Guerre et Paix. T. 1

Я начала читать это произведение из-за школьной программы. Лично для меня это сложное произведение. Тема войны мне не по душе. Мне больше нравятся романы, про любовь что-то или про жизнь, но не война. Но я решила дочитать его до конца, и не пожалела об том, т.к в этом произведении по мимо войны, рассказывается и о любовных отношениях, о сложных моментов в жизнь. "Война и мир" даже затягивает. Но я поставила оценку 4, так как всё таки не всё произведение мне понравилось и моменты войны мне было читать скучно и неинтересно.

Первое. (Чтобы не забыть.) Это кошмар, что сделано с пунктуацией на сетевых ресурсах. Такое чувство, что Толстого не только разобрали на меленькие кусочки под сочинения и книги мелким шрифтом а-ля "Миллион самых лучших-лучших сочинений на все произведения в кратком изложении школьной программы", но и дотошно выправили все знаки препинания, щедро добавив новых и поменяв тире на запятые и наоборот. Такая разница с бумажным вариантом ужасает, да.

Одна из тех книг, удовольствие от которых не испортишь простым фактическим пересказом в стиле "убийца - сторож!". С самого начала приходится пробираться сквозь налипшие на зубах цитаты про усики над верхней губой, ослепительную белизну плеч и распустившийся рот, которыми щедро пичкает всех школьное образование и которые могут изрядно подпортить восприятие текста. Мое непоколебимое мнение в том, что эта книга не для не готовых для ее восприятия детей = ее надо ХОТЕТЬ прочитать.
Еще один роман о начале 19 века, который я взяла в руки этой весной (намек на "Ярмарку тщеславия"). И тут и там Наполеон и его сражения ("там" гораздо меньше, но факт), описание быта при военных лагерях, "мир". Только разные страны, нрав и устои общества.
Поэтические описания русской деревни и природы (поездки Болконского в поисках себя). Много французского текста мне не только не мешало, но и радовало (спасибо родному университету-)). Пьер, в общем-то, не такой тюфяк, как его принято изображать разрозненными цитатами. Наташа, легкая и поэтичная девочка-девочка, на деле одна из многих спрятанных домашних любимиц, которые не на виду, а потому и не порчены.
И личные симпатии -> Положительные чувства вызывают: тот самый Болконский, Денисов. Негатив к Ростову и Друбецкому. Про женскую часть промолчу, т.к. практически не задела (но беременная Лиза все же интересует, пусть и исключительно своим положением). Нейтрально?: Безухов. Абсолютно никаких эмоций не вызывает амебность княжны Марьи (возможно, потому, что она все же больше персонаж своей эпохи, чем 2010 года нашего века). Замечу, что к 3-4 тому симпатии переменятся.
Приятно читать детальные описания приемов, хочется нарисовать карты взаимоотношений (пересечения героев и расселения их по России). Сцен сражений не пропускала. Терзания разбитой Наташи держат в напряжении (все, как я люблю).
Персонажи прописаны отлично: каждая страница как плюс к облику = как бусы нанизаны одна бусинка за другой.
Продолжение впечатлений в 3-4 томах (следует).
Царская Россия. 19 век.

«Война и мир» — это путешествие, которое проживаешь, а не просто читаешь. Моё путешествие началось захватывающе: первые два тома я поглотила взахлёб. Судьбы Наташи, Андрея, Пьера, интриги света, ужас и азарт войны — всё это сплеталось в невероятно живую, дышащую панораму человеческой жизни. Толстой гениально показывает, как личное счастье, любовь, предательство и горе существуют на фоне глобальных исторических потрясений.

Однако на подъёме к кульминации путь стал круче. Третий и особенно четвёртый тома дались тяжелее. Масштабные батальные сцены, которые вначале были так динамичны, сменились глубоким философским анализом войны, власти, свободы и причинности. Длинные рассуждения о роли Наполеона и Александра, о «духе войска» и движущих силах истории требовали уже не сопереживания, а интеллектуального напряжения. Иногда хотелось, чтобы автор скорее вернулся к героям, чьи сердца он раскрыл для нас с таким мастерством.

Но именно в этой двойственности — вся суть романа. Это не просто «история», а целый мир, где «война» и «мир» существуют не только вокруг, но и внутри человека. И пусть философские главы можно было бы считать отдельным трактатом, они — неотъемлемая часть грандиозного замысла Толстого.

Я безмерно рада, что встретилась с этой книгой сейчас, а не в школе. В юности я, скорее всего, оценила бы лишь любовные линии, пропустив глубину, а возможно, и вовсе забросила из-за «рассуждений». Сейчас же я могу сказать: да, это был трудный, но восхитительный путь. «Война и мир» — безусловный шедевр, который заставляет думать, чувствовать и расти вместе с его героями. Толстой действительно гений, сумевший вместить в одну книгу всю сложность жизни.

Какого ума должен быть автор, чтобы собрать огромное произведение так гладко и бесшовно, как Толстой Войну и Мир? Тут захочешь написать рассказ на три страницы - не соберешь деталей, а в этом произведении игра с масштабом потрясает: ты одинаково хорошо представишь и рассмотришь в тексте платье и украшения девушки на балу, как увидишь Бородино и Аустерлиц с высоты птичьего полета - всё представляется в самых малых подробностях и это совсем не утомляет. Ты приближаешься и удаляешься, туда и обратно, макро - микро. Это чтение было так же приятно, как в детстве кататься на качелях.

