Цитаты из книги Le Comte de Monte-Cristo II

Есть слова, которые замыкают беседу, как железная дверь.

всегда спешишь быть счастливым....

Очевидно, иметь взрослую дочь - дело нелегкое; отца от этого лихорадит, и его пульс делает девяносто ударов в минуту до тех пор, покуда он от нее не избавится.

Нет,мне жаль не жизни , я сожалею о крушении моих замыслов, так медленно зревших,так тщательно воздвигающихся.

Кто боится вина; у них, верно, дурные мысли, и они боялся, как бы вино не вывело из наружу 

Бездействие - самый легкий способ проявить милосердие.

Поищите себе стул; вон там стоит один, рядом с геранью, она одна напоминает мне о том, что лист может быть не только газетным.

"- Юность - цветок, и любовь - его плод... Блажен виноградарь, для которого он медленно зрел!"

Если только мертвецы выходят отсюда, займем место мертвеца.

Повір мені, шукати сварки з чоловіком — недобрий спосіб сподобатися жінці, яка цього чоловіка любить.

Вся человеческая мудрость заключена в двух словах: Ждать и надеяться!

Я обратился к господину Кавальканти только потому, что мне показалось, будто у него мелькнуло желание вмешаться в наш разговор. А впрочем, вы совершенно правы, я готов сегодня поссориться со всяким; но, будьте спокойны, господин Данглар, первенство остается за вами.

– Вот все мои надежды и разрушились, – сказал он смеясь. – Почему? – спросил Бошан. – Очень просто; вы все поспешили наградить меня репутацией эксцентричного человека; по-вашему, я не то Лара, не то Манфред, не то лорд Рутвен; затем, когда моя эксцентричность вам надоела, вы портите созданный вами тип и хотите сделать из меня самого банального человека. Вы требуете, чтобы я стал пошлым, вульгарным; словом, вы требуете от меня объяснений. Помилуйте, господин Бошан, вы надо мной смеетесь.

Чувства надо приучать ко всякому новому впечатлению, нежному или острому, печальному или радостному.

Месть – это блюдо, которое подают холодным!

Мои бумаги всегда в образцовом порядке, ибо у меня их нет.

Вы рассуждаете, как устрица, друг мой.

Если живешь среди сумасшедших, надо и самому научиться быть безумным. 

— Я сожалею о том, что помог вам в ваших поисках правды, и сожалею о словах, сказанных мною. — Почему? — Потому что я поселил в вашей душе чувство, которого там не было, — жажду мщения.

— Не по своей вине они стали разбойниками, — сказал Гаэтано, — в этом виноваты власти. — Почему? — А то как же? Их ловят за какое-нибудь мокрое дело, только и всего; как будто корсиканец может не мстить. — Что вы разумеете под мокрым делом? Убить человека? — спросил Франц. — Уничтожить врага, — отвечал хозяин, — это совсем другое дело.