Леонид обязательно умрет

Всё было в этой книге, и сверх всего - повествование от лица человеческого зародыша, начиная прям от двух клеточек. Такое начало книги меня совершенно покорило, и я опять задумалась, какими судьбами я умудряюсь годами слышать фамилии писателей, что-то там про их творчество и никак до них не добраться. Вот эта книга - первая, прочитанная мной у Липскерова, и точно не последняя. Так вот, эмбрион... Тот самый будущий Леонид, который умрёт. Правда, только потому, что все умрут. В состоянии двух клеточек он почти всезнающ: всё, что происходило и происходит во Вселенной, это его воспоминания и мечты, знание и план на будущее. При делении клеток всё немного блёкнет... А уж после сцены (не поверите, как я за него переживала!), когда его ни о чём не подозревающая мамашка принимает прегоряченную ванну, а у мелкого пульс 180-200-220, и только нудная соседка по коммуналке, напомнившая о разумном времени пользования бытовыми благами спасает детёныша (220-200-180... сейчас не сдохну...), становится почти невероятно, что Леонид умрёт только гипотетически, а не прямо немедленно... Сиротка Леонид проходит фантасмагорический путь от приютского ребёнка до криминального гения (не иначе - папины гены, как раз подходящие). Параллельно идёт линия женщины, которая в момент рождения Леонида уже далеко не молода. История жизни Ангелины, обладающей магическим талантом чуять скорую смерть и щедро одаривающей последние дни/недели/годы умирающего, просто потрясающая. Чего в ней только нет, даже чемпионаты мира по стрельбе из арбалета (в которых, и не только в них, Ангелина участвует с лёгкой руки спецслужб. До конца книги я так и не могла сообразить, как эти две линии пересекутся. Но я и это была готова простить автору, даже если бы это были две отдельные истории. А вам просто хочу показать кусочек из времени, когда Леонид был эмбрионом:

Здесь мечты ее резко остановились. Внезапный рвотный порыв заставил большое тело резко повернуться к унитазу, а рот хватанул воздуха за троих… Тотчас все и прошло… «Что это?» – подумала она с удивлением. «То!» – ехидно ответил эмбрион и вновь опорожнился наночастицами.

Юмор грубоват, но это единственно, к чему при большом желании можно придраться в этой книге.

Дмитрий Липскеров безжалостен. Суровой пролетарской волосатой рукой он загребает трепещущий магический реализм и силой впихивает его в российскую и советскую реальность, для верности прибивая гвоздями и приматывая изолентой (конечно же, синей). Так и приходится ему существовать среди ржавых батарей, облупленных эмалированных кастрюлек и орды старушек возле подъезда. Это непривычно: тот тонкий, изысканный магический реализм, который пахнет чем-то неудержимо латинским, пряностями и чудом, в российской реальности наливается нездоровым душком и распространяет вокруг "аромат" немытых совокупляющихся тел. На любителя, очень на любителя.

Не знаю, как у Липскерова с другими романами, но этот точно писался с намерением читателя удивить, нарочитый до последней буквы. Удивительный персонаж сидит верхом на ещё более удивительном персонаже, погоняя гротеском, философские сентенции грубо прерываются какой-нибудь бытовухой, все нити связи персонажей прослеживаются с самого начала, как если бы Ариадна добавил в свой клубок ярких светящихся неоном в темноте волокон, привлекая внимание. И всё это щедро пересыпано сексом, да даже не сексом, а животным совокуплением, которое в семидесяти процентах случаев вообще ни для чего, а описано просто так, чтобы было. Сюжет же... Сюжет обрывается на полуслове, так что даже обидно становится и за Леонида, и за саламандру, и за Родину-матушку, как у них всё неказисто и коряво вышло. Хотя, может быть, так и задумано, дескать, всё у нас через одно место творится.

И всё же мне понравилось. Я не смогла/не захотела воспринимать этот роман так, как его пытался показать автор и издатели (не хотелось бы брать на себя роль их интерпретатора, но они всё же оформили это как нечто большее по глубине, чем тупо развлекательное чтиво). А вот как раз как ненавязчивая развлекаловка о необычных героях меня и порадовала, проскочила легко и приятно. Пожалуй, почитаю его ещё.

* А обложка, конечно, просто дикая. Флэшмоб 2011, спасибо Roni , последняя третья рекомендация тоже угодила =)

Как вы относитесь к тексту, который по своему содержанию больше похож на наркоманию? До этой книги я относилась к такому повествованию отрицательно, но после знакомства с творчеством Дмитрия Липскерова близка к пересмотру своего мнения. Меня до сих пор книга не отпускает. Там столько чернухи, но она такая жизненная получилась, что оторваться было сложно. Если говорить о сюжете, то можно обратиться к аннотации:

Леонид обязательно умрет. Но перед этим он будет разговаривать с матерью, находясь еще в утробе, размышлять о мироздании и упорно выживать, несмотря на изначальное нежелание существовать. А старушка 82 лет от роду — полный кавалер ордена Славы и мастер спорта по стрельбе из арбалета — будет искать вечную молодость. А очень богатый, властный и почти бессмертный человек ради своей любви откажется от вечности. И Леонид обязательно умрет, как и многие другие персонажи романа, как и всё во Вселенной.

Все так, но не так. И словами не объяснишь что не так. Это нужно читать, видеть своими глазами. В книге практически нет положительных героев, но в то же время к ним не возникает негативных чувств. Каждая история идет параллельно другой истории, но наступает момент, когда все истории переплетаются в один клубок. И название этому клубку - жизнь, обычная, без прикрас, только сдобренная магией, но отнести книгу к магическому реализму сложно. Вообще, жанр данного произведения определить сложно. Дмитрий Липскеров соединил воедино много всего. Казалось бы, что от такой мешанины должен получиться бред, он и получился, но почему же так тяжело оторваться от него? Может потому что читая, понимаешь, что книга о наших пороках и желаниях, о вопросах, которые волнуют человечество уже многие века: бессмертие, вечная жизнь, желание быть всегда молодым? Честно, у меня нет ответа на этот вопрос. Не могу объяснить нонсенс с этой книгой, в которой собрано всё то, что я не люблю, но скажу еще раз - оторваться не могла.