Занятны еще размышления вне сюжета и диалогов. Толстой настолько не уверен в умственных способностях читателя, что не боится повторить одну и ту же мысль дважды, трижды, четырежды - под разными соусами, углами и аналогиями. Он как бы говорит тебе: "Ты точно понял? Смотри, еще раз объясню на всякий случай, чтобы мы избежали разночтений". Это очень забавно читать. А там есть что почерпнуть - из эпилога многое ушло в личные записи. Я разделяю его взгляды детерминизма и веры в то, что один человек никак не может управлять масштабными процессами. Всех нас ведет судьба, разобраться бы что это и кто ты в этой ситуации...

Еще через Войну и Мир ты можешь полюбить историю. Через осознание того, что 200 лет назад - это не так уж и давно. Настолько живо и легко он прописал всех персонажей, что ты поверил в каждого как в современника. Только в другом костюмчике и контексте.

В общем, произведение великолепное. Автору безусловные почет и уважение.

Признаюсь подходя к чтению ВиМ, мне было страшно. Думала язык будет тяжелый, повествование скучным, а содержание не интересным. Но как я удивилась когда поняла, что читается легко, повествование степенное, а содержание актуально как никогда. Мне очень понравилась первая книга (первые два тома). Но конечно, размер имеет значение. Я начиталась классики на месяц, надо приступать к следующим томам, а мне опять боязно, но уже из-за размера. Так как читая большие книги тратишь больше времени. (а мне надо найти побольше слов в 39-м царстве :) )

Советую всем. Мне кажется в разное время, каждый найдет для себя, что-то своё, а темы в книге, как никогда, актуальны. Видимо время идет, а проблемы человечества не меняются.

Читаю не первый раз, хорошо знаю сюжет, так что впечатления не об основном сюжете, а больше о деталях. Тем, кто не читал книгу, вряд ли будет интересно. Пишу этот пост больше для тех, кто читал. Вообще чувствую, что полноценный отзыв на такое масштабное произведение написать невозможно, поэтому ограничусь заметками.

Я не помню, когда я читала целиком этот роман последний раз, но кажется, что довольно давно. Я веду список всего прочитанного с 2012 года на Лайвлибе, и там этой книги нет. Значит, уже больше десяти лет прошло с последнего перечитывания. Но удивительно, что я довольно неплохо помню сюжет, я не помнила только второстепенные эпизоды, например с Теляниным и кошельком Денисова, с Денисовым, провиантом и госпиталем, семейную жизнь Веры и Берга.

Всё так же, как и было раньше, читать мирные части интереснее, чем военные. Наступит ли время, когда это изменится, пока не знаю, но в военные события старалась вникать максимально, так как я хуже их помню.

Удивилась, как быстро меняются события, как мало места занимают эпизоды. Нет ощущения тягомотины, затянутого повествования. Помню, что раньше вечер у Анны Павловны Шерер казался очень длинным и нудным. Вообще всё читается на одном дыхании, кроме описания военных диспозиций, но их там немного.

Удивилась, что в этих двух томах совсем не чувствуется назидательности, как это ожидается обычно у Толстого. Наверное, это будет позже, ближе к концу книги. Но хорошо чувствуются симпатии и антипатии автора, какие герои любимые, а какие нет. Если Толстой кого-то особенно выделяет, подчеркивает черты естественности, детскости.

Как герой пока больше всего интересен Пьер, но это скорее по общему впечатлению о нем с учётом того, что я знаю, что там дальше. В первый раз, когда читала в школе, помню, что был больше интересен князь Андрей. В начале романа, до момента возвращения с войны, он кажется потерянным. Кажется, что он поехал на войну оттого, что брак не удался, а из брака нет выхода, нет возможности развестись. Это времена задолго до событий, описанных в «Анне Карениной», там о разводе никто ещё не думает.

Самое сильное впечатление от Пьера и князя Андрея, наверное, то, какие они текучие, какие они разные в разные периоды жизни. Буквально один разговор, одна встреча с другим человеком может изменить состояние персонажа очень сильно. Чувствуется, что люди не существуют каждый сам по себе, отдельно друг от друга, но что люди влияют друг на друга, конфликтуя, сталкиваясь, общаясь, влюбляясь, вдохновляя другого человека.

Заметила общие приемы с «Анной Карениной»: 1) общее деление книги на две части: Анна и Левин, а тут военные главы и мирные; 2) у некоторых героев повторяющиеся черты внешности, как уши у Каренина или усики у жены Болконского, лучистые глаза у княжны Марьи.

Думала ещё о разнице между Соней и Наташей — конечно, с учётом того, как сложится дальше их жизнь. Чувствуется, что Наташу как личность не определяет любовь или влюбленность в другого человека. Она может быть увлечена одним или другим человеком или не быть увлечена никем, но все равно она остаётся собой. Например, после отъезда князя Андрея к отцу, ещё не зная, что он уехал договариваться о свадьбе, она после трёх недель уныния возвращается к прежней жизни, к прежней Наташе, с пением, с радостью от полноты жизни. Соня же, наоборот, как будто определяется любовью к Николаю, как будто не существует вне этой любви. С самого начала книги она показана влюбленной, и вне этого чувства мы не видим героиню, она как будто не существует без него.