке поменялась местами с ирреальностью и началась, простихоспаде, сороковщина. Стоило ей произнести ЕГО имя, как поселок сначала замолк в ужасе, а после обезумел не хуже Парани. Они не различимы в своем помешательстве.
Сталина и Параню объединили и соединили в воображении не столько по причине утверждения дурочки, что Сталин – её жених, сколько из-за непредсказуемости обоих и страха, вызываемого обоими.
Исстари юродивые почитались блаженными, наделёнными божественным даром видеть то, что скрыто от обыкновенных людей. Как и тов.Сталин, соколинные очи которого, как поет нам радио на плащади, всё видят и днем, и ночью. Этот дар предвиденья и прозорливости их тоже объединяет. Они оба вне закона и над человеком. "Сталин – и Параня! Смешно? Нет, страшно".
Намеченные параллели «Сталин – бог» и «Параня – поселковые жители» дают основания для заключения: «Сталин – бог юродствующих обывателей». Беспредельное безумие юродствующих уже не «во Христе», а «во Сталине».
Где-то тут и начинает раскручиваться колесо репрессий. Люди фактически сожрали друг друга: наветы, пересуды, вера в двоедушие каждого. Они движимы страхом и инстинктом самосохранения. Не понимают, что перед ужасом зла сами же зло поощряют и призывают. Бесконечный замкнутый круг. Уроборос.
Тендряков описал это расчеловечивание очень ёмко и ярко. Задаёшься вопросами, а как так произошло, что юродивая, блаженная и почти "святая" доносит, и ей верят и слушают словно в литаргии? "Параня – тайна сия велика есть, непонятное чудотворство!"
Откуда взялись эти пугающие тенденции в обществе, которое вдруг начинает верить, что поселковая сумасшедшая — агент спецслужб? Общество, которое предпочло "смертоубийство - статья сто тридцать шесть, милое дело...", чем 58я политическая; которое выбрало стать "пустым местом", смалодушничав и не противясь, как молодец Молодцов "человек-невидимка"?
А репродуктор на площади вещал:
Злободневный рассказ поднимает тему сталинских репрессий и показывает механику террора.

Не разумом, а чутьём я тогда осознал: благородное намерение - разломи пополам свой хлеб насущный, поделись с ближним - можно свершить только тайком от других, только воровски!

Я жил в пролетарской стране и хорошо знал, как стыдно быть у нас сытым.

Мне думается, совести свойственно чаще просыпаться в теле сытых людей, чем голодных. Голодный вынужден больше думать о себе, о добывании для себя хлеба насущного, само бремя голода понуждает его к эгоизму. У сытого больше возможности оглянуться вокруг, подумать о других.














Другие издания


