Дорога в декабре

Никогда мужики не едят столько лука и чеснока, как на войне.

Моя жена живет единой плотью только со мной.

• Это тебя Бог этому научил?
• Я не знаю, почему ты раздражаешься… - отвечает Монах. - Девство красит молодую женщину, воздержанность - зрелую.

Облака лишены мышц, но всё равно не кажутся вялыми. Мнится, будто они сладкие и невыносимо мягкие. Делая легкое усилие, их можно рвать руками, как ватное нутро вспоротого, источающего мутно-затхлые запахи дивана…

Я чувствую, что Кизя улыбается в темноте. Он необидчивый. Даже как-то радостно реагирует, когда над ним шутят. И от этого значение и едкость шутки совершенно растворяются.

На вокзале их встретили цепкими взглядами двое милиционеров. Остановили, попросили документы. Долго смотрели в паспорта, поднимая глаза, чтобы сверить фото и оригинал, думая в это время явно о чем-то другом.
— Куда собрались? — спросил один из них неприветливо — тоном, которым разговаривает вся милиция России, словно каждый встреченный ими уже заведомо негодяй.

Дорога кривела рытвинами, словно ее пережевали и выплюнули и жевок засох, сохранив кривые, грубые следы зубов или настырных десен.

Он любил ездить на трамваях, в них было очарование, важная, не тянущая душу, как в автобусах, медлительность при подъеме в горку и веселое, но с чувством собственного достоинства, дребезжание при спусках.

В деревне, на чистом воздухе, всегда курилось хуже - в городской душной заразе сигарета идет за милую душу, а в деревне, когда легкие получают полный разлив свежести, так что голову кружит, никотин сразу становится неуместным.

Столько денег Саша никогда не держал в руках, и даже не догадывался, что люди могут носить такие суммы в кармане. Зачем, собственно? Они что, иногда ночами покупают себе... блин, что тут можно купить на них?.. Спортивный велосипед можно, наверное... Велосипеды себе покупают ночами? Ездят на такси в Санкт­Петербург, смотреть на белую ночь? Куда столько? Как их тратить?