The Uncommon Reader

Для министра иностранных дел имя Пруста мало что говорило, так что ей удалось немного его просветить.
— Ужасная жизнь, несчастный человек. Очевидно, страдал от астмы. Из тех, кому хочется сказать: "Ну же, возьми себя в руки!" Но в литературном мире масса таких людей. С ним произошел любопытный случай: когда он обмакнул в чай кусочек бисквита (отвратительная привычка), перед ним развернулась вся его прошлая жизнь. Я попробовала сделать так же, но ничего не произошло.

— Вы можете попробовать почитать Килверта, — сказал Норман.
— Кто это?
— Викарий, мэм. Девятнадцатый век. Жил близ границы Англии с Уэльсом и писал дневники. Любил маленьких девочек.
— О, — произнесла королева. — Как Льюис Кэрролл.
— Не совсем так, мэм.
— Господи. Вы можете достать мне эти дневники?

Именно ощущение необходимости наверстать упущенное заставляло ее поглощать книги с огромной скоростью, но теперь к чтению прибавились более частые (и более уверенные) собственные комментарии.

Тронная речь была написана настолько чудовищным языком, настолько лишена стиля и неинтересна, что она испытывала унижение от самого процесса чтения...

— А-а. И вам хватает времени на чтение? — На самом деле, нет, мэм. — Мне тоже. Но раз уж я сюда зашла, думаю, мне следует взять книгу.

"Библиотекарь Виндзора был одним из многих пытавшихся увлечь Ее Величество неповторимым обаянием Джейн Остин, но, так как королеве со всех сторон только и говорили, как ей понравится Остин,это в конце концов отвратило её от романистки".

"... И, взглянув на голубые и розовые суперобложки томиков, выстроившихся на письменном столе, королева подумала, что они выглядят почти съедобными, словно только что с витрины кондитерского магазина".

К немалому удивлению королевы в этом году ей исполнилось восемьдесят.

Кстати о герцоге, как на все это реагировали члены семьи? Как чтение королевы сказалось на них?
Если бы Её Величеству приходилось готовить еду, ходить по магазинам или, что невозможно вообразить, вытирать пыль и пылесосить дом (дома), снижение уровня жизни было бы заметно сразу. Но, разумеется, ничего такого она не должна была делать. Правда, она работала с меньшим прилежанием, но это не отражалось на её муже и детях.

Увлечение королевы чтением не одобрял не только королевский двор. <...> Избалованные и своенравные, собаки были отнюдь не глупы, поэтому неудивительно, что довольно скоро они возненавидели книги за то, что те стали помехой их играм.

Он принёс книгу на этаж королевы и, так как ему рекомендовали как можно меньше попадаться на глаза, то, увидев проходившего герцога, он спрятался за шкафчик в стиле "буль".

• Сегодня вечером я встретил удивительное существо, - рассказал потом Его Королевское Высочество. - Рыжий, худой как палка паж.
• Это Норман, - объяснила королева. - Я познакомилась с ним в передвижной библиотеке. Он раньше работал на кухне.

- Я пенсионерка, - предупредила королева, не уверенная в том, что это имеет значение.

• Вы можете взять до шести книг.
• Целых шесть? Боже!

В этих словах проявилась истинно человеческая черта монарха, о которой он раньше не подозревал и которую не готов был воспринять.И в то время, как сама королева думала, что подобные чувства, возможно, вызваны ее пристрастием к книгам, молодой человек сделал вывод: очевидно, начинает сказываться ее возраст. Таким образом, зарождение чуткости было ошибочно принято за первые признаки угасания.

чтение - это не действие.