Utopia for Realists: The Case for a Universal Basic Income, Open Borders, and a 15-hour Workweek

Возможно, толстый бумажник становится причиной ... ложного сознания: убежденности в том, что ты производишь нечто очень ценное, ведь ты так много зарабатываешь.

Половина из 12 000 профессионалов, опрошенных Harvard Business Review, заявила, что их работа «бессмысленна и незначима», и столько уже респондентов сообщили, что не чувствуют связи с миссией своей компании

«Возможно, очень возможно, [что] люди нужны банкам гораздо больше, чем банки нужны людям» (писатель и экономист Умар Хак)

... [рост эффективности ферм и заводов] также породил систему, в которой всё больше людей могут зарабатывать деньги, не внося ощутимый вклад во всеобщее благосостояние

... оказывается, что именно те виды деятельности, которые нацелены на перераспределение денег и практически не создают прибавочной стоимости, оплачиваются лучше всего. Это удивительное, парадоксальное положение дел.

... ныне банки стали столь велики, что во многом попросту перетасовывают  богатство, а то и разрушают его

... все больше людей выполняют работу, без которой мы запросто обошлись бы. Перестань они вдруг трудиться, мир не станет ни беднее, ни уродливее, ни как-либо ещё хуже.

Экономический рост позволяет либо больше отдыхать, либо больше потреблять. С 1850 по 1980 г. нам удавалось получить и то и другое, но после 1980-го росло по большей части только потребление. Даже там, где реальные доходы перестали увеличиваться и усилилось неравенство, безудержное потребление продолжилось, уже в кредит.

...самым серьезным вызовом нашего времени являются не досуг и скука, а стресс и неопределенность

«Моя бабушка не имела даже права избирать, у моей мамы не было противозачаточных таблеток, а у меня нет времени» - так описала ситуацию одна нидерландская комедийная актриса

Когда женщины пошли на штурм рынка труда, мужчины должны были начать работать меньше (и больше готовить, заниматься домом и заботиться о своей семье). Но этого не произошло.

Человечество, писал Айзек Азимов, станет «по большей части расой, обслуживающей машины», и у этого будут «серьезные ментальные, эмоциональные и социологические последствия»

Согласно многим экономистам, выхода практически нет. Тенденции ясны. Неравенство продолжит расти, и каждый, кто не освоит навыка, недоступного машинам, останется на обочине.

Мы живем в мире, где, похоже, установилось странное правило: чем важнее ваше занятие для жизни (уборка,кормление грудью, обучение), тем меньше ваш вклад в ВВП.

Существует три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика.

Идея, будто ВВП по-прежнему является точной мерой общественного благосостояния, – один из самых распространенных мифов нашего времени. Даже политики, которые спорят между собой буквально обо всем, всегда соглашаются на том, что ВВП должен расти. Рост – это хорошо. Хорошо для занятости, для покупательной способности, а также и для нашего правительства: оно сможет больше потратить.

Еще в 1989 г. американский философ Фрэнсис Фукуяма отметил, что наступила эра, когда жизнь сводится к «экономическим расчетам, бесконечному решению технических проблем, экологическим соображениям и удовлетворению многообразных и усложненных потребительских требований»

Не замечая много хорошего, ВВП еще и растет от всевозможных людских страданий. Затор машин на перекрестке, злоупотребление наркотиками, супружеская неверность? Да это золотые жилы для автозаправок, центров реабилитации и адвокатов по разводам. Будь вы ВВП, то для вас идеальным гражданином был бы больной раком заядлый игрок, озабоченный своим затяжным бракоразводным процессом и справляющийся с ним с помощью горстей прозака и истерического шопинга в «черную пятницу».

Для средневекового ума, — пишет голландский историк Герман Плей, — современная Западная Европа довольно похожа на настоящую Кокань. Здесь есть круглосуточный фастфуд, климат-контроль, свободная любовь, доход без труда и пластическая хирургия, продлевающая молодость